Помогите!
Полночь. Над городом зависла серость. На крыше полуразрушенного склада Аой стояла, спрятав лицо в капюшоне. Из её ладони вылетел чёрный дым и сформировал компактный шар — приёмник связи, защищённый от слежки.
Из него раздался голос Ястреба:
— Надеюсь, ты не снова сожгла что-нибудь?
Аой тяжело вздохнула:
— На этот раз всё обошлось. Почти.
Раздался лёгкий смешок:
— Все агентства уже в курсе. "Неудачный злодей №1". Поздравляю. Сначала — лаборатория, потом — взорванный завод, где ты и Компресс, судя по видео, выбегаете с криками "мы горим!". Аой, серьёзно?
Она откинула капюшон, мрачно уставившись вдаль:
— Это было... не по плану. Вообще. Слово даю.
— Думаешь, я не знаю? — Ястреб усмехнулся. — Все эти провалы — слишком "шумные", чтобы быть настоящими.
Ты специально разрушаешь, чтобы не дать им получить доступ к материалам. Ты же понимаешь, как сложно держать в тайне, что ты работаешь на нас?
Аой:
— Ты думаешь, я кайфую от того, что Шигараки уже третий день за мной наблюдает, как сова на кофеине?
Ястреб:
— Я думаю, ты кайфуешь от того, что до сих пор держишься. А значит — ты хороша.
Аой вздохнула.
— Есть кое-что. Лига собирается перебросить оружие через станцию на юге. Завтра. 03:00. Будет Даби. Может — Тога. Остальных пока не вижу.
Ястреб стал серьёзным:
— Принято. У нас есть время. Аой...
— Что?
— Постарайся больше не устраивать фейерверков. Мы тебя прикроем. Но если ты сожжёшь ещё одну лабораторию — я лично отправлю тебя учиться на повара. Может, хоть там не будет взрывов.
Аой усмехнулась:
— Не обещаю.
Передатчик рассеялся в тумане. Аой осталась одна. Снова.
Она посмотрела вверх, в ночное небо:
— Неудачный злодей, да?.. Ну-ну.
/Спустя несколько дней/
Аой стояла на склоне, указывая пальцем на Шигораки, злая и раздражённая:
— Ты серьёзно? Ты привёл это ОГРОМНОЕ НЕПОНЯТНО-ЧТО сюда, не предупредив никого?! Это кто, блин? Дом на ногах?
Шигораки, скрестив руки, лениво:
— Это Гигантомахия. Он с нами.
Аой, вскидывая бровь:
— С нами?! Это «с нами» ТОЛЬКО ЧТО переехал половину скалы! У нас тут операция, а не цирк-шапито!
Курагири, стоящий рядом, слегка качнул головой:
— Она имеет резон.
В этот момент Гигантомахия, до этого мирно глядевший в сторону пейзажа, вдруг повернулся к Аой. Он замер, уставившись. Его ноздри вздулись. Он почувствовал что-то… важное?
Аой, ощущая на себе взгляд:
— ...Что?..
Махина поднял ногу. Потом другую. Начал топать прямо к ней, как гора в движении.
Аой, уже настороженно:
— Так. Что он делает? Почему он идёт СЮДА?..
Лига, наблюдая со стороны, замерла. Даби с выражением «о боже», Тога сделала большие глаза, Твайс прошептал:
— Кто-то вызвал романтический катаклизм?
Шигараки сощурился:
— Не мешай ему… может, просто принюхаться хочет.
Аой обернулась. Гигантомахия уже нависал над ней, будто огромный скалистый утёс. И прежде чем она успела отреагировать — он аккуратно взял её в ладони, как фарфоровую куклу.
— ЭЙ! — завопила она. — Ты что, ешь людей?! Я не на завтрак, слышишь?!
Но вместо еды, Махина… приподнёс Аой к своей щеке и, как гигантский кот, начал тёреться о неё лицом с закрытыми глазами и блаженной миной.
