Глава 194. Объятия, что стерли двадцать лет
Комната наполнилась тихим дыханием и лёгким шумом капель с волос Леши, когда он вдруг осторожно, почти робко, обнял Дани сзади. Теплое тело Леши прижалось к его спине, и Даня почувствовал, как всё внутри него дрожит от знакомого, давно забытого ощущения. Эти объятия... они всегда сводили его с ума, заставляли сердце биться так, будто оно пыталось вырваться наружу, и двадцать лет ожидания не сделали их менее сильными.
Даня замер на месте, его руки судорожно сомкнулись на коленях, будто пытаясь удержаться за реальность. Его сердце стучало так громко, что казалось, Лёша слышит каждый удар. Холод, который ещё недавно окутывал тело Дани, постепенно отступал, оставляя место теплу Леши.
— Мой... — пробормотал Лёша тихо, почти шепотом, губами коснувшись уха Дани. — Я никогда не отпущу тебя снова.
Даня почувствовал, как внутренняя паника и голос, который двадцать лет обвинял его во всём, постепенно замолкают. "Он тебя ударит... он уйдёт... он не любит тебя..." — но реальность была иной: Лёша крепко держал его, будто подтверждая своими руками все слова, которые не мог произнести раньше.
Он почувствовал тепло Леши по всей спине, как будто каждая мышца, каждый нерв реагировали на присутствие того, кто когда-то был смыслом всего. Даня дрожал, но теперь это была дрожь не страха, а напряжения, восторга и невероятной близости. Он осторожно положил свои руки на руки Леши, чувствуя, как мышцы под ними напрягаются, реагируя на каждое движение.
— Лёша... — прошептал он, голос дрожал, картавый, тот самый, что когда-то сводил Лешу с ума. — Я... я так долго... — слова застряли в горле, но Лёша просто прижал его крепче, словно говоря без слов: "Я знаю. Я рядом."
Каждое мгновение этих объятий казалось вечностью. Даня почувствовал, как всё тело Леши будто слилось с его собственным, тепло распространялось по спине, по плечам, по шее. Он почувствовал лёгкую дрожь Леши, её тонкое напряжение, которое говорило: "Я тоже боюсь... но я здесь."
Даня закрыл глаза, полностью отдаваясь моменту, и впервые за двадцать лет позволил себе быть беззащитным, доверяя Леше не только тело, но и весь накопленный за годы страх, боль и любовь. Внутренний голос пытался прорываться, шепча обвинения, сомнения и угрозы, но рядом с Лешей каждая мысль теряла силу.
Лёша слегка покачал Дани, прижимая его к себе, как будто напоминая, что вот так, в этих объятиях, нет ни прошлого, ни будущего, только этот момент — их момент. Даня почувствовал, как сердце Леши бьётся ровно и сильно, как его собственное, и впервые за долгие годы дрожь стала не страхом, а частью невероятного счастья.
И хотя двадцать лет разделяли их, сейчас они были рядом, так близко, что весь мир мог исчезнуть, оставив только тепло, запах и сердце, бьющееся в унисон.