Не щекочи спящего Драко

Звук его шагов эхом разносился по пустым коридорам Хогвартса. В замке было до устрашающего тихо, большинство студентов либо ужинали в Большом зале, либо уже спрятались в общих комнатах.

Наконец Драко добрался до входа в старую лабораторию, скрытую за полузаваленным обломками ходом. Он отворил замок и, глубоко вздохнув, толкнул тяжелую дверь и шагнул внутрь. Старая лаборатория не использовалась больше года. А может, и с того момента, как преподавателем зельеварения назначили Горация Слизнорта. Чувствовалось запустение. Повсюду толстым слоем лежала пыль, многие ингредиенты для зелий уже испортились, а стеклянные флаконы и инструменты были беспорядочно разбросаны по комнате.

Драко почти видел, как Снейп стоит в передней части класса у доски, скрестив руки на груди и время от времени бросая тяжелый осуждающий взгляд на студентов.

Но профессор был мертв, класс опустел, а он сам уже едва ли походил на самого себя в те времена. Ничего и никогда уже не могло быть как прежде.

В старой лаборатории зельеварения царил полумрак, и единственным источником света были несколько свечей, расставленных на пыльных полках, которые Драко сразу же зажёг. Стены и дубовые столы в передней и задней частях комнаты были покрыты царапинами и пятнами. На стене перед классом висела доска, на которой всё ещё виднелись неразборчивые каракули с последнего занятия Снейпа. В лаборатории всё ещё слабо пахло различными ингредиентами и смесями, которые когда-то наполняли помещение, создавая смесь землистых, лекарственных и в общем целом неприятных запахов. Перед классом стоял длинный широкий стол, на поверхности которого лежали старые книги по зельеварению, пыльные пузырьки и другие принадлежности.

Шкаф для хранения зелий стоял в дальнем конце комнаты, его дверцы были слегка приоткрыты, так что можно было увидеть полки с ингредиентами.

Оставив раздумья, он начал оглядывать лабораторию, скользя взглядом по книжным полкам вдоль стен и просматривая оставленные там книги. Большинство из них были просто учебниками для разных курсов. Видно, для тех нерадивых учеников, которые периодически теряли свои. Драко разочарованно вздохнул. Он брал то одну, то другую, быстро перелистывая страницы в поисках чего-нибудь полезного. Но сколько бы книг ни просмотрел, не мог найти хоть чего-то толкового. В конце концов он закашлялся, подняв толстый слой пыли, осевшей на поверхности.

Он уже злился. Пыльная комната была слишком душной, время шло, а он ни капли не приблизился к успеху с того момента, как зашёл в лабораторию. К тому же кто-то из вечно снующих по углам Хогвартса студентов может случайно услышать посторонние звуки. Пока, перебирая различные предметы на столе, он случайно не задел слегка расшатанную панель с нижней стороны.

Его рука замерла. Он снова провел пальцами по поверхности, пытаясь найти защёлку. После недолгих поисков он нащупал маленькую, почти незаметную ручку. Её легко было не заметить среди множества щелей и отметин на старом столе. Драко осторожным движением повернул ручку и, к своему облегчению, услышал тихий щелчок, за которым последовал мягкий звук отпирающегося и слегка выдвигающегося ящика. В самой глубине лежала единственная книга в черном кожаном переплете с потрепанной и местами потрескавшейся обложкой. Он протянул руку и осторожно вынул ее из ящика, наблюдая, как с поверхности осыпается толстый слой пыли. Драко снова невольно закашлялся.

С чувством предвкушения он осторожно открыл книгу. Страницы слегка зашуршали, но звук этот был почти оглушительным в тишине лаборатории. Пожелтевшие и тонкие, они казались совсем сухими и ломкими на ощупь.

Это был дневник. Или, скорее, записи. Каждая страница покрыта старыми, выцветшими каракулями. Слова было трудно прочесть при тусклом освещении, но когда глаза Драко немного привыкли к полумраку, он начал разбирать некоторые надписи. Вместо слов вся страница была заполнена серией символов. Они выглядели как руны, с замысловатыми узорами, которые тянулись по всей странице. И не были похожи ни на что, что он видел раньше, он не мог уловить никакой логики или закономерности в их расположении. Драко несколько минут немигающим взглядом смотрел на страницу, но чем больше он старался, тем сильнее запутывался.

Следующая страница всего-то была заполнена коротким абзацем слов. Почерк беспорядочный и торопливый, будто кто-то очень спешил записать собственные мысли. Он прищурился, пытаясь разобрать хоть слово. Это действительно было похоже на какое-то защитное заклинание. Не раздумывая, Драко быстро спрятал фолиант под мантию.

Взгляд его метнулся по сторонам, вновь пройдясь по рядам пыльных книжных шкафов и разбросанных флаконов на столах. Драко молча крутил в руках старый ключ. У него не было времени, чтобы и дальше оставаться здесь. Как бы странно ни было это признавать, но если он будет отсутствовать слишком долго, то это могут заметить. По крайней мере, Поттер, который непременно потом спросит, где он пропадал. Будто ему было дело. И все же Драко осторожно выскользнул из лаборатории, стараясь не издавать ни звука, вновь запер дверь и мысленно сделал пометку, что при удобном случае стоит вернуться сюда еще раз.

Когда он вошёл в комнату, то с удивлением обнаружил, что Гарри уже спал. Тихий храп, доносившийся с его кровати, эхом разносился по комнате.

