Возмездие - не убийство
Холодный лоб. Кусочек вечности. Кенопсия. Бордовая лужа. Нитки утра. Философический демон. Умерший фараон. Холодный ствол. Дьявольская кошка. Свинец в голову.
- А вы знаете, что лоб мертвого человека самая холодная вещь на свете? Даже холоднее чем лед, - Алмасов неподвижно наблюдал за дримерами, которые поежились, услышав этот невеселый факт. На самом деле его глаза были прикованы к Юки. Юки всё еще ощущал холодок, будто взгляд Алмасова метает в него иней. За черными очками острый глаз высасывал всю энергию. Никто еще не видел его глаза. Почему он тщательно скрывает их?
- Потому, что кислород не поступает в мозг, соответственно прекращается всякое движение, - Асыл всегда блистал знаниями по биологии и физики. Юки тут же начертил это в планшет, в сведения о своем подопечном.
Алмасов, оскалив желтые зубы от табака, злорадно улыбнулся. Или же просто улыбнулся. Без глаз это невозможно увидеть. Если бы прикрыли рот, хоть улыбайся, хоть печалься - было бы всё очевидно через глаза.
- Почему вы все прибегаете к научным убеждениям?
- Так удобнее, и никто не может изменить теории, - тут же ответил Асыл. - Если бы все опирались на суеверности, то в мире не осталось бы трезвой логики.
- Люди объяснили все явления в научном смысле, - Алмасов будто и не слушал Асыла. Тот, покачав головой, поник. - Они даже страх списывают на игру рецепторов мозга. Страх сидит глубоко внутри. В цепи. Иногда он вырывается, - Алмасов крупными пальцами вцепился в свою грудь.
- Страх - наша защита. Он защищает от хищников, природных явлений...
- Не путай с животным страхом. Это инстинкт, - Алмасов резко перебил девушку с прической "конский хвост". - Я о другом страхе. Страх, вдруг все твои близкие умрут, страх одиночества, страх угрызения собственной со-вес-ти.
Юки невольно наблюдал за его движениями губ.
- Вернемся к холодному лбу. Знаете, почему это так?
Тяжелое молчание. Алмасов словно знал страшную тайну древних народов.
- Лоб холоден потому, что мысли человека обрываются, - Алмасов резким движением включил 3D проектор. Над его головой возник клубок тумана. - Представьте это мое сознание. Никто еще не доказал, что наши воспоминания, убеждения, привычки и восприятие находятся в мозгу. Они вне нашего черепного сундучка. Этот туман. - Туман покачиваясь, окрасился на галактический перелив цветов. - Правда, красиво? - Алмасов пошагал. Туман следовал за ним.
- Мое воображение. - Туман переливался разными оттенками. - Воспоминания... - Типичные воспоминания обычного человека пронеслись, как кинопленка. - Страхи, мечты, привычки - всё это заложено в моем сознании. Этот туман несет энергетику, - Алмасов посмотрел на туман. Тот, вскидывая волну прозрачной энергетики, пульсировал. - Вот почему мы чувствуем ауру человека. Вот почему убить человека тяжело. Убив его, вы обрываете энергетику. Вселенная один раз сильно опрокинется, когда один человек умирает. Не думайте, что человек ничтожный кусочек вечности. Всего лишь один человек меняет курс стольких событий.
Туман медленно испарился. Дримеры встряхнулись. Еще не привыкшие к таким последним технологиям, нопы аж раскрыли рот. Увидев их, старшие XS, с сарказмом вытянули рот в усмешке. Юки, единственный дример из XF, сидевший только за своего подопечного, понимающе улыбнулся.
- Так вернемся к теме, - Алмасов громко хлопнул. Нопы вздрогнув, сконцентрировали внимание. - Угрызение совести - это злость самому к себе изнутри. Помните: убив человека, вы не можете сбежать от самого себя, ибо монстр по имени Совесть пожирает внутри, словно надоедливая жена, требующая шубу. Почему пожирает? Вы оборвали мысли. Ход событий. Вселенная рокотом покачнулась. И вы виноваты в этом.
- А как же воля Рока? - Юки не мог терпеть и просто наблюдать.
Алмасов сжал губы. Щетина на подбородке виднелась.