Аой застыла. Сначала в шоке. Потом в истерике:
— ОН. МЕНЯ. ТРЁТ. СВОЕЙ. МОРДОЙ. ШИГОРАКИИИ!!!
Шигораки, не моргнув:
— Ну... теперь он считает тебя своей.
Тога, смеясь:
— Аой теперь… жёна Махины?
Твайс, прижав руки к щекам:
— Я хочу на свадьбу! Мы обязаны быть шаферами!
Курагири, без эмоций:
— Это будет крайне... сложный логистически союз.
Даби, фыркая:
— Ну хоть кто-то к ней добр...
Аой, всё ещё в лапах махины, с тихой истерикой:
— …меня никто не предупредил, что у него комплекс «найди себе милую лисичку и терись»…
Остров. Несколько минут спустя.
Скоростной транспорт героев садится на берег. Из корабля один за другим выходят Ястреб, Айдзава, Сущий Миг и, конечно, Всемогущий — в своей легендарной форме героя. Серьёзные. Сосредоточенные. Готовые ко всему.
Ястреб, поправляя перья:
— Мы засекли всплеск энергии. Похоже, они устроили базу где-то здесь…
Сущий Миг, с напряжённой улыбкой:
— Будем действовать быстро. Без промедлений.
Айдзава, сухо:
— План простой. Увидели — обезвредили.
Всемогущий, торжественно:
— Вперёд, герои!
Они пробираются сквозь лес, поднимаются по склону… и вдруг останавливаются. Ибо перед ними — картинка не из учебников по геройской тактике.
Гигантомахия сидит прямо посреди долины, словно гигантская собака. В его ладонях… Аой.
Он нежно держит её, покачивая из стороны в сторону, а щекой по-прежнему тёрся об её волосы, издавая довольное гудение, как огромный холодильник в любви.
Аой безмолвно смотрит вдаль. Она прошла уже все стадии: страх, стыд, возмущение, принятие. Сейчас — полное отключение сознания.
Ястреб, моргая:
— Эмм… Это... что?..
Айдзава опускает голову и медленно достаёт бинты:
— Мне кажется… у нас проблема посложнее, чем я думал.
Сущий Миг, ошеломлённо:
— Это... тактика Лиги?.. Эмоциональное оружие?..
Всемогущий, с невероятно серьёзным лицом:
— Она... приручила его?...
Курагири, который наблюдает за всем со стороны, не спеша поворачивается к Шигораки:
— Что ж… это был… неожиданный союз.
Шигораки, зарыв лицо в ладонь:
— Я знал, что Махина непредсказуем, но… чтоб вот так…
Аой, наконец, заговорила. Без эмоций:
— Кто-нибудь… скажите, что это сон… И если да — можно, пожалуйста, проснуться?
Твайс, машет рукой издалека:
— НЕЕЕТ! Это РЕАЛЬНОСТЬ! МАТРИЦА ТРЕЩИТ ПО ШВАМ!
Тога:
— Он влюбился! Так мило! Может, у них будут детки? Огромные дымчатые детки-лисички!
В этот момент Гигантомахия медленно встаёт на ноги — всё ещё держа Аой. Разворачивается… и начинает топать в сторону героев.
Аой, в панике:
— О БОЖЕ! Я НЕ ГОТОВА К СВИДАНИЮ С УЧИТЕЛЯМИ ПРИ ТАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ!
Ястреб, вытаскивая мечи-перья:
— Кажется, пришло время нестандартной дипломатии...
Где-то чуть выше, на соседнем склоне.
Старатель вбегает на холм, весь в пламени, взгляд — как у разъярённого вулкана. Позади — небольшой отряд героев поддержки. Он замирает, как только видит Аой... в руках Гигантомахии.
На его лице сначала шок. Потом — ярость. Потом — неверие.
Старатель (про себя):
> «Что… что, чёрт возьми, происходит? Почему моя дочь… на руках у этого ТИТАНА?!»