И, как всегда, окна с его стороны были слегка приоткрыты, в комнату проникал холодный ночной ветер, слегка колыхавший занавески. Драко раздражённо вздохнул, ничуть не удивляясь происходящему. Но его совершенно не привлекала перспектива провести около недели в кровати, чихая и кашляя, поэтому он поборол собственную принципиальность и на носках пересек комнату, осторожно ступая, чтобы ненароком не задеть чужие вещи, небрежно разбросанные по полу. Смятые черновики эссе по трансфигурации соседствовали с пустыми чернильницами, сломанные перья вперемешку с фантиками от сладостей, и даже одна из школьных мантий безхозно валялась на полу. Он добрался до окна и тихо прикрыл створки. Драко поднял глаза, чтобы убедиться, что его сосед не проснулся, и размеренное поднимание и опускание груди Поттера говорило о том, что тот глубоко спит. Он даже не потрудился опустить балдахин. Драко завис на пару секунд. Скользнул взглядом по чужому лицу. Тусклый лунный свет лился из окна и тенями падал на кожу. И что-то предательски цепляло.

Сделав шаг назад, Драко чуть не споткнулся о пустой флакон, который с глухим стуком покатился по полу. Он испуганно замер, надеясь, что звук не разбудит Поттера. Но тот лишь глубже зарылся в подушку, что-то неразборчиво пробормотав во сне.

На следующий день после уроков Драко засел в библиотеке. Там было тихо, и никто особо не обращал на него внимания, что его более чем устраивало. Он пытался разобраться с рунами, что были в дневнике, но мало продвинулся вперед, скорее наоборот, найденные им книги вызывали только больше вопросов. Так он часами прокорпел над старыми страницами, лишь иногда отрываясь, чтобы сделать перерыв и немного размять затекшие конечности.

Вечером, когда Гарри вернулся в спальню, он выглядел уставшим. От него пахло алкоголем и табаком. И неудачные попытки избежать внимания, вероятно, дались ему слишком тяжко. Он рухнул на кровать, даже не потрудившись снять обувь, и тихо вздохнул. Время уже близилось к полуночи.

— Привет. — Пробормотал он, и голос его заглушило одеяло.

— Да. Привет. — Драко бросил косой взгляд в его сторону. За этим традиционно должен был последовать вопрос «Что делаешь?» или «Как день?».

Но в этот раз так не случилось.

— Я говорил с Кингсли. Он дал разрешение. — Голос Гарри был немного хриплым, а слова чуть невнятными. Он лениво перевернулся на спину.

— Погоди, правда?! Ты не шутишь? — Внутри Драко словно что-то оборвалось. Он действительно не верил, что из этого что-то выйдет. Даже если ему поможет Поттер. Он резво сел на кровати и наклонился вперёд, так, что светлые волосы упали на глаза.

— Ну, — Гарри устало потер переносицу, — он был не сильно рад. Но мы смогли прийти к соглашению.

— А когда?

— Завтра. — Гарри кивнул, откидываясь на спинку кровати и протирая глаза. — У тебя будет около часа.

Час. Драко поразмыслил над таким коротким промежутком времени. Час, чтобы задать вопрос и получить ответы, которые ему были необходимы. Этого было слишком мало и слишком много одновременно.

— Спасибо. — Тихо выдавил Драко.

Гарри кивнул, веки его отяжелели от усталости, и, прежде чем заснуть, он еле слышно пробормотал:

— Не за что.

А Драко так и сидел, уставившись в высокий черный потолок. Он прекрасно представлял реакцию отца. Холодный проницательный взгляд, смешанный с разочарованием. Он упитывался одновременно страхом и противным чувством удовлетворения. Часть его хотела, чтобы отец увидел его таким, чтобы было ясно, что для них всех уже все кончено. Окончательно. Может, он и не был бы рад его видеть. Драко не знал, отчего такие мысли, но они вопреки всякому здравому смыслу приобретали в его воображении все более уродливые черты, нагнетая худшее.

Следующий день выдался пасмурный, небо затянули густые тяжелые тучи. Воздух был промозглым, предрекая надвигающуюся грозу.

Когда Драко в сопровождении Гарри вышел на улицу, уже начали падать первые капли дождя. Оба направились к воротам, закутавшись в дорожные плащи. Их шаги громко стучали по булыжнику. Несмотря на пасмурную погоду, Драко почувствовал себя немного более собранным, его нервы будто немного успокоились от холодной мороси. Стоило им зайти за ворота школы, Гарри взял Драко за руку, они аппарировали. Во вспышке разноцветного вихря они перенеслись в пустынный переулок сразу за периметром Азкабана. Знакомый холод острова сразу же напомнил о себе, просачиваясь сквозь одежду сырым ветром и пробирая до костей. Небо над головой было заслонено тяжелыми серыми облаками, вдалеке простиралось море, чьи волны с шумом разбивались об острые черные скалы.

А его мгновенно накрыла волна воспоминаний.

Как сейчас, Драко ясно помнил ледяные каменные стены, влажный воздух с запахом затхлости, смешивавшийся с чем-то металлическим, вызывая тошноту. И ни с чем не сравнимое чувство, когда от созерцания каменной кладки тебя отвлекают чьи-то бессвязные вопли, эхом разносившиеся по бесконечным коридорам. Но иногда было не до них. От веритасерума, который ему вливали в глотку целыми флаконами, разум становился всё более запутанным, податливым, и мир вокруг начинал распадаться уродливыми кусками. От него ответов требовали, а он ни сказать, ни двинуться. Проваливался в мучительное беспамятство, где он ничто и никто, пока тело вновь не прошивало тупой болью. А в и без того содранные колени врезался грязный металл цепей от колодок. Его волокли куда-то. Он слышал, как цепи скребли по каменному полу, издавая резкий протяжный звук, всего на мгновения возвращавший его к реальности. Смотрел вниз на свои руки, покрытые ссадинами и грязью, и видел, как кровь медленно стекала по запястьям, смешиваясь с пылью.

