Глава 15
Добежав до машины, Ламберт рванул дверцу, но она зажатая смятым капотом не поддалась. Приложив чуть больше сил, брюнет справился, слыша, как скрипит металл и, отмечая, как осыпается краска.
Заглянув в салон, он чуть выдохнул, когда увидел, что подушки безопасности сработали, а Том хоть и без сознания, но живой и самое главное – пристегнутый.
— Томми, наконец-то ты хоть раз пристегнулся без напоминаний.
Адам осторожно отстегнул ненужный ремень и дрожащими руками потянул на себя Томаса, который тут же приоткрыл помутневшие глаза и тихонько прохрипел.
— Томми, что-то болит? – боясь сделать лишнее движение, если вдруг у Рэтлиффа есть перелом, Адам стоял перед машиной, не зная, можно ли вытащить парня оттуда, – давай, малыш, ну же, ответь мне.
Чуть похлопав по щеке, он увидел, как Томас поморщился и вновь посмотрел в его сторону пытаясь сфокусировать расплывающийся взгляд.
— Адам?
— Молодец, ты узнал меня, а теперь давай, поговори со мной. Что-то болит?
— Голова… – медленно просипел Том, прикрывая глаза.
— Нет-нет, Томми, не закрывай глаза, смотри на меня, – обхватив пальцами подбородок блондина, он развернул его к себе лицом, – Томми, я тебя возьму на руки, потерпишь? Нам нужно добраться до твоего дома, тут недалеко.
Минуту спустя до Томаса дошел вопрос и, он с гудящей головой лишь слабо промычал в знак согласия, тут же чувствуя, как теплые руки аккуратно потянули в бок, а потом резко наверх, от чего он застонал, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.
— Тише. Тише, мой хороший, потерпи. Сейчас все будет хорошо. А еще я тебе задницу надеру, чтобы ты не гонял как свихнувшийся Шумахер. – Адам все говорил, сам понимая, что просто не в силах остановится от нервного напряжения и переживания о здоровье Томаса.
Почти добравшись до ворот дома, он увидел, как оттуда вышел Виктор, идя в сторону своей машины. Остановившись, МакНил посмотрел на Адама пару секунд, его глаза расширились, когда он понял, кого на руках несет брюнет. Сорвавшись с места, Виктор быстро добежал до Ламберта.
— Что…
— Машину занесло. Врезался в дерево. – Коротко объяснил Адам. – Виктор, быстро звони врачу. Скажи, что переломов не наблюдается, но он жалуется на голову и время от времени теряет сознание. – Пока Адам отрывисто давал Виктору задание, он, не сбавляя шага, шел в дом и чувствовал, как его руки немеют, а мышцы ноют от тяжести тела.
— Томми, давай, не теряй сознания, поговори со мной, – все еще пытался говорить Адам, видя, как Том закатывает глаза. – Я видел, что ты пристегнулся, ты молодец, послушный мальчик. Не засыпай, Томас!
А Том слышал слова, но не мог никак ответить, хотя сквозь боль и тошноту мысленно реагировал на каждое слово брюнета. Каждый раз, пытаясь удержаться на поверхности сознания, он вслушивался в то, что говорит Адам.
Добравшись до второго этажа, Ламберт притормозил, поняв, что не знает куда идти.
— Виктор, где комната Тома?!
Быстро поднявшись, МакНил добежал до одной из дверей и толкнул ее, тут же отходя в сторону и пропуская Ламберта.
— Врач скоро будет. Он уже в машине. Сказал, что по симптомам у Томаса может быть сотрясение и до приезда доктора он не должен засыпать.
Положив Тома на кровать, брюнет быстро расправился с его одеждой, попутно прося МакНила:
— Принеси какое-нибудь ведро, вдруг ему станет плохо. И полотенце намочи. – Стянув куртку и футболку с блондина, увидел расплывающийся синяк от левого плеча и спускающийся вниз на правый бок. Адам наклонился к парню, – Томми, очнись, добрый доктор запретил тебе закрывать твои чудесные глазки, слышишь меня? Давай, малыш, поговори со мной, посмотри на меня.
— Адам…
— Вот так, мой хороший, правильно, я тут, с тобой. Виктор тоже здесь. Сейчас еще и врач придет, – видя, как Том опять закрывает глаза, Адам тихонько погладил его по руке, торопливо говоря, – Томас, ну же, еще чуть-чуть. Потерпи еще немного, хорошо?
— Я пытаюсь,… ты… не молчи, твой голос…
— Вот и хорошо, вот и правильно. – Увидев, как Виктор протянул полотенце, Ламберт взял его и осторожно приложил ко лбу блондина, слыша, как тот тихонько застонал.
— Тише-тише. Холодно, да?