Гигантомахия, между тем, нежно баюкает Аой, приговаривая что-то на своём гортанном монстрячьем языке. Аой повёрнута лицом в сторону героев — и как только замечает Старателя, её глаза округляются:
Аой (в панике):
— Папа?.. Пап, это не то, что ты думаешь! Я просто… ну, он меня… ну… типа… подобрал… случайно!
Старатель, краснея от гнева настолько, что пламя на его голове вспыхивает ещё ярче:
— Подобрал?! Это тебе что, приют?! Он тебя чешет щекой, Аой!!
Курагири (в стороне, шепчет Шигораки):
— Кажется, у него отцовский кризис.
Шигораки, сквозь зубы:
— Это катастрофа, а не миссия…
Твайс, загибая пальцы:
— Один папаша в ярости, одна дочка в плену, один монстр влюблён… Ну что, романтическая комедия 18+?
Тога, в восторге:
— Это лучше, чем любой любовный треугольник!
Гигантомахия, между тем, аккуратно опускает Аой… и начинает рычать в сторону Старателя, как будто ревнует.
Старатель, напрягаясь:
— Он… приревновал?! Меня?! К своей… к моей дочери?! ЭТО ЧТО, АД?!
Аой, тихо:
— Пап… пожалуйста… не провоцируй его. Он большой. И… чувствительный…
Старатель, в абсолютном, пылающем, огненном фэйспалме:
— Меня точно в психушку положат. Я… официально перестал понимать этот мир.
Гигантомахия стоял над склоном, прижав Аой к своей щеке. Его огромные ладони бережно держали девушку, а от массивного тела шёл глухой гул — словно он мурчал. Аой была в ступоре, глаза широко раскрыты, руки прижаты к груди. Она не шевелилась, только время от времени моргала, осознавая, что происходит.
Снизу, с другого края склона, показались три фигуры. Бакуго, Шото и Мидория неслись к месту событий. Увидев картину перед собой, Бакуго тут же перешёл на крик.
— ЭЙ, УРОДИНА ГОРНАЯ! УБЕРИ СВОИ ЛАПИЩИ ОТ МОЕЙ ДЕВУШКИ, А НЕ ТО Я ТЕБЯ НА МОЛЕКУЛЫ РАСПИЛЮ!
Шото резко остановился, глядя на брата и на Аой в руках махины.
— Что... Что вообще здесь происходит?..
Мидория тяжело дышал, еле поспевая за ними. Он выдохнул:
— Это... определённо не по плану.
Старатель, наблюдая за происходящим, окаменел. Он не двигался, смотрел прямо на Гигантомахию и Аой. Его губы дрогнули.
— Подруга... Бакуго?..
Аой, услышав знакомый голос Бакуго, попыталась пошевелиться, но Гигантомахия только крепче прижал её к щеке, будто не желал отпускать. Она закричала:
— Кацуки, не ори на него! Он меня точно съест!
Гигантомахия издал глухое урчание, тёрся щекой о неё, словно кот. Лига злодеев стояла неподалёку.
Шигораки устало закрыл лицо рукой.
— Мы пришли разрушать лабораторию, а не участвовать в любовной мыльной опере…
Курагири качнул головой.
— Ситуация вышла из-под контроля.
Даби скрестил руки, качая головой с лёгкой ухмылкой.
— У неё новые поклонники. Прогрессирует. Монстры, герои, кто дальше?
Тога запрыгала на месте, сияя.
— Это так мило! Он просто обожает её! Смотрите, как аккуратно держит!
Твайс рассмеялся.
— Потрясающе! Это лучше любого сериала. «Злодейка и чудовище»!
Спиннер фыркнул, отворачиваясь.
— У нас, вроде, миссия. Или я один это помню?
Аой медленно повернулась к Шигораки и Даби. Её взгляд был прямым, острым, тревожным. В её глазах читалось одно: «Помогите».
