36
Когда я дошла до нужной комнаты, меня охватили сомнения. И почему я решила, что Эра ответит мне на вопросы? Она вполне могла сейчас быть занятой. Или вообще не захочет разговаривать. Стоя перед дверью, я взвешивала все «за» и «против», но все-таки вошла.
Эта была светлая просторная комната с несколькими столами. На них аккуратными стопками были сложены листы и расставлены баночки. Пол и стены были из белого камня и буквально сияли от чистоты. Вместо люстры по бокам стояло несколько подсвечников.
Я прошла дальше, но никого не заметила. В комнате было еще две двери. Они ничем не отличались и не были подписаны. Поколебавшись, я зашла в правую.
Так я попала в небольшой лазарет. Он по-прежнему сохранял белые оттенки интерьера. Из двадцати кроватей занятыми были только три. Все больные спали, так что я не стала задерживаться и вернулась в первую комнату.
Мне оставалась левая дверь и, надеясь на удачу, я вошла.
Она оказалась какой-то лабораторией, где несколько целителей занимались готовкой зелий. Несколько стендов оказались забиты баночками, заполненными жидкостью. В центре стоял стол. За которым и работали ведьмы. Они недовольно посмотрели на меня.
- Простите, я ищу Эру Амарию. Вы знаете, где она?
Одна из ведьм вздохнула и громко крикнула:
- Эра! К тебе пациент!
- Вообще-то я не пациент, - тихо произнесла я, но меня не услышали.
Вдали послышался ответ, а затем Эра подбежала ко мне. Она не изменилась с того момента, как она попрощалась со мной у обеденной.
- Ты бы могла уделить мне немного времени?
- Прости, Елла, но только вечером. После ужина, если еще буду нужна, жди у входа. Прошу, не заходи, остальные не очень жалуют ведьм других видов в этой комнате. Она считается чем-то личным у целителей, - она смущенно пожала плечами.
- Да, хорошо, - растерянно ей ответила.
Я хотела поблагодарить ее, но она вытолкнула меня из лаборатории и закрыла дверь.
Значит, я осталась без дела. Через несколько часов будет обед, на котором мне снова придется столкнуться с Фуэго. Мурашки покрыли тело, то ли оттого, как не хочу с ним встречаться, то ли наоборот.
Я ходила по замку, вспоминая, где и что находится. А когда случайно зашла в галерею, то оторопела. Флеч оставил здесь все также без изменений. Но и не добавил своей картины, вместо этого повесив мой детский портрет.
Я смотрела на свою маленькую версию. На мне было прекрасное розовое платье, а волосы убраны в пучки и украшены серебряными заколками. Милый ангелочек бездушно улыбался мне оттуда. Я вспомнила, что в первые дни, после того, как Ниев заморозил мне сердце, особенно отличалась равнодушием и бесчувственностью. С того времени я сильно изменилась и продолжаю меняться.
Пройдя дальше, рассматривала картину моего отца. Последний раз я видела его в видении Верды маленьким мальчишкой, а затем мельком за секунду до смерти. На портрете он был молод. Излучал доброту и светлость. На нем был голубой камзол, обшитый серебром. Волосы ровно делились по разные стороны. Его улыбка тронула меня в сердце. Я хотела коснуться портрета, надеясь вернуть отца к жизни, но остановилась, зная бесполезность этого действия.
Дальше была картина моей матери. Что-то зашевелилось в моей голове, вызывая воспоминания. Кажется, родители спорили о том, что здесь портреты только наследников и правителей, но мать хотела, чтобы висела и ее картина. Она была в восхитительном фиолетовом платье, которое слишком сильно обтягивало ее формы. Груди почти вываливались из корсета. А шею украшали ожерелья, скорее всего, из белого золота. Волосы были красиво уложены в виде волн, а передние пряди обрамляли лицо. Мать не пожалела косметики, подчеркнув брови, губы, глаза и скулы.
Она хотела запомниться во всей красе, но в моей памяти она осталась убийцей. Вспыльчивой истеричкой и жадной соблазнительницей. Хотя последнее время я стала вести себя немного похоже. Я не успевала сдерживать истерики, часто срывалась и психовала. Сюда меня привело не правосудие, а жажда трона и власти. Может, нас с матерью объединяло больше, чем я думала.