— Мгм…
— Сейчас станет лучше. Томми, что у тебя болит, кроме головы?
— Грудь, плечо… спать хочу… мне плохо.
— Нельзя спать, терпи, – обернувшись к обеспокоенному Виктору, он спросил, – где врач?
— Уже подъезжает. Нам повезло, что он был недалеко отсюда. Что вообще произошло?
— Не знаю,… он с отцом вроде поругался. Я видел, как он сел в машину и уехал. Я решил, что стоит поехать за ним и попытаться остановить его.
— Рон, блять,… сука… – Вик резко замолчал, поняв, что сказал лишнее и быстро глянул на Адама.
— Сука это слишком мягко сказано… мудак он… убил бы… – хмуро сказал брюнет, продолжая проводить влажным полотенцем по лицу Тома, чувствуя, как дрожат собственные пальцы.
Виктор же наблюдал за Ламбертом; за его заботой о Томе; за тем, как тот искренне волнуется за парня. И пусть Виктор все еще переживал за Томаса, то, что Адам был рядом, на удивление вселяло уверенность.
Да и наблюдать за Ламбертом было очень любопытно. МакНилу показалось, что брюнет ведет себя… как… влюбленный?
Ну да, что-то из этой области.
— Я открою, – кинул Вик через плечо, отвлекаясь от своих мыслей и выходя из комнаты, когда услышал звонок в дверь.
— Томми, открой глазки, врач пришел. Сейчас он тебя осмотрит, и ты сможешь поспать, ладно?
— Я постараюсь.
***
Осмотрев Тома, доктор повернулся к мужчинам стоящим около дверей.
— Как я и говорил – легкое сотрясение, еще у него гематома на груди, но это от ремня безопасности. Такое часто случается при сильном ударе. И еще у него синяк на скуле и разбитая губа… у него не сработали подушки безопасности?
— Да, сработали… это… не из-за аварии, – хмуро процедил Адам.
— О, понятно… очередное «падение с лестницы» в доме его отца…. – Их семейный врач слишком часто слышал эту формулировку, когда его вызывали к маленькому Тому. Чуть помолчав, мужчина вновь повернулся и негромко сказал. – Сейчас я поставил ему обезболивающие и еще я выпишу ему рецепт на лекарства. Ему нельзя засыпать надолго, вы сможете за ним понаблюдать? Будить придется каждый час, и проверять состояние.
— То есть меня будут постоянно будить? – просипел Том, чуть приоткрывая глаза.
— Увы, Томас. Придется потерпеть. – По-доброму улыбнувшись, доктор похлопал блондина по руке.
— Я присмотрю за ним, – уверенно сказал Ламберт.
— Прекрасно, молодой человек. Значит, вы, Виктор, поедете в аптеку.
— У нас есть, кому съездить за лекарствами, не беспокойтесь, доктор Кит.
— Значит, я заеду к вам завтра, Томас. И до моего осмотра вам не нужно вставать с кровати.
— А если я захочу в туалет?
— Ну это можно, только не надолго, – немного подумав, разрешил врач.
— Спасибо, доктор Кит. До свидания.
Виктор и мистер Кит вышли, а Адам подошел к Томасу.
— Как ты?
— Спать хочу, – слабо прошептал Рэтлифф, прикрывая глаза.
— Теперь ты можешь поспать, доктор разрешил.
— Угу. Значит, ты будешь меня будить, да?
— Надо, Томми, ты и сам это понимаешь. Ты в рубашке родился, раз врезавшись на такой скорости в дерево, заработал пару синяков и легкое сотрясение.
— Да я успел скорость сбросить, когда машину повело. – Чуть приоткрыв глаза, он посмотрел на Адама и еще тише просипел, – я вспомнил про тебя на половине пути… и пристегнулся, а увидев, что ты едешь за мной, сначала разозлился и дал по газам, но потом понял, что ты едешь, чтобы помочь и начал снижать скорость и… вот. – Устало дыша, будто он не говорил, а бегал, блондин закрыл глаза.
— Томми… – Ламберта потянуло к кровати, и он не спрашивая разрешения, лег около Тома и погладил его лоб кончиками пальцев, – ты понимаешь, что я больше никогда не разрешу садиться за руль? Пока я с тобой, то сам буду возить тебя.
— Хорошо… – немного помолчав, Томас собрался с силами и открыл неподъемные веки, в последний раз сказав, прежде чем сон полностью овладеет им, – и ты же понимаешь, что я согласился, только потому, что у меня нет сил спорить с тобой?
Облегченно засмеявшись, брюнет наклонился, поцеловал блондина в щеку и тихо прошептал:
— Засыпай, малыш, я разбужу тебя через час.
***
Увидев, что Том уснул, Адам аккуратно встал с кровати и, укрыв блондина одеялом, осторожно вышел из комнаты, чтобы сходить на кухню за водой.