- Судьба... конечно. Смерть человека запланирована. Но вся фишка в том, что мы не предугадываем. Говорим всё, что зависит от собственного выбора, но выбор тоже запланирован. Нам не известно, когда человек умрет. Поэтому, кажется, судьба будто бы не существует.
- А дримерам XD уже известно, - перебила та девушка с конским хвостом.
- Им известен период смерти, а точное мгновение не известно, - как всегда ответы у него готовы. Юки это стало жутко интересно. Откуда учителя AD берут столько знаний? Это же знание жизни. Ему не учат. Его переживают. Алмасов пережил столь ужасное, что преподает по предмету "Искупление вины"?
- А что если мы сами обрываем свои мысли? Ну... суицид... - помялся Асыл.
- Тогда будешь скитаться по серому туману до Страшного Суда, - кто-то ляпнул с мрачным сарказмом.
- Этого никто не знает. Я никогда не слушал рассказ мертвеца. Ведь они не возвращаются.
От этих слов Юки стало холодно. Конечный итог. Всё когда-нибудь иссякнет. Гнилые листья осенью, разводы, расставания, съеденный шоколад, засохшие реки, закат - всё вокруг шепчет нам, что конец обязательно настанет. Очевидные доказательства.
Его экзистенциальные мысли оборвала мелодия перемены. Lana Del Rey - Paris. Словно голос маленькой девочки, яркие мелодии сладким клюквенным сиропом проливались со стен.
Гвэн, в коридоре шагая, как дива 60х, теребила свои волнистые волосы. Юки невольно улыбнулся.
- Где Диэн?
- Во-первых, здравствуй, мсье, - Гвэн чуть присела, взяв за подол юбки.
- Привет. Где носит Киоки?
- Она в общаге, - ниоткуда возникла Сиянг. - Вы что-то в последнее время часто собираетесь, - она мрачно наблюдала то за Юки, то за Гвэн, словно смотрела теннисный матч.
- Она из XD. Забыл? - Гвэн печально взмыла брови.
- Она болеет? - Узкие глаза Юки расширились.
- Лопатки снова мучают, - вздохнула Сиянг. - Теперь объясните, что за бойкоты, бунтарства?
Юки с Гвэн переглянулись. Гвэн, колеблясь, что-то бормотала.
- Знаешь... Си... У нас как бы контргруппа...
- Сразу скажу: мы рады тебе, но не рады твоей подруге с косичкой, - Юки внимательно посмотрела на неё.
- Ты о Нелии? - Сиянг угрюмо подняла взгляд. Кошачий взгляд помрачнел. - Только не оправдывайтесь, что это не расизм.
- Да я даже не знаю, какая у неё нация! - Юки чуть повысил голос.
- Это трудный вопрос, - выдохнула Гвэн. - Давайте, решим это позднее... Ого...
Гвэн устремила глаза в сторону приемной. Там стояли женщина с короткими накрашенными волосами и худощавый мужчина с седыми волосами. Они то вертели руками, то женщина плакала в плечо мужа, то мужчина, покрасневший от гнева теребил какие-то бумажки перед спокойным Дамиром. Он что-то нервно говорил в наушники.
- Родители вернулись за пропавшими детьми? - Сиянг с сарказмом произнесла, не отводя взгляд от стычки у приемной.
- Ты принята на Dream and Destroy, - выпалил Юки. Сиянг не успела открыть рот, Гвэн тут же закрыла его ладонью.
- Мы тебе напишем. Ни слова о нас, - прошептала Гвэн.
Сиянг испуганно кивнула. На один легион пополнился состав Dream аnd Destroy.
***
Диэн еле вырвала себя с кровати. Новая волна боли, словно прибой, захлестнула всё тело.
- Черт! - прохрипела Диэн. - Похмелье, - она с горечью посмеялась. Если бы это было похмелье!
Вдруг ниоткуда она вспомнила, что она умирает. С каждым днем, с каждым мгновением её счетчик стремительно набирает моменты. Когда же настанет роковой момент?
Во рту стало кисло. Год назад она была рада умереть, но сейчас жизнь издевательски преподнесла верных друзей и беззаботность.
Наслаждайся мной! Вот тебе лучшие друзья, родственная душа и беззаботные поступки. Но не забывай, ты лишишься меня очень скоро.
