Глава 1
— Ну что, пап, ты завтра пойдешь ко мне на премьеру? У меня главная роль и ты должен быть там.
— Алекс, если меня отпустят с работы, я обязательно приду. Ты же знаешь, как я работаю, – устало ответил мужчина, искренне сожалея, что на все просьбы сына отвечает одним и тем же оправданием.
— Да-да. Работа, работа и работа. Удивительно, как ты еще домой не отпрашиваешься,… хотя, это там ты живешь и, судя по всему, дом там.
— Сын, ты же понимаешь, что мы не можешь ругаться на эту тему каждый раз?
— Да все я понимаю. Но я не единственный сын полицейского, у нас есть и другие дети, родители которых тоже работают в полиции, но они находят время и приходят к ним на важные события.
— Алекс, ты же понимаешь, что у отца должность выше. Он детектив и порой у него слишком много дел, – попыталась вступиться за мужа женщина.
— Мам, ну так пускай папа поменяет работу, я уже устал постоянно ждать и потом понимать, что жду бессмысленно!
— Алекс! Прекрати, я больше не хочу разговаривать на эту тему. Джесс, передай мне салат.
Звонок в дверь помешал миссис Нейтон передать тарелку мужу.
— Не беспокойся, Дэвид, я открою. – Женщина встала из-за стола и, улыбнувшись своему грустному десятилетнему сыну, пошла открывать дверь.
Сын и отец сидели в полной тишине, Алекс хмуро ковырял вилкой в тарелке, а отец устало потирал лоб, чувствуя, как начинается мигрень.
Оглушительный крик женщины заставил Дэвида подскочить и с широко распахнутыми глазами замереть. Алекс точно так же испуганно прислушивался, смотря в сторону коридора. Звуки борьбы и вновь крики напугали ребенка еще больше.
— Алекс, быстро прячься, – теперь с ребенком разговаривал не его отец, а специальный детектив Дэвид Нейтон.
Ребенок тут же залез в кладовку, прикрывая дверь и испуганно прислушиваясь к звукам борьбы. Дэвид же, увидев, что сын спрятался, достал табельное оружие, но не успел сделать и шага из гостиной.
Двое накаченных и бритоголовых парней втащили его жену, которая была без сознания. Кинув ее на пол, они наставили оружие на Нейтона и замерли.
Хриплый и низкий голос прервал гляделки мужчин с оружием в руках:
— Ну что, детектив Нейтон, ты так и не послушался меня и занялся поиском правды, да? Я же предупреждал тебя, чтобы ты не лез в это дело.
Мужчина около тридцати лет, в деловом костюме и уже с легкой сединой на висках вышел в центр комнаты, отодвигая себе стул и вальяжно располагаясь на нем.
Посмотрев на пистолет в руках Нейтона, он оскалился и холодно сказал:
— Убери это, Дэвид, – увидев, что мужчина даже не шелохнулся на его приказ, он добавил, – убери или ты увидишь, как я прострелю твоей женщине голову.
Пистолет в руках детектив дрогнул, и он медленно опустил руку.
— А теперь положи его на пол и отойди к столу.
Выполнив и это, Дэвид смотрел на незваного гостя.
— А теперь давай поговорим с тобой. Ты знаешь, как я не люблю, когда суются в мои дела. Наверняка знаешь, ведь ты уже полгода копаешь под меня. За эти полгода тебе столько раз намекали, чтобы ты отстал, но ты упорная ищейка, лучшая в городе, ищущая справедливость. И, насколько я знаю, ты упорный сукин сын, который выяснил большую часть моих дел. У тебя даже оказались собственные шпионы в моей группировке. Те, кто сейчас мирно покоятся на городском кладбище. Они и их семьи. Ты представляешь, Дэвид. Все эти пять семей на твоей совести. Это ты их убил. А теперь еще и твоя семья умрет. А все почему? А потому что ты хотел справедливости.
— Отпусти мою жену. Забирай меня, но ее не трогай. – Голос Дэвида не дрожал, но тяжелое дыхание выдавало его страх с головой.
— Нет, Дэвид. Так не пойдет. Я не торгуюсь. Когда меня злят – я ликвидирую источник раздражения. – Встав со стула, он повернулся спиной к детективу и, вытащив пистолет, кивнул своим охранникам.
Парни тут же рванулись к мужчине и, схватив его, повалили на пол, нанося точные удары по ногам, почкам и голове. Пару минут спустя, когда мужчина потерял сознание от особо сильного удара, Рэтлифф махнул парням, давая знак, чтобы они помогли очнуться полицейскому. Как только мужчина пришел в себя, Рэтлифф подошел к женщине и ткнул ее носком ботинка. Джесс тоненько застонав, пришла в себя и, открыв глаза, испуганно глянула на посетителя.
Рэтлифф присев на корточки, тоном заботливого отца сказал, откидывая прядь волос с лица женщины:
— Милая Джесс, мне очень жаль, что так вышло, но именно из-за своего мужа ты сегодня умрешь. – Покатившиеся слезы и испуганный взгляд, обращенный на ее мужа, заставили Рэтлиффа похлопать ее по плечу, – ну-ну, не нужно, я сделаю все быстро.
Не успев ничего понять, Дэвид увидел, как Рэтлифф выстрелил женщине в висок, и она безжизненно упала на пол. Закричав как раненый зверь, полицейский забился в рыданиях, но ботинок, впившийся в ребра, заставил его сдавленно захрипеть.