Налив два стакана воды – один для себя, один для Тома, Адам присел на стул и чуть сгорбившись, поставил локти на стол.
В последнее время события несутся со скоростью света, но это не мешает застыть всем начальным целям, ради которых Адам и приехал сюда. Прикрыв глаза и глубоко вздыхая, Ламберт сделал глоток воды. Посмотрев в сторону двери, встретился с внимательным взглядом Виктора, стоящего в дверном проеме.
— Как он?
— Спит. Уснул сразу же.
— Парни уже вызвали эвакуатор, скоро машину увезут. Не думаю, что она подлежит восстановлению.
— А я думаю, что он больше не сядет за руль.
— Томас не из пугливых. Он не испугается.
— Да я не об этом. Я не дам. – Отмахнулся Адам.
Усмехнувшись, Виктор подошел к столу и сел напротив брюнета, положив руки на стол.
— Слушай, я не доверяю тебе…
— У вас в городе воздух что ли особый? – прервал МакНила Ламберт, опуская голову и потирая лицо руками. – Или у вас это, что-то вроде традиции «Добро пожаловать»? Просто, серьезно... я еще ни разу не встретил здесь человека, кто не начинал бы свой разговор со слов: «А вот ты знаешь, я тебе не доверяю».
— Это просто наша жизнь заставляет подозрительно относиться ко всем, кто пытается прорваться в наше окружение. А ты слишком настойчиво вламываешься сюда. И я вижу, как ты смотришь на него.
Брюнет вскинул голову, встречаясь с понимающим взглядом мужчины.
— О, поверь, это несильно бросается в глаза тем, кто не в курсе всего,… но… этот паренек вряд ли кого-то может оставить равнодушным, не так ли?
— И ты не исключение? – чуть прищурившись, проговорил сквозь зубы Адам, чувствуя первые сигналы ревности.
— Адам, я не тот к кому стоит ревновать. Я тебе не соперник, – покачал головой Виктор, – но поверь мне, если ты причинишь ему боль, мне без разницы какую: физическую или эмоциональную. Я буду первым, кто разорвет тебя на части. И поверь, я не буду сомневаться. Надеюсь, мы поняли друг друга?
— Вполне.
— Ну вот и замечательно. Я, пожалуй, сам съезжу в аптеку. – Уже на выходе из кухни, Вик повернулся и сказал, – и еще одно, Адам, не лезь к Рону, понял? Это плохая идея.
— О чем ты? – спросил Адам, пытаясь не выдать своего удивления.
Вик не мог знать… ведь не мог же?
— О том, то, что я видел, как ты смотрел на его синяки и разбитую губу. Том переживет их, он всю жизнь живет с этим. А если ты попытаешься влезть к Рону с претензиями, то он убьет тебя… он не тот с кем можно бороться напрямую.
— Я постараюсь сдержаться.
— Поверь мне, в этом, я тоже тебя понимаю,… слишком долго я живу с этой хренотенью, слишком давно хочу вырвать все внутренности Рэтлиффа-старшего из-за его отношения к Тому.
— Виктор…
— М?
— Почему Томми не отвечает ему? Ведь он умеет… ну… многое…
— Это еще с детства… я и сам, если честно не совсем понимаю это, Том не из тех, кто идет на близкий контакт и делится своими переживаниями.
— Ну хорошо. Если отец так его ненавидит, то почему не отпустит его?
— Вот на этот вопрос, боюсь, тебе даже сам Том не ответит.
— Спасибо?
— За что? – удивился Вик.
— За то, что не мешаешь мне, а вроде даже, помогаешь.
— А это не тебе я помогаю, а Рэтлиффу, – улыбнувшись, он подмигнул Ламберту и прошептал, – чувствуешь разницу?
— Определенно чувствую, – улыбнулся Адам и Вик вышел из кухни.
Волнение за Тома заполнили все тело брюнета настолько сильно, что он еле поднялся из-за стола и, взяв стакан воды, пошел шаркающей походкой в комнату к блондину. Он прекрасно понимал, что в ближайшие сутки поспать, толком не удастся. Ему нужно будить Томми, чтобы удостовериться, что с этим гонщиком все в порядке. Зайдя в комнату, он поставил стакан на тумбочку и присел на кровать, наблюдая за чуть бледным лицом.
Адам понимал, что из-за его чувств, все перевернется. Уже перевернулось. Он так же понимал, что сейчас будет нелегкое время. А еще он совершенно точно знал, что как только Томас узнает, кто Адам на самом деле и для чего он здесь…
Ламберт потеряет его.
Как бы ни хотелось, но брюнет не сможет победить в борьбе за них, когда Том узнает, что все его недоверие имеет нехилое основание и все его подозрения верны.