Вот так сказала бы жизнь, злорадно улыбаясь.
Хватит философствовать с утра. Такие мысли надо оставлять на ночь. Диэн поморщившись, встала с кровати. Снова хмурая погода растянулась за окном. Ленивое осеннее солнце давно встало, но из-за плотных облаков, кажется, будто идет закат. Эффект отражения солнца на облаках. Диэн чуть улыбнулась.
Самая неповторимая вещь - это погода. Она хоть одной капелькой, одним лучиком или одним сгустком облака отличается друг от друга. Что же касается людей - они хоть одним волоском отличаются друг от друга. Самое безобразное заблуждение, пожалуй - сравнивать людей. Гайни не Эмико. Эмико не Гайни. Всё же её улыбка-убийца...
Общежитие тонуло в тишине. Кенопсия: жуткое ощущение, будто тишина залпом поглотит тебя. Ей хотелось немедленно покинуть жилой корпус, и оказаться в медпункте. Миссис Найко измоталась среди больных дримеров XD. Особенно горевала из-за Диэн. Решено - не пойдет она туда. Умирая, человек не должен таскать с собой остальных людей. Умирать надо в одиночку.
В последнее время она глубоко забила себе в голову эту идею, что решила отстраниться от всех. Но наслаждаться последними мгновениями жизни? Парадокс. Это было бы эгоистично. Умерев, человек не виноват в этом. Горевать живым людям. Диэн подошла к окну.
Первый этаж, но небо всегда близко. Широко открыв глаза, долго глядела на синие просторы.
- Небо, забери эту гребаную боль! - Диэн, начав шепотом, в конце крикнула, хватаясь за плечи. - Или забери меня...
Всхлипы внезапно остановились. Она увидела мутную лужунедалеко от её окна. Диэн прищурилась. Мутная лужа оказалась бордовой. Она каждый день видит маленький вариант этой лужи в раковине.
Кровь.
Она, ахнув, отстранилась. Кто-то умер. Нет! Это может быть наказание за неповиновение. Неужели в AD всё стало настолько жестоко?!
Диэн с цепочкой ужасных мыслей в голове, быстро надела форму. Когда вышла из комнаты, высокая длинноволосая девушка торопливо шагала впереди. Темные волосы колыхались в такт шагов. Диэн сразу узнала эту походку. Лэйджлайн. Она таскала за собой черный дорожный чемодан в колесах.
Она уходит?
Диэн окликнула её. Без реакции. Она хотела догнать её. Конечно же, болезнь не дает такие возможности. Лэйджлайн довольно сократила расстояние. Она пошла в сторону поликлиники. Как бы любопытно не было, Диэн должна пойти на уроки.
- Ты умираешь, Ди, - тихо сказала Диэн себе, наблюдая за Лэйджлайн. Та яростно тащила за собой чемодан, словно поликлиника - цель всей жизни. - Отвергай любые отношения...
***
- Вот её вещи, - Лэйджлайн грохотом поставила чемодан перед мужчиной с седыми волосами и накрашенной женщиной. Родители Жайны. - Где она? Дайте увидеть.
- Успокойтесь, мисс Эшер, - холодно ответила Морган.
- Нет, не могу, - Лэйджлайн зашагала прямо в сторону операционной. Дверь отварилась. Оттуда вышел мистер Вонг. Лэйджлайн чуть не врезалась в него.
- Ну как она? - накинулась на него мама Жайны.
Вонг кашлянув, сказал приговор:
- Жива.
Отец громко вздохнул.
- Но... как вы знаете - это чудо, что она вообще осталась жива. В таких ситуациях редко выживают. Перелом важных костей. Поражены некоторые суставы. Потеря крови. Я не хочу вас огорчать, но скорее всего она останется калекой. Лучше сразу принять самый страшный удар, чем быть в неизвестности, - Вонг с жалостью обвел взглядом родителей. - Сейчас тело двигать нельзя. Мы отправим её через три дня в нашу главную поликлинику в Дели.
- Когда мы сможем её увидеть? - выпалила Лэйджлайн, чуть покачиваясь. Кровь ушла от лица. Она яростно атаковала сердце. Услышать такое о своей подруге, пожалуй, это сравнимо с ударом по лицу профессионального боксера. Все повернулись к ней, словно только заметили её присутствие.