В такие моменты мелькала мысль иногда, может ли безумие быть наследственным, или яд медленно разъедал его изнутри. Может, он этого и хотел. В голове кружились обрывки мыслей, и он с трудом различал, где заканчивалась реальность. До сих пор не всегда различает. Кто-то здесь должен был знать, что сыворотка правды — сводящий с ума яд в чистом виде, иначе бы точно пожалели и не использовали в таких количествах.

Драко мотнул головой, прогоняя наваждение. Пересилив себя, он покосился на Гарри, который невозмутимо оглядывался по сторонам, делая вид, будто изучая местность. Перед ними виднелась тёмная громада Азкабана, пугающе возвышавшаяся на фоне серого неба. Драко тяжело сглотнул.

— Пошли. — Пробормотал он едва слышно. Гарри кивнул, и они вышли из переулка, направляясь к тюрьме. Дождь превратился в моросящий туман, из-за чего каменная кладка стала ещё более скользкой. Чёрные массивные ворота из кованого железа показались Драко ещё более жуткими, чем он помнил.

На страже стояли двое охранников Азкабана. На их лицах, казалось, не было ни единой эмоции, кроме холодной отчужденности. Драко невольно узнал одного из них. Смутно знакомое лицо, видимо оставшееся в памяти за время его пребывания в крепости. Охранник посмотрел на них, его взгляд на мгновение задержался на фигуре Драко, впившись в него глазами. Страх сжал его горло, и он успел поймать взгляд Гарри, прежде чем их обоих жестом пригласили проходить. Тяжелые железные ворота приоткрылись с ужасным скрипом.

Впереди простирался коридор, освещенный тусклыми факелами, отбрасывающими на пол кривые тени. Они вдвоем последовали за одним из смотрителей. Через решетки виднелись силуэты заключённых, сгрудившихся в тени. Некоторые молчали, другие бормотали что-то себе под нос так, что у Драко по спине побежали мурашки. Он старался смотреть куда-то себе под ноги, лишь бы случайно не столкнуться с парой обезумевших пустых глаз, безучастно смотрящих в никуда. Цепи всё так же протяжно гремели, тащась по каменной кладке, и Драко пришлось собрать все самообладание, чтобы не потянуться к собственным запястьям.

Временами он забывал, насколько сильно боялся остаться в этом месте навсегда.

Наконец, они достигли камеры, которую искали. Сердце бешено колотилось, напряжение нарастало по мере того, как они подходили все ближе и ближе. Смотритель открыл дверь, и звук ржавых петель эхом разнесся по тихому коридору. Он с трудом сглотнул и вошёл внутрь, медленно привыкая к полумраку. Из маленького зарешёченного окна пробивался тусклый свет, неравномерно освещая каменные стены. Дверь со скрипом закрылась. В углу камеры, прислонившись к стене, сидела знакомая фигура Люциуса Малфоя. Он поднял голову, когда Драко вошел, его взгляд медленно упал на сына. В глазах мелькнуло узнавание.

— Отец. — Сказал он, и это слово прозвучало странно для его собственных ушей.

Драко опустился на холодный каменный пол, подогнув под себя ноги. Люциус медленно поднял руку, словно хотел коснуться сына, но затем также и опустил ее.

Когда по истечении отведенного часа Драко вышел из камеры, он выглядел еще мрачнее, чем до этого. Плечи опустились, между бровями залегла глубокая складка. Он прерывисто вздохнул.

— Ты всё это время стоял здесь? — спросил он, заметив Поттера, небрежно облокотившегося о стену в паре метров от входа в камеру.

— Нет, — Гарри качнул головой. — Только что вернулся. Было несколько вопросов.

Драко кивнул, больше ничего не спрашивая. Очевидно, его не касалось то, какие дела могли быть у Поттера в таком прекрасном месте. Коридор сменялся коридором, поворот — новым поворотом. Внутри нарастала гнетущая пустота. Гарри время от времени бросал на него косые взгляды, наблюдал, но ничего не говорил, ожидая, что Драко сам нарушит молчание. Но тот ничего не говорил. Холодный, промозглый воздух пропитывал их одежду, делая кожу липкой. Наконец, они подошли к массивным воротам, и в наступившей тишине Драко остановился.

Дождевые капли медленно стекали по его лицу, а волосы прилипли ко лбу. Он повернулся, поднял взгляд и молча протянул руку. Капли дождя блестели на бледной коже. Гарри помедлил несколько секунд, а после крепко сжал до болезненного холодную ладонь. Ощущение приближающегося явления покалывало всё тело, Гарри глубоко вздохнул, готовясь к кратковременному головокружительному ощущению, будто его протискивают через тесную трубу. Знакомое чувство аппарирования охватило их, мир вокруг них закружился. На мгновение Драко потерял равновесие и чуть не упал, в последний момент ухватившись за чужую руку. Он огляделся. Дождь все еще лил вокруг. Прохожие пытались удержать свои зонты, чьи спицы так и норовили выгнуться в обратную сторону из-за ветра. Высокие здания нависали за головой, светящиеся вывески и билборды били в глаза. Гул проезжающих машин резал слух.