Шигораки, не поднимая головы, только буркнул:
— Сами впутались, сами и выбирайтесь.
Гигантомахия не отпускал Аой, явно решив, что нашёл себе нового любимца.
Бакуго уже готовился рвануть в бой, создавая в ладонях взрывную энергию.
Старатель так и не пришёл в себя. Он только пробормотал:
— Она... моя дочь... Это всё... слишком...
Гигантомахия по-прежнему держал Аой в своих гигантских ладонях, нежно прижимая её к щеке. Он фыркал, урчал и, казалось, был абсолютно счастлив.
Аой несколько секунд молча смотрела в никуда. Затем… она глубоко вдохнула и сдержанно, но отчётливо заговорила:
— Хорошо… Всё. Хватит.
Следующий её крик сотряс воздух.
— МАХИНА!!! ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ ОТПУСТИШЬ МЕНЯ, Я НИКОГДА БОЛЬШЕ НА ТЕБЯ НЕ ПОСМОТРЮ! И УЖ ТОЧНО НЕ СКАЖУ НИ СЛОВА! Я ТЕБЕ НЕ ПОДУШКА ДЛЯ УТЕШЕНИЯ, Я ЗЛОДЕЙКА, А НЕ ДОМашНИЙ МОНСТРИК!
Махина замер. Его глаз моргнул. Затем другой. Он с явной неуверенностью опустил руки и аккуратно поставил Аой на землю, словно хрустальную фигурку.
Но Аой уже повернулась в ярости к Шигораки и Даби.
— А ВЫ ДВОЕ! ШИГОРАКИ, Я ПРИСЯГАЮ, Я СЖЕГУ ТВОИ РУКИ ДО ЛОКТЯ, ЕСЛИ ТЫ НЕ ПОМОЖЕШЬ МНЕ ПРЯМО СЕЙЧАС! А ТЫ, ДАБИ! — она ткнула пальцем ему в грудь, — Я ВЫКИНУЛА ВСЕ ТВОИ ЧЕРТОВЫ КОЛЛЕКЦИОННЫЕ СИГАРЕТЫ В МУСОР И СОБИРАЮСЬ ИХ СОЖЕЧЬ, ЕСЛИ ТЫ ХОТЬ НА СЕКУНДУ ЗАМЕДЛИШЬСЯ!
Даби замер, зрачки сузились.
— Ты... что сделала?..
Шигораки застыл.
— Подожди… ты серьёзно?
Аой, не обращая на них больше внимания, обернулась к героям. Вся злость вышла наружу.
— А ВЫ! — она ткнула рукой в сторону Старателя, Бакуго, Мидории и остальных. — ЧЕРТ ВАС ПОДЕРИ, ОТВАЛИТЕ! МЫ ТУТ МИССИЮ ИСПОЛНЯЕМ, А НЕ ВАШУ ДУШЕВНУЮ ДОРАМУ РАЗЫГРЫВАЕМ! МЕШАЕТЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПОЛЬЗЫ ОТ ВАС!
Старатель округлил глаза.
Бакуго застыл в полувзрыве.
Мидория прошептал:
— Я… я даже не знаю, что сказать…
Шото, чуть сощурившись, сказал:
— Похоже, у нас... обоюдное непонимание ситуации.
Гигантомахия, между тем, сидел в стороне, виновато потирая ладони. Твайс, прячась за кустами, тихо сказал:
— Никогда ещё я не видел, чтобы Аой превращалась в такое ураганное бедствие…
Тога, сияя, хлопала в ладоши.
— Это было шикарно! Кричи на меня тоже, Кицунэ!
Шигораки подошёл к Аой и тихо пробормотал:
— Хорошо… Хватит уже угрожать моим конечностям…
Даби покосился в сторону, всё ещё в шоке.
— Она... она реально выкинула мои сигареты…
Аой тяжело выдохнула, смахнула невидимую пылинку с плеча и повернулась к Лиге.
— Ладно. Где там наш чертов план?