- Не знаю, честно говоря. Я дам вам знать, но нельзя её утомлять, - Вонг, накинув медицинскую маску, обратно вошел в операционную.
Часы тикали, гоняя свои стрелки. Флуоресцентные лампы зажглись. Вечер настал. Ни слова о пробуждении Жайны. Родители беспокойно ворочались на койке в зале ожидания. Специально поставили койки для сна, будто издеваются. Человек в ожидании вряд ли уснет.
Лэйджлайн сидела, зарывшись в свои волосы. Она впервые в поликлинике AD. Сколько бы роскошным и удобным ни был интерьер, всё равно атмосфера больницы: воздух пропитан страхом и надеждой.
Внезапно перед ней возникли черные ботинки. Шаги были тихими, что Лэйджлайн не слышала, как они приближались. Беззвучные двери сделали свое дело. Но разве они пропускают посторонних? Странно.
- Как она?
Лоун. Он беспокоится за свою девушку. Мило.
Нет. Они больше не пара. Жайна совершила это из-за сломанных чувств. Он пришел из-за чувства вины.
Лэйджлайн резко встала с места. Лоун даже не вздрогнул, и не выглядел виноватым. В глазах отражалась пустота. Это и взбесило её.
- Наслаждаться пришел смертью навязчивой девушки? - Из-за гнева слова менялись местами, словно разбежались от страха.
- Нет. Как она? - Лоун засунул руки в карман.
- К твоему сожалению, жива, - Лэйджлайн вплотную подошла. В этих словах Лоун чуть расширил глаза. Это произошло наверно в миллиметрах, после вода безразличия снова сполоснула лицо Лоуна.
- Слушай, я не понимаю, зачем ты меня винишь, но самоубийство совершает один человек инициативно и...
- Не смей... - злобно прошептала Лэйджлайн. Мать Жайны в это время резко вскочила. Когтистые кошмары царапали её сознание. Она долго смотрела на них, словно увидела призраков.
- Миссис Балмухан, это мой парень. Беспокоится за меня, - Лэйджлайн солгала ей. Она, чуть кивнув, обратно рухнула в койку. - Пойдем, - Лэйдж грубо толкнула его в коридор, что странно для парочки. Лоун был твердым, что Лэйджлайн не смогла его сдвинуть с места. Скорее всего он сам вышел.
- Не смей врать, понял? - снова начала Лэйджлайн, как закрылась дверь палаты ожидания. - Люди не просто так совершают самоубийство. Виновники есть всегда.
- Это её выбор, - спокойно перебил Лоун. - Я не говорил ей, чтобы сдохла к чертям.
- Но ты жестоко поступил, порвав с ней из-за долбанного клипа!
Совести у демонов нет, но гнев течет по их жилам. Лоун пришел в ярость от того, что люди опять всё усложняют.
- Человек имеет право не отвечать взаимностью. Не обязательно всех любить. Безответные чувства всегда есть. Пострадавший сам выбирает: дальше страдать или забыть.
Лэйджлайн уронила голову. Отчасти Лоун прав. Жайна сама выбрала: избавиться от боли с помощью смерти. Она сама не редко думала над этим. Хватит искать виновника. Виноваты все. Все причастны к этому.
- Ты же её подруга, - Лоун прислонился к стене. Он попал в слабую точку. - Подруги поддерживают в такие времена, а не тусуются с другими девчонками.
Лэйджлайн лишь покивала в ответ. Она тоже причастна.
- Эй, - Лэйдж устало подняла голову. - Ты ее родакам не говори, что ты ее парень. Экс-парень, - поправила она. - Мать своими руками вырвет твою глотку.
Лоун, усмехнувшись, остался ждать в коридоре. Лэйджлайн снова вошла в зал ожидания. Словно, нитки первых утренних лучей она с силой притянула. Утро умирающе настало. В зале довольно похолодало. Синеватые лучи полились из окна. Только тогда она дала волю сну.
Лэйджлайн проснулась от грохота множества ног. Она резко вскочила с места. Тело ломило от недосыпа. Родители торопливо болтали с мистером Вонг. Она почти поползла к ним.
- Что, доктор? Она проснулась? - Лэйджлайн прохрипела.