— А теперь, Дэвид, я хочу знать, где твой сын?
— Его нет здесь. Он… уехал на все лето, – прохрипел мужчина.
Вновь удар и Рэтлифф скучающе поцокал языком.
— Ай-яй, не хорошо врать. Ты думаешь, я просто так пришел к тебе? Конечно, я сначала выяснил, когда ваша прелестная семья будет в сборе, чтобы нанести тебе официальный визит. Так что я повторяю свой вопрос: где твой сын, Нейтон?
— Пошел ты, Рон.
— Ну что же. Придется сжечь дом, чтобы наверняка. Свяжите его, парни. И передайте, чтобы принесли канистры.
Смотря, как связывают окровавленного детектива, Рон Рэтлифф – глава преступной группировки, скучающе протянул:
— Вот видишь, чего ты добился своим упрямством. Но радуйся, Нейтон, за твои поступки место в Раю тебе обеспечено. Если этот самый Рай существует.
— Я отомщу тебе, понял? – прохрипел Дэвид на границе расплывающегося сознания.
— Конечно, встретимся на небесах,… хотя, может и не встретимся.
Спустя полчаса, когда парни облили всю гостиную бензином, он встал и, выходя из комнаты, сказал:
— Теперь ты понимаешь, что справедливости не существует? – Рэтлифф направив пистолет на грудь Дэвида, выстрелил и, увидев, как голова детектива упала на грудь, передал пистолет одному из мужчин. Выходя из комнаты, сказал своим наемникам, – заканчивайте, парни.
Не дойдя до своей машины, он увидел, как один из ребят испуганно сверлит асфальт.
— Ну что еще?
— Ми-мистер Рэтлифф, мы не знали, что он залезет в багажник… Мы увидели его только сейчас, – открыв дверь, он ухватил за шиворот маленького, худенького парнишку, который яростно отбиваясь, пинал ногами по воздуху.
— Томми, – холодный и яростный голос отца, заставил паренька испуганно замереть и взглянуть на отца, – объясняй.
Все так же глядя на мужчину, мальчик мелко затрясся от страха, видя, как в глазах отца появляется ярость.
— Ну раз ты не хочешь разговаривать, значит мы поговорим дома. В машину его.
Сидя в машине и смотря, как в окнах дома разгорается пламя, Томми прошептал:
— Отец, т-там… пожар…
— Да, Томми. Смотри и учись, как я расправляюсь с теми, кто мешает мне. Тебе придется делать так же.
— Там… т-там… люди? – глаза ребенка напоминали блюдца, тело сотрясалось, и он прижал ладошки к стеклу, будто собирался открыть дверцу автомобиля и попытаться спасти тех людей.
— Да. Но ты будешь сидеть здесь и смотреть.
— Отец… п-почему? Выпусти их! З-зачем ты… – дрожа всем телом, мальчик попытался открыть дверь, но стальная хватка отца помешала ему сделать это.
Рон приблизив свое лицо к сыну, ледяным тоном процедил:
— Почему я убиваю? Это законы природы, Томми. Либо ты их, либо тебя. Ты слишком мал, чтобы понимать, но потом, когда ты станешь достаточно взрослым, ты встанешь к власти рядом со мной.
— Я… н-не х-хочу…
— Молчать! И прекрати заикаться, это отвратительно. Нельзя показывать свою слабость.
Когда огонь охватил весь дом, машины уехали с улицы, оставляя полыхающее здание и увозя с собой маленького мальчика, который в столь раннем возрасте сталкивался с вещами, которые выдержит не каждый взрослый.
***
Приехав в свой особняк, Рон вышел из машины и, больно схватив своего сына за локоть, потащил его за собой. Дойдя до подвальных помещений, он затолкнул внутрь паренька и зашел сам, закрывая за собой дверь.
— Отец, н-нет! Прошу тебя, не н-надо! Я п-просто захотел посмотреть, куда ты ездишь по ночам!
Стащив с себя пиджак, Рэтлифф-старший закатал рукава, и злое выражение лица испугало ребенка еще больше, заставляя его забиться в угол.
— Я тебя предупреждал, Томми, что ты не должен заикаться? Я предупреждал, чтобы ты не смел лезть в мои дела без спроса? И ты еще посмел промолчать, когда я задал тебе вопрос? Три непослушания. Плохо, Томми, плохо!
Первый удар наотмашь, и ребенок, стиснув зубы, мужественно сдерживает рыдания, прикрыв голову руками.
— Отец, п-прекрати!
— Ты не должен умолять! Ты должен отвечать на удары, – еще один удар и Томми вновь падает, не успев подняться с колен, – завтра я найму учителя, который будет обучать тебя бороться, стрелять и все, что я скажу, понял меня?
Томми на дрожащих ногах поднялся, стискивая зубы от бессильной злобы и страха перед отцом. Смотря на Рона, взглядом слишком зрелым для десятилетнего ребенка, он прорычал:
— Д-да!
— Опять ты заикаешься! – Вновь удар, слишком сильный и Томми падает на пол, теряя сознание.
— Слабак, я научу тебя, что значит быть сильным.
Раскатав рукава и застегнув запонки, Рон надел пиджак и неспешной походкой вышел из подвала, закрывая дверь, оставляя своего сына на холодном бетонном полу.