Драко потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя, от внезапной смены обстановки у него снова закружилась голова. Он посмотрел на Гарри, который стоял рядом с ним, плотно закутавшись в плащ.

Они оказались в самом центре Лондона.

— Что мы здесь делаем?! — Он постарался перекричать шум проезжающих мимо машин.

— Гуляем. — Как ни в чем не бывало бросил Гарри. Он оглянулся, и капли дождя заблестели на его очках. — МакГонагалл отпустила нас до завтрашнего дня.

Драко это, впрочем, не обрадовало. Он плотнее укутался в шарф, чувствуя, как его пробирает от холода.

— Идет дождь.

— Это Лондон. — Гарри тихо хихикнул, и легкая мальчишечья улыбка тронула его губы. Он сделал шаг вперёд, капли дождя мягко падали на его плащ. — Здесь всегда дождь.

— Как очаровательно.

Драко закатил глаза, ему не слишком нравилась холодная погода, но жаловаться дальше он не стал. И пусть он успел промокнуть до нитки, но поведение Поттера теперь подогревало в нём некрасивую, почти омерзительную, гордыню. И он последовал за Гарри в один из переулков.

— Итак, мне устроить тебе экскурсию?

Драко приподнял бровь в ответ на чужой вопрос.

— Экскурсия? — Он ехидно сморщился. — Собрался показывать Биг-Бен и Букингемский дворец? Серьезно? Я не полный дурак, знаешь ли. Уже видел их, спасибо большое.

— Хорошо, хорошо. — Усмехнулся Гарри, поднимая руки в притворной капитуляции. — Тогда никаких достопримечательностей. Просто отлично, терпеть их не могу.

Он быстро зашагал вперёд, уводя Драко с оживлённой главной улицы в тихие переулки. Они миновали несколько магазинов, ресторанов и пабов, и вдруг Гарри замедлил шаг, указывая на небольшое кафе.

Внутри было уютно, свет был мягким, а из открытых дверей доносилась тихая музыка. Они сели за столик в углу, и некоторое время оба молча ковырялись в своих тарелках. Драко, погрузившись в свои мысли, время от времени бросал какие-то взгляды на улицу, казалось, цепляясь за нечто интересное для него лично. Через время Гарри откашлялся, нарушая тишину.

— Всё нормально?

С некоторым промедлением Драко перевел взгляд с окна на лицо Гарри. Но, честно говоря, он не знал, что сказать. Он ведь не знал, что чувствует, и более того, не знал, что ему нужно было бы почувствовать.

— Да. Всё отлично. — Ответил он спустя мгновение. И правда. Его просьба исполнена, он должен быть счастлив. Но при всем усердии у Драко не получалось натянуть улыбку на свое лицо. — Просто вернуться туда оказалось не сильно приятно.

Гарри лишь кивнул, слегка нахмурившись, но не стал развивать эту тему. Молчание и так было ответом. Отказом рассказывать больше.

— Полагаю, я тебе должен. — Сказал Драко, по-прежнему высматривая что-то за окном. — За сегодня и вообще… За всё.

Гарри откинулся на спинку стула, изучая выражение чужого лица. У него было ощущение, что Драко терпеть не может быть кому-то обязанным, и он видел это нежелание в его глазах. Гарри некоторое время тихо барабанил пальцами по столу, взвешивая все варианты, прежде чем ответить. Слишком уж соблазнительным было для него потребовать что-то с Малфоя. Тут Гарри мог придумать предостаточно вариантов. Начиная хоть с того, чтобы заставить Малфоя извиниться перед Гермионой за все оскорбления, и заканчивая более смелыми предложениями. Но что-то подсказывало ему, что это было бы слишком просто.

— А что ты можешь мне предложить?

— Смотря что хочешь, — отозвался Драко, с усталой усмешкой.

Гарри чуть заулыбался, ему было забавно видеть эту искреннюю попытку спасти лицо.

— А что предложишь? — снова спросил Гарри, очевидно наслаждаясь чужим замешательством. — Ладно, забудь. Мы квиты.

Драко недоуменно нахмурился.

— За что это?

Гарри не ответил. И так было ясно. За всё. А Драко не смог сдержать надломленной усмешки. Квиты они, смех да и только.

— Ты глупец. Мог же попросить что угодно. — Непонимающе пробормотал он. — Вечно делаешь вещи проще, чем они есть на самом деле.

— Потому что ты вечно драматизируешь, Малфой. — Сказал Гарри, подталкивая ногу Драко своей под столом. — Пошли. Давай.

Тот протяжно вздохнул, наблюдая, как дождевые капли стекают по стеклу кафе. Мысль о том, чтобы снова выйти на улицу, была слишком уж непривлекательной, и, недовольно бурча, он последовал за Гарри к выходу. Он пытался не отставать, но вечерний Лондон был полон людей, огней, проезжающих машин и рекламных билбордов, и вскоре он потерял Поттера из виду, на мгновение засмотревшись на одну из вывесок. Вокруг были толпы прохожих. Драко резко остановился, оглядываясь по сторонам, но вместо знакомой фигуры он видел лишь чужие лица, однотипные серые пальто, торопливые шаги. Страх заворочался где-то под рёбрами холодной змеёй. Шум чужих голосов давил на виски, а воздух, пропитанный бензином и чем-то жжёным, царапал горло.