- Да, - мистер Вонг ответил, чуть сжав её плечи. Лэйджлайн еле сдерживала себя. Прикосновения старого мужчины не из приятных. - Сначала пойдут проведать родители. Только после их друзья. Подожди, милочка.
Протяжный китайский акцент щекотал её уши, словно перед ней стоит педофил, будто маленькую девочку ложно успокаивает. И как вообще Диэн терпит его, каждый раз проходя обследования.
Отец Жайны успокаивал свою жену, направляясь в палату. Лоун стоял там, где вчера остался. Он вообще спал? Спит? Она прямиком направилась к нему.
- Неважно выглядишь, - Лоун быстро обвел её.
- Спасибо. А ты свеж как всегда. Девушки красивы только по ночам.
- Потому что демоны просыпаются, когда мир покрывается темнотой.
Лэйджлайн протяжно фыркнула.
- Ты хочешь сказать демоны - горячие красавчики с бицепсами?
- О, да, - криво улыбнулся Лоун. - Это тебе не дяденька с рогами. Дьявол был самым могущественным и любимым ангелом... - Лоун сглотнул. - Его. Люцифер соткан из красоты и света.
- Почему бы ему не вернуться к Нему? - Лэйджлайн плюхнулась на стену. В голосе сквозил сарказм.
- Так не интересно. Зло должно быть всегда. Ты же не станешь пить лекарство, будучи здоровой.
- Лоун Блэкуингс, - Лэйджлайн сложила руки. - Откуда ты всё это знаешь? Ты соткан из философии. Ты философический демон?
- О, да. Эти знания накапливались веками.
- А ты улавливаешь волну шуток, - Лэйджлайн моментально помрачнела. - Идем. Родители вышли.
Мать, кажется, не выдержала, увидев обмотанную бинтами и гипсом дочку. Она всхлипывала, что-то бормоча о жалком дитя. Отец угрюмо гладил её по плечам.
- Не толпитесь. Еще друзья придут? - спросил Вонг возле двери палаты.
- Э-э-э... - Лэйджлайн вспомнила, что у Жайны больше нет друзей. - Нет. Только мы.
- И я. - Игривый голос послышался сзади. Велиар. Он сказал это так, будто спросили, кто хочет мороженого. Оба резко обернулись.
- Мистер Уэйн, рад вас видеть здесь, - просиял Вонг.
Лэйджлайн вопросительно посмотрела на него.
- Оу, это наш спаситель. Если бы не он понес нашу Жайночку сюда, то бедняжка не выжила бы, - доктор энергично подергал его за плечо. - Заходите. Долго не задерживайтесь, - он собирался уходить, но остановил их. - Ни в коем случае не трогайте её.
Жайна лежала как недавно умерший фараон. Бежевый бинт охватывал всё тело.
- Боже, - прошептала Лэйджлайн, застыв у порога. - Джейн.
Жайна еле слышно прохрипела. Лэйджлайн осторожно обошла кровать, словно одно неосторожное движение - она рухнет как карточный домик. Лоун не решался подойти поближе. Перед ним возникли её глаза, полные ненависти, когда она прыгнула.
- Не буду спрашивать, как ты себя чувствуешь, но зачем ты так? - отчаянно прошептала Лэйджлайн. - За что?
Жайна сильнее прохрипела, заметив Лоуна у двери. Слезы скатывались. Хрип усилился. Лэйджлайн резко обернулась к нему. Быстро настигнув его, схватила за горло.
- Ты, ублюдок, - Лэйджлайн процедила сквозь зубы. Лоун не отвел взгляд. Как ни как, у демонов нет чувства вины. Вдруг её зрачки наполнились чернотой. Черные глаза внезапно обрели мутный цвет пепла. Импульс силы исходил от нее через глаза. Настрой Лоуна ослаб, и он быстро поморгав, отвел глаза. Какая-то неведомая сила забирала его силы. Человек действует на него. Невозможно! Он снова хотел посмотреть на неё, но настрой стремительно падал.
- Так, детка, остынь... - Велиар хотел убрать её руку с горла Лоуна. Лэйджлайн злобно перевела взгляд на него. - Оу! - Велиар резко отстранился назад. Лэйджлайн, убрав руку, пошатнулась.
