Нити фоноря
Вечер тихо спускался на город. Холодный январский ветер раскачивал голые ветви деревьев, а уличные фонари мерцали тусклым светом, выхватывая образы людей, спешащих домой. На кухне, в небольшом уютном уголке, Наташа сидела за столом, держа в руках кружку с чаем, и смотрела на Вову.
Он стоял у окна, задумчиво глядя во двор. На лице еще виднелись следы вчерашней драки: синяк под глазом, порез на скуле. Но даже это не портило его вида — он выглядел как герой фильма, уверенный, но с каким-то скрытым, немного тревожным огнем внутри.
— Сильно болит? — осторожно спросила Наташа, прерывая тишину.
Вова посмотрел на нее, чуть прищурив глаза, словно возвращаясь из своих мыслей.
— Уже нет, — усмехнулся он. — Привык. У нас это как медаль. Только носить больнее.
Он сел напротив нее, откинувшись на спинку стула. Его взгляд задержался на Наташе. Она была в простой рубашке, немного великоватой для нее, но в ней она казалась еще нежнее, как будто принадлежала этому вечеру, этим тусклым огонькам на кухне.
— Тебе не страшно со мной? — неожиданно спросил он, его голос был тихим, но в нем чувствовалась напряженность.
Наташа слегка нахмурилась.
— Нет. Ты же меня защищаешь, правда?
Вова кивнул, не отводя от нее взгляда.
— Правда. Только вот этот мир... он тяжелый.
Наташа молчала. Она знала, что его жизнь была полной опасностей. Группировка, драки, разборки — это было частью его сущности. Но ей почему-то казалось, что рядом с ним она в безопасности.
— А ты не думал... — начала она, но тут дверь распахнулась, и в кухню ворвался Марат.
— Вовка, ты где пропадаешь? — громко сказал он, не обращая внимания на Наташу. — Айгуль с ума сходит, говорит, мы давно должны были уйти.
— Ты с ума сошел? — раздраженно ответил Вова. — Я же сказал, что сам все решу.
Марат чуть понизил голос, но его взгляд остался напряженным.
— Не получится "сам". Там "Вихри" заявились, ищут тебя. Говорят, что ты должен.
Наташа почувствовала, как по ее спине пробежал холод. Она посмотрела на Вову, но тот оставался спокоен.
— Пусть подождут, — твердо сказал он. — Никуда я сейчас не пойду.
— Да ладно тебе, Вов. — Марат сел рядом, бросив взгляд на Наташу. — Ты знаешь, что они могут сделать.
— Пусть попробуют.
На кухне повисла напряженная тишина. Наташа почувствовала, как ее ладони стали влажными. Она не понимала, что именно происходит, но чувствовала, что это важно.
— Кто такие "Вихри"? — тихо спросила она, нарушив молчание.
Вова чуть усмехнулся, но его взгляд остался серьезным.
— Это наши... конкуренты. У нас с ними старый счёт.
Марат резко встал.
— Вов, ну ты серьёзно? Сейчас не время романтику разводить. Они под фонарями ждут.
Наташа вжалась в спинку стула, когда поняла, что разговор становится всё серьёзнее.
— Я выйду, — вдруг сказал Вова, поднимаясь.
— Нет! — Наташа встала, хватая его за руку. — Не надо.
Он посмотрел на нее, чуть тронув ее пальцы своими.
— Ты здесь. Я вернусь.
Но Наташа знала — там, за дверью, его ждёт нечто большее, чем просто разборка.
Вова вышел во двор, натягивая капюшон на голову. Свет фонаря над подъездом едва рассеивал тени, превращая каждую фигуру в неясный силуэт. Наташа выглянула в окно, стиснув край занавески. Она видела, как у подъезда стоят трое — массивные, с тяжелыми лицами, будто вырезанными из камня. Это и были "Вихри".
— Держись... — тихо прошептала она, будто он мог услышать ее через стекло.
Марат вышел следом, втиснув руки в карманы. Вова остановился в нескольких шагах от главного из троицы — высокого парня с шрамом на щеке.
— Ну что, "Адидас", давно не виделись, — голос Шрама был пропитан насмешкой.
— Резче говори, — ответил Вова. — Времени на базар нет.
— О, а ты всё такой же горячий, — Шрам усмехнулся, но взгляд его оставался ледяным. — Ты знаешь, зачем мы тут.
Вова шагнул ближе, встав под свет фонаря. Теперь его лицо стало видно полностью — хмурое, решительное.
— Долга у вас нет. Я с вами все закрыл, — сказал он. — Это теперь ваши разборки.
— А как насчёт твоей братвы? — Шрам кивнул в сторону Марата. — Они не так считают. Один твой малолетка вчера моего пацана на "Спортивной" зацепил. Думаешь, я это так оставлю?
Марат замер, но Вова только ухмыльнулся.
— Если мой "малолетка" что-то сделал, значит, вы первые полезли. А теперь слушай сюда: больше никаких предъяв.
Шрам сделал шаг вперёд, его люди двинулись за ним.
— Думаешь, ты можешь нам указывать? — прошипел он. — Ты ведь знаешь, как это закончится.
— Знаю, — спокойно ответил Вова.
Он не отводил взгляда, пока вокруг сгущалось напряжение. В этот момент двери подъезда открылись, и из них выбежала Наташа.
— Ты куда?! — резко обернулся Вова.
Она подбежала к нему, встав между ним и Шрамом. Её голос дрожал, но она не отступала.
— Хватит! Вы что, не понимаете, что всё это бессмысленно?!
Шрам изумленно поднял брови, но в его глазах промелькнуло что-то вроде любопытства.
— И кто это? Твоя... баба?
Вова сделал шаг вперёд, заслоняя её собой.
— Не трогай её.
— Да успокойся ты, герой, — усмехнулся Шрам. — Девчонка храбрая, уважаю. Но если она твоя слабость... это плохо.
Вова ничего не ответил. Он продолжал стоять напротив Шрама, как скала, держа Наташу за руку.
Шрам вдруг усмехнулся.
— Знаешь, ладно. Сегодня отпущу. Но учти, "Адидас", это был последний раз. В следующий раз я не буду таким добрым.
Он кивнул своим людям, и они развернулись, исчезая в тени двора.
Тишина накрыла их, только ветер шумел в ветвях деревьев. Вова обернулся к Наташе, его глаза пылали гневом.
— Ты что творишь? Зачем ты вышла?
— Я не могла сидеть и смотреть, как ты идёшь один, — тихо сказала она, пытаясь поймать его взгляд.
Вова несколько секунд молчал, а потом вдруг резко притянул её к себе и крепко обнял.
— Ты ненормальная... — прошептал он. — Но без тебя я бы не справился.
В её волосах смешались запах дыма, ночного воздуха и чего-то ещё, родного, как обещание, данное под светом фонаря.
( Я добавлю своих персонажей и группировки )