— Эй, приятель, закурить не найдется?

Его окликнул высокий парень с волосами, выжженными до неестественно жёлтого цвета, в спортивной куртке, на пальцах было надето по несколько колец разом. В руках он держал полусгоревшую сигарету. За ним стояла группа таких же ребят.

Он попытался отступить, но маггл шагнул ближе.

— Да расслабься, выглядишь слишком зашуганным. Первый раз в Лондоне? Пошли с нами. Будет весело.

Остальные загоготали, как стая гиен, перебрасываясь какими-то шутками, от которых по спине пробежал холодок.

— Точно, тебе понравится. — Подхватил другой.

— Я спешу. — Голос прозвучал глуше, чем он хотел.

— Да ладно тебе, не строй из себя недотрогу. Ты как будто сейчас в обморок свалишься. — Сказал первый парень, наклонившись ближе. Малфоя обдало навязчиво резким запахом дешёвого алкоголя и какой-то синтетической дряни. — Ну чего ты? Как звать-то?

Драко сделал широкий шаг назад, пытаясь увеличить расстояние между собой и этим типом. Пальцы судорожно сжимали палочку в кармане. Он не мог колдовать, не здесь, не среди толпы магглов. Он уже собирался открыть рот, чтобы возразить, когда за его спиной послышался знакомый голос.

— Не обращай на них внимания. — Посоветовал Гарри, за локоть оттаскивая его в сторону. — Они не стоят твоего времени.

— Эй, ну подожди. — Закричал один из парней, но Гарри уже уводил Драко прочь, оставляя за собой недовольные комментарии.

Взгляд Драко метнулся сначала к чужому лицу, затем обратно к группе магглов, чье внимание уже переключилось на следующего беспечного прохожего.

— Ты как… — Гарри хотел сказать, как ребенок, но осекся и вместо этого проворчал что-то про то, что он то и дело находит себе неприятности.

Пройдя ещё квартал, они наконец добрались до места назначения. Перед ними стояло большое здание с вывеской «Синеплекс», на которой ярко горели рекламы последних фильмов. Гарри повернулся к Малфою, наслаждаясь выражением недоумения на чужом лице. Драко же с трудом подавил в себе желание спросить, что происходит, не желая показаться незнающим каких-то очевидных вещей.

— Итак, комедия, драма, триллер? — перечислил Гарри, подойдя к входу, сбоку от которого располагалась билетная касса. — Или, может быть, ужасы?

Драко с почти детским любопытством посмотрел на афишу, читая названия жанров, но он смутно понимал, что некоторые из них значат, и поэтому просто назвал последний услышанный.

Гарри слегка усмехнулся.

— Ужасы, да? — повторил он, вскинув брови. — Ты уверен, что не боишься?

— Боишься? Пожалуйста, Поттер, — парировал Драко, высокомерно вздёрнув подбородок и скрестив руки на груди. — Я сталкивался с вещами похуже, чем любой маггловский фильм ужасов, который ты можешь мне предложить.

Гарри фыркнул от смеха, забавляясь бравадой Драко. По правде, он думал, что кино должно как-то развеселить Малфоя, но, как говорится, своя рука владыка.

— Ладно, ладно. — Сказал он, поднимая руки в притворном жесте капитуляции. — Тебе лучше знать, о бесстрашный.

Купив два билета, Гарри жестом пригласил Драко следовать за ним по коридору, где тусклый свет перемешивался с эхом трейлеров и едва уловимым запахом свежего попкорна. Внутри был большой зал с рядами кресел, обращённых к огромному экрану. Несколько человек уже сидели, жуя попкорн и шумно потягивая газировку из больших стаканов, при этом переговариваясь между собой слышимым на весь зал шёпотом. Вскоре свет погас, начали крутить трейлеры. Драко неловко ёрзал на месте, будто это самое неудобное кресло, в каком ему когда-либо доводилось сидеть. Он то натягивал ниже рукава свитера, то скрещивал руки на груди, то переводил взгляд на Гарри. Тот же сидел, чуть завалившись на левый подлокотник, и старательно подавлял улыбку всякий раз, как ловил чужой недоуменный взгляд.

Малфой никогда не был в маггловском кинотеатре. Один-ноль в пользу Поттера.

Наконец на экране появился большой викторианский особняк, по виду в состоянии крайнего упадка. Некогда величественный фасад осыпался и поблёк, окна затянула паутина, черепица частично облупилась, а плющ оплетал старые стены. Драко откинулся на спинку кресла, натянул рукава свитера по самые костяшки и сжал пальцы в замок. Внезапно из динамиков донёсся оглушительный треск — Драко вздрогнул и резко обернулся назад, хватаясь за подлокотник. Гарри тихо усмехнулся, прикрывая рот ладонью.

По мере развития сюжета персонажи фильма начали принимать, казалось бы, глупые решения, Малфой не мог сдержать тихого насмешливого фырканья. Он то и дело бормотал себе под нос, качая головой и кривя губы в усмешке.

— О чём они думают? Конечно, спускаться в жуткий подвал в одиночку — это разумно. — Саркастично заметил он, закатывая глаза.

— Забавно слышать это от человека, который бродил по Хогвартсу ночью, выслеживая нас, — шепнул Гарри, наклонившись ближе.

— Это другое, — возразил Драко, поворачиваясь к нему. Их лица оказались так близко, что Гарри мог различить серебристые блики в его глазах. — У меня хотя бы была палочка.