- Идем отсюда, - Велиар потащил Лоуна в коридор. - Ты видел это? - Велиар потряс его за плечи уже в коридоре. Лоун был оглушен. Взгляд был пустым, без обычного пламени. - Ты ослаб. Упаси Люцифер!
- Кто она? - тяжело сглотнул Лоун.
- Думаешь, она Рейгул? - Велиар озабоченно взглянул на дверь палаты.
- От неё исходит темная сила.
- Я тоже почувствовал. Но как же фиолетовоглазая?
Лэйджлайн чуть пошатываясь, обернулась в сторону Жайны. Та губами говорила беззвучные слова.
- Что? - Лэйджлайн медленно подошла к ней. Когда она наклонилась к Жайне, почувствовала сжигающую боль на спине. Точнее на лопатках. Это лишь покалывание по сравнению с болью Жайны.
- Ди... - Жайна еле слышно хрипела.
- Что? - Лэйджлайн внимательно наблюдала за движением губ. После нескольких повторений, она прочла её слова на английском. Лэйджлайн потрясенно выпрямилась. Увидев глаза Жайны, полны мучений и мольбы, она согласилась кивком.
- Хорошо. Пусть будет по-твоему. Я не буду больше дружить с Диэн.
***
- Вы слышали про Жайну?! - прибежала Венера. Слишком эмоциональное лицо выражало испуг. Беседка была заполнена антидримерами. От бездействия AD, они начали устраивать собрания наглым образом, где вздумается.
- Что с этой истеричкой? Опять орала в коридоре? - Одрик потянулся на скамейке. - Танака, я же говорил её позвать к нам.
- Она спрыгнула с крыши! - выпалила Венера. Все мгновенно замолчали. - Четыре этажа не хватило для смерти, что жуткий перелом костей. Её увезут в другую поликлинику, - она быстро огласила плохие новости, словно хотела быстрее избавиться от них.
- Так это были её родители, - прошептала Сиянг.
- Это они, - Юки резко встал с места. - Это AD решило наказывать нас таким образом.
- Стой, Танака! - Таир схватил его за руку. - Жайна, во-первых, не с нами.
- Она же накричала на Бэламур, прямо перед нашим флэшмобом, - Гвэн встала со скамейки.
- Верно! - Юки вырвал руку.
- Нет. Во-вторых, Жайна в последнее время без всего ходила в депрессии. Тем более она из XS. Вдобавок Блэкуингс расправился с ней.
- Танака, Таир дело говорит. Остынь, - задумчиво сказал Одрик. - Я не думаю, что AD настолько жестокое.
- Я пойду, прогуляюсь. Собрание окончено, - Юки покинул беседку.
- Не делай глупостей, - предупредил Таир.
Юки не ответив, поплел в сторону учебного корпуса. Когда все хотят остановить, человек становится упрямым. Это можно использовать и в плохую, и в хорошую сторону. Но Юки не осталось ничего кроме, как напрямую положить бейджик на дверь кабинета мистера Алмасова.
"Дример Юки Танака, группа XF, первое поколение" - произнес компьютер двери. Алмасов судорожно надев темные очки, нажал на кнопку под столом. Дверь отворилась.
- Добрый день, юноша, - Алмасов указал на кресло. Юки, сделав пару шагов, долго смотрел в темные очки.
- Это вы?
- Я понятий не имею, о чем вы, - улыбнулся он.
- Жайна, - коротко вставил Юки.
- О нет, - Алмасов встал с кресла. - Нет, нет. Девочка сама выбрала себе путь. Это путь трусов. Мы тут не причем. Мы наоборот пытаемся вас учить, как достичь мечты.
- А вот и нет. От вас больше вреда, чем пользы, - Юки сказал это, словно прыснул ядом.
- Собственно, почему вас волнуют чужие мечты? Вы пришли сюда достигать своей, - Алмасов встал прямо перед ним. - Вы никогда не задумывались над тем, почему я каждый убогий день ношу эти очки?
- Причем тут моя мечта? - Юки сглотнул комок.
- Я прочел ваш ответ на экзамене. Собственно говоря, я был потрясен, - Алмасов чуть поколебавшись, снял очки. Юки пошатнулся назад. Бледная кожа обрела прозрачность. Узкие глаза превратились в шар. Тусклое воспоминание нахлынуло с новой силой. Юки на месте присел. Перед ним стоял виновник в его статусе сироты.