Еще дальше висел портрет Ниева. Суровый и грозный он сидел на троне в королевской мантии. Знал ли дед, что его заклятие обратимо? И хотел ли он этого? А почему он оставил мне сны, в которых я могла чувствовать, словно имела обыкновенное сердце? К сожалению, картина не могла дать ответы на мои вопросы.
Я прошла дальше мимо других правителей Муэрта. Все мы были похожи внешне, но совершенно разными по характеру. Последним висел портрет Фрио Азула. В руках мужчина держал меч – символ завоевания королевства. Он спас жителей от правящих тиранов и навел новые порядки в Муэрта. Предложил убивать предшественников детям, и сам первым пошел на смерть, дабы сохранить порядок. Чтобы ни у кого не оставалось сомнений, трупы спускали по Эсперанзе. Реке, что протекала почти по всему королевству.
Мой отец испортил то, что веками держалось. Хотя нет – Фуэго испортил.
Я решила, что пора возвращаться в комнату, которую нашел советник. А вот во время обеда надо спросить себе свою у Флеча. Думаю, он поможет мне с этим.
Но оказалось, что у меня еще около часа. Можно медленно идти к обеденной или зайти к новому знакомому. И я решила, что второй вариант окажется интереснее.
Зная, где его комната я решительно двинулась туда. Дорога не заняла много времени. Без стука я ворвалась в его комнату. Разон что-то читал за столом, и скривился, когда я ему помещала.
- Вообще-то это пока что моя комната, беглянка, - он недовольно пробурчал.
Не обращая внимания, я села на кровать и мило склонила голову набок.
- Платье в виде извинения? Очень банально, - я изобразила скуку. Хотя это и правда, оказалось частым явлением. Фуэго сделал точно также.
- Да уж, куда оригинальнее воровать чужие костюмы, - не совсем тонкий намек на поведение Фуэго. Разон имел право злиться. И я тоже. В голове появилась интересная мысль.
Я весь день бегала в поисках ответов, но вопросы только увеличивались, очень хотелось немного чего-то развлекательного.
- Мы можем позлить моего спутника, - я перешла на шепот, чем заинтересовала парня, - обыграем Фуэго.
- Парная одежда на обед? – он рассмеялся, и я уже перестала верить в эту идею, когда он сказал, - только что-то очень скандальное.
Я приятно удивилась, что он потакает моим задумкам. И хотя меня смутила фраза «очень скандальное», мы стали выбирать наряды.
Через некоторое время мы стояли перед зеркалом в новых одеждах. Мое платье и правда было скандальным. Открытые места и обтянутая талия напомнили мне портрет матери. К своему удивлению, мне нравилось, как я выгляжу. Платье было из светло-зеленой ткани. Юбка ровно спадала до пола, но обводила мои бедра. На самом деле, платье было простым, но безумно красивым. К нему мы нашли туфли на высоком каблуке. Они были темнее, но несомненно подходили к наряду. Волосы я оставила распущенными, лишь заплела несколько тонких косичек. Я выглядела дерзко и красиво. Как буря, еще далеко, чтобы быть опасной, но не спеша приближалась.
Разон надел простую рубашку в цвет платья. Она сексуально обводила изгибы его мускулов, а две верхние пуговицы были не застегнуты. Вторая была точно лишней.… Брюки были обычного черного цвета, а на ногах такие же простые ботинки. Он выглядел просто, но эта простота невероятно ему шла и только вызывала интерес. Мой спутник не собирался забирать на себя все внимание, а просто подтверждал, что он моя пара на этот обед.
Наверное, Разон специально повел нас длинным путем. До него я дошла быстрее и не видела стольких коридоров. Мы встретили многих работников и слуг, которые обязательно пустили бы сплетни от увиденного. Мы выглядели, как пара. Шли и держались на слишком близком расстоянии.
На это время мы забыли, что считали друг друга врагами, и объединились ради общего дела.
У самых дверей Разон остановился и сказал:
- Надеюсь, Фуэго оценит представление, - его улыбка была искренней. Разон был в предвкушении. Я тоже!
Но не успела я ему ответить, как за спиной послышался знакомый голос:
- С радостью оценю его по достоинству.