— И все равно на первом курсе из Запретного леса ты бежал как девчонка.

Драко тихо фыркнул в ответ, отрицательно качая головой, и намеренно толкнув локтем чужую руку. Гарри старался сосредоточиться на фильме, но его внимание неизбежно отвлекалось каждый раз, когда Малфой двигался. Свет экрана вырисовывал на его лице мягкие тени, а волосы, волнистыми прядями спадающие на лоб, чуть колыхались, когда он моргал. Драко то и дело ерзал, заваливался то на одну сторону кресла, то на другую, будто никак не мог успокоиться.

Внезапно загоревшийся свет тут же выкинул Гарри из собственных мыслей. Фильм закончился, и теперь по экрану бежали титры. Он несколько раз моргнул, привыкая к освещению. И, посмотрев в сторону, увидел, что Драко делает то же самое.

Гарри заметил едва заметный румянец на щеках Драко. Ему хотелось что-то сказать, прокомментировать фильм или поддразнить Драко за реакцию. Но слова застряли где-то в горле. Вместо этого он просто откашлялся и встал, наклонил голову сначала в одну сторону, потом в другую, разминая затекшую шею.

— Это был полный бред. — Насмешливо объявил Драко, характерно растягивая слова. — У магглов, по-видимому, крайне богатое воображение.

— По-моему, тебе понравилось. — Поддразнил его Гарри. — Особенно та часть, где ты чуть не подпрыгнул от страха.

— Я не подпрыгивал. — Возмутился он. — Тебе показалось.

Дождь прекратился. Но ночной воздух был холодным, дул сильный ветер. После фильма они пошли в бар по соседству. Громкая музыка била по ушам, стены окрашивались в неоновые блики. Здесь было многолюдно, смех, разговоры, звон стеклянных бутылок — всё сливалось в единую, почти невыносимую какофонию. Всё вокруг было слишком хаотично. На Драко разом навалились громкая музыка, сильный запах алкоголя и сигаретного дыма, духота и теснота вокруг. Гарри потащил его за локоть в сторону барной стойки, при этом несколько раз кто-то случайно толкнул его. Народу было полно, но им удалось найти пару свободных мест.

Драко даже не пытался запомнить названия того, что заказывал Поттер. Казалось, что время теряло смысл по мере того, как тянулась ночь. Они оба потеряли счёт выпитым коктейлям. Сознание постепенно размывалось. Он более не мог сосредоточиться на чём-то одном. Щёки Драко раскраснелись, а обычно резкие черты смягчились. На лице его играла ленивая улыбка, но внутри было странное ощущение пустоты, как если бы все вокруг было только воском.

Гарри был не в лучшем состоянии. Его обычно растрёпанные волосы были ещё более растрёпанными. Он слегка заплетался в словах и постоянно хихикал без особой причины. Темы их разговора перескакивали с беззаботных и непринуждённых на странно-философские и откровенно нелепые. И, вероятно, слушать их со стороны было совершенно невозможно. Хотя в таком шуме они едва слышали даже друг друга.

В какой-то момент неподалёку начала танцевать группа студентов, и оба с неподдельным интересом начали наблюдать за этим зрелищем. Гарри лениво комментировал танцующих, но его слова были настолько невнятными и бессвязными, что они оба разразились смехом. Драко облокотился на барную стойку, подперев голову рукой, и даже не пытался перестать смеяться. Глаза его были полуприкрыты, и он чувствовал, как сознание стремительно уплывает куда-то далеко. А в груди начало расти что-то невыносимо тягостное. Странное чувство, когда ты теряешь контроль, но всё равно не можешь остановиться. Не задумываясь, он протянул руку и коснулся чужой щеки, скользнул выше, проведя пальцами по едва заметному шраму, пересекавшему его правую бровь. Гарри не отпрянул, наоборот, сам наклонился вперёд, на мгновение закрыв глаза, будто совсем забылся. Но кожа его была тёплой. Непривычно тёплой для Драко, и та малая часть его разума, которая ещё оставалась трезвой, подсказывала ему, что происходящее переходит все границы дозволенного.

Драко задержал пальцы на щеке Гарри на мгновение дольше, прежде чем отстраниться.

— Может, пойдём отсюда? — предложил Гарри хрипло. — Здесь слишком шумно.

К тому времени, как они, шатаясь и спотыкаясь, вошли в дом номер 12 на площади Гриммо, было уже далеко за три часа ночи. Гарри захлопнул за ними дверь, и звук громким эхом разнёсся по коридорам. Здесь было темно, воздух тягучий, пахло пылью, пол был заставлен какими-то коробками и прочим хламом. Казалось, что в доме не жили много лет. Когда они вошли в гостиную, зажегся свет, озарив тусклым, немного жутким сиянием пыльный пол и выцветшие обои.

Драко пошатнулся и ударился спиной о стену, рядом с закрытым тканью портретом Вальбурги Блэк. Ругательств от бывшей хозяйки дома не последовало. В голове шумело от выпитого, и каждое движение казалось замедленным, будто они двигались сквозь патоку. Малфой поднял затуманенный взгляд. И прежде чем успел что-то сказать, Гарри шагнул ближе, подходя почти вплотную. Он поднял руку и убрал прядь светлых волос с чужого лица, пальцы его коснулись холодной кожи. Взгляд скользнул по лицу.

— Всё нормально? — Голос его чуть хрипел.

Драко молчал, не доверяя самому себе в таком состоянии. Разум его помутился, и он потерял всякую способность рассуждать ещё где-то на третьем бокале. Единственное, на чём он мог сосредоточиться, — это тепло чужого тела, звук прерывистого дыхания, прикосновение пальцев к коже. Ему бы следовало отстраниться, возразить, сопротивляться, но он просто застыл, встретившись с чужим взглядом в тусклом свете комнаты. Слишком близко, чтобы удержаться. А сам Гарри будто нарочно ждал, оставляя ему возможность передумать. Но вместо этого, забыв обо всём, он просто наклонился вперёд, подставив шею под тепло чужого дыхания. И все решилось само. Чужие губы накрыли его, пальцы зарылись в мягкие светлые волосы.

Драко закрыл глаза. Все сомнения разом умолкли, весь мир сузился до этих прикосновений.

Разум совсем затуманился, мысли текли вязкой патокой. Хотелось большего. Попробовать на вкус, прикоснуться, почувствовать. Пока можно, пока допустимо. Пока они оба в ничто. Чужие пальцы зарывались ему в волосы, несильно оттягивая. И он послушно запрокидывал голову назад, обнажая шею. А на периферии сознания маячила мысль, что это могло быть ошибкой. Утром он об этом пожалеет. Возненавидит себя за минутную слабость. Поступок этот совершенно точно станет причиной жутких самокопаний, может даже до конца его дней. Он знал это и всё же не мог остановиться.

В них обоих говорил алкоголь.

— Поттер... — Голос был хриплым, почти умоляющим, звучал как просьба и разрешение одновременно.

Его повели наверх. Ступени скрипели под ногами, и звук эхом разносился по пустому дому.

Гарри толкнул дверь одной из комнат. Внутри было темно, но он щёлкнул выключателем, и помещение залил мягкий свет. Драко сделал несколько шагов вперёд и огляделся, словно пытаясь понять, что это за место, но взгляд его цеплялся только за тёмно-зелёный цвет флоковых обоев. Гарри же протянул руку, и пальцы его скользнули по воротнику свитера, задержавшись на горле и прослеживая линию шеи, задерживаясь там, где загнанно бился пульс. Где-то внутри зарождалась паника, и он даже успел сделать один неловкий шаг назад, прежде чем его схватили за запястье и потянули на себя.

Оба упали на кровать — Драко спиной на мягкие простыни. Светлые волосы разметались по одеялу. Свет лампы отбрасывал тени на его лицо, под ним серые глаза казались почти серебристыми. В них странным образом не было ни капли осознания, а на лице читалось сочетание покорности и предвкушения.

Гарри медленно оседлал его бёдра, не сводя при этом взгляда, и наклонился, уперевшись руками в кровать по обе стороны от головы. Он практически ощущал вкус алкоголя в дыхании Драко, смешанного со сладковатым запахом одеколона. Тот не протестовал, не сопротивлялся, казалось, был так пьян, что не мог или не хотел контролировать происходящее. Он просто был, и это оказывалось даже слишком многим для них обоих. Гарри наклонился, губы его едва коснулись чужой шеи, а руки скользнули под край свитера, ненадолго остановившись, осторожно прослеживая неровные тонкие линии, пересекающие чужую кожу. Это на мгновение немного отрезвило его, вернув воспоминания, которые он пытался похоронить.

— Прости. — Приглушенно сказал он.

Пальцы продолжали скользить по изломам кожи, остро ощущая каждую неровность, каждый рубец. Вверх по животу к груди, и каждое прикосновение как попытка стереть прошлое. А щёки Малфоя пылали алым. То ли от алкоголя, то ли от прикосновений.

— Всё в порядке. — Выдохнул Драко, голос его был едва громче шёпота. Он поймал запястья Гарри, останавливая. — Всё в порядке.

Какое-то время они оба молчали. И единственным звуком стало их прерывистое дыхание. У Гарри на языке всё ещё крутилось почти ненавистное «прости». И всё, что происходило здесь и сейчас, будто в один момент стало его попыткой избавиться от вины, которая теперь отравляла их обоих.

А Драко поднялся на локтях и мягко, немного неуверенно, как будто он сам не знал, зачем это делает, коснулся губами его губ, а затем так же тихо, почти невыразимо отстранился, глядя из-под полуприкрытых ресниц, а пальцы его цеплялись за плечи, утягивая Гарри вниз.

— Прости. — Повторил он приглушённо, голос сорвался на последней букве.

Его рука скользнула к щеке, большой палец очертил острую линию челюсти. Чувствовался запах виски и чего-то остро-терпкого — то ли страха, то ли предвкушения. Или… нет, не предвкушения — скорее, желания. Драко что-то неразборчиво пробормотал, Гарри приподнял голову, пытаясь понять, что происходит. В голове его было марево из таких же смутных мыслей, что у Малфоя. В следующее мгновение тот, как будто собравшись с силами, дёрнулся. Гарри не успел ничего сделать, поддался под тяжестью чужого тела, и оказался прижат к прохладным простыням. Он попытался что-то сказать, но голос исчез в том же моменте, когда Драко наклонился вниз. Он медлил, будто размышлял над тем, как далеко готов зайти, и губы его зависли в считанных миллиметрах от чужих.

В тот момент ладони Гарри вновь скользнули под его свитер, очерчивая контуры рёбер.

— Подожди, — прошептал он хрипло, чувствуя, как пальцы путаются в мягкой шерстяной ткани. В следующий момент он резко потянул свитер вверх, и тут же замер.

На груди и животе виднелись тонкие шрамы вперемешку с бледнеющими синяками, пятнами проступающими на фоне белизны кожи. Пальцы Гарри зависли над отметинами, он сглотнул, и странное, смутное чувство вины подступило к горлу. По какой-то причине увиденное не вызвало у него удивления, как если бы он знал, что будет ждать его в этом моменте.

— Что… — начал было Гарри, но слова застряли в горле. Он был почти уверен, что ответа у Малфоя нет. — Кто?

А до того, кажется, запоздало дошло, что именно произошло. Он дёрнулся и протестующе заворочался, пытаясь слезть, но ему не позволили, удерживая на месте, и тогда когда он болезненно засопел, Гарри, осознав, что он перегибает, отпустил.

— Это не имеет значения. — Произнёс он, быстро убирая левую руку за спину.

В голове всё путалось от алкоголя и эмоций. Это имело значение. Конечно, имело. Но Гарри не стал настаивать. Он достаточно хорошо знал Драко, чтобы понимать, что не получит ответа. Всё в голове его беспорядочно путалось, но собраться с мыслями никак не получалось. Он хотел спросить ещё, настоять на своем, но что-то в выражении лица Малфоя, в тоне заставляло его молчать. В его интонации было что-то такое, от чего Гарри стало не по себе. Надломленное, давно похороненное.

Малфой тем временем поспешно пытался надеть свитер, путаясь в ткани. Наконец справившись, он натянул рукава до самых костяшек, его левая рука вновь метнулась за спину в безысходной попытке спрятать то, что уже было увидено.

— Подожди… — Гарри приподнялся на локтях, но Малфой только сильнее отшатнулся, опасно забалансировав на краю кровати. — Почему не сказал?

Тот закрыл глаза, а затем медленно, очень медленно приоткрыл веки и уставился куда-то за плечо Гарри.

— Это не имеет значения. — Повторил он едва слышно.

И тогда Гарри встал с кровати и подошёл к шкафу. Немного порылся в одежде, прежде чем достать чёрную кофту и хлопковые брюки и бросить их на кровать рядом с Драко. Тот медленно сел, покачиваясь, скрестил ноги, немигающим взглядом посмотрел на одежду, которую дал ему Гарри, затем снова на самого Гарри. А после наклонился вперед, уткнулся лицом в одеяло и пробормотал что-то совершенно невнятное и просидел в такой позе несколько секунд, прежде чем снова разогнуться.

Он взял футболку, положил её на колени и замешкался, движения его были неточными. До Гарри наконец дошла мысль отвернуться, чтобы дать ему хоть какое-то подобие уединения. Он откашлялся, внезапно почувствовав себя немного неловко.

— Я могу приготовить для тебя другую комнату, если хочешь. — Сказал он, тоже попутно переодеваясь. — У меня не бывает гостей. Так что…

Драко покачал головой, и растрёпанные светлые пряди упали ему на глаза. Он посмотрел на Гарри сквозь ресницы, выражение его лица стало знакомо-отстраненным, но щёки до сих пор горели от смущения. Несмотря на небрежность, в этом движении было что-то почти покорное.

— Не утруждайся. — Тихо проронил он.

Гарри отвернулся к окну. В стекле отражалась его собственная фигура, и где-то на периферии — размытый силуэт Малфоя. Странная мысль вдруг пришла ему в голову: за всё время, что они делили одну комнату, он никогда не видел Драко… вот так. Тот всегда исчезал в ванной со стопкой одежды или дожидался, пока Гарри просто уйдет. И он не предавал этому никакого значения, потому что нравы Малфоя были ему едва ли понятны. И, видно, напрасно.

Когда Гарри обернулся, тот уже лежал, по нос закутавшись в одеяло. Голова его была наполовину спрятана в подушку, и Гарри видел только копну светлых волос.

Он постоял немного, наблюдая, как вздымаются и опускаются чужие плечи. Ему хотелось протянуть руку, прикоснуться к нему, убедиться, что он действительно здесь, но он сдержался, потому что больше не знал, где проходят границы. Тишина давила, её нарушали лишь слабое дыхание и редкий шорох одеял. Гарри чувствовал, что должен что-то сказать, но не знал, что именно. Не знал, что сказать тому, кого он когда-то терпеть не мог, тому, кого, как ему казалось, он знал очень хорошо, но в самом деле не знал совсем.

Гарри на мгновение замешкался, а затем медленно лёг на кровать рядом. Матрас прогнулся под его весом, и он постарался оставить между ними приличное расстояние. За окном моросил мелкий дождь, тихо стуча по стеклу. Он через плечо бросил взгляд на Драко. Его плечи размеренно поднимались и опускались, но Гарри не был уверен, спит ли он. Тишина в комнате была такой густой, что будто давила на него.

— Драко. — Начал он, и звук чужого имени был непривычен. — Давай познакомимся.

Драко едва заметно шевельнулся, поворачивая голову ровно настолько, чтобы бросить на Гарри косой взгляд. На его лице промелькнула глухая ухмылка.

— Мы уже знакомы, Поттер. — Вяло протянул он, голос его слегка приглушала подушка. — Слишком хорошо знакомы. Мы даже живем вместе.

— Ты знаешь, что я имею в виду. — Сказал он, повернувшись на бок.

Драко молчал так долго, что Гарри уже решил, что он заснул. Но потом матрас снова прогнулся, и он медленно, очень медленно придвинулся и уткнулся лбом между чужих лопаток.