***
- Юю, не мешай отцу работать, - Нори Танака, прокурор с блистательной карьерой, и мать маленьких Юки и Ёсино, занесла кофе своему супругу. Кодзио Танака отдыхал с недельной газетой. Единственный день, когда можно на время избавиться от утомительных работ в участке. Он был главным инспектором центрального полицейского участка. Пара, которая охраняла общество.
Брат Юки, Ёсино, ерзал на коленях отца. Несмотря на строгий характер, Кодзио разрешал сыновьям баловаться. Они были яркими лучиками в преступном мире, где Кодзио наводил порядок.
Этот беззаботный выходной полдень нарушил резкий грохот входной двери. Нори почувствовав неладное, и отправила детей в подвал.
- Куда смотрит охрана? - Лоб Кодзио покрылся жемчужинами пота. Он всегда ожидал этого. Для преступного мира он являлся Демоном-Пожирателем. Все известные гангстеры отдали бы всё имущество за его голову.
Зашли люди в черных масках со щелью для глаз. Тяжелый ствол винчестера встал прямо в лоб Кодзио. Нори вжалась в угол.
- Какая встреча! - зашел Рюдзи Минаваки. Местный гангстер решил отомстить за своего сына за решеткой, и, конечно же, за всех своих "коллег". Его сына задержали парни Кодзио за перевозку наркотика. Нори Танака лично выступила на его суде.
Рюдзи отхлебнул кофе на подносе.
- Знаю, ты не ожидал, Танака. Кто ждет главу мафии у своего порога в полдень? - двойной подбородок Рюдзи задрожал в такт его неприятного смеха. Его люди тихо хихикнули. - Довольно! - он мрачно наклонился к дрожащему Кодзио.
- Не трогай мою семью, - Кодзио бился в конвульсиях. Винчестер был холодным. Или это холод неминуемой смерти... - Убей меня, и мы квиты.
- Танака-сан, - он перевел свой взгляд на Нори, который свойственен бездушным убийцам. Один раз макнув руку в кровь, они не останавливаются. - Какое блистательное выступление. Я сам лично хлопал вам, когда вынесли приговор.
Нори упала к его ногам. Стволы мигом направились к ней.
- Убейте нас! - она умоляла Рюдзи писклявым голосом. - Не трогайте детей! Они не виноваты!
- Конечно, они не виноваты за то, что их родители марионетки так называемого правосудия, - Рюдзи ласково произнес, гладя волосы Нори. Он любил так играть со своими жертвами, давая им бестолковые надежды. Хищник всегда балуется своей жертвой. Они отведают их страх перед смертью, всё больше наполняясь жаждой крови.
- Мы нашли мальчика в подвале, - кто-то притащил Ёсино, который ревел во весь голос.
- Заткните его, - Рюдзи поморщился.
Мужчина в маске явно колебался. Нори начала рваться к сыну. Понадобилось аж четверо, чтобы удержать отчаянную мать. Самое ужасное - видеть смерть своего дитя. Мать упала в обморок, когда послышался выстрел. Ёсино умолк. Навеки. Кодзио закрыл лицо ладонью.
- Идиот, я сказал заткнуть его, а не убить, - Рюдзи спокойно закатил глаза. - Что же, он всё равно пришел бы отомстить, когда станет мужчиной. Жажда мести - опасная штука. Надо избавляться от врагов раньше перед тем, как его пушка не коснется затылка.
Тут послышался шум снизу.
- Я проверю, - тот мужчина, который колебался, бросил на ходу на ломанном японском.
Когда он спустился в подвал, увидел, как детские сандалии быстро исчезли за большим ящиком. Он беззвучно подошел. Шумные вздохи были слышны по всему подвалу. Мужчина резко закрыл его рот ладонью. Мальчик лет десяти, извивался и мычал.
- Тихо! - процедил мужчина. - Я не обижу тебя.
Юки не перестал вырываться. Он решил атаковать его, что сразу поцарапал его левый глаз. Мужчина от боли крикнул.
- Какого черта, Масио?! - крикнул кто-то сверху.
- Порядок! - мужчина крикнул в ответ в порывах боли. Кровь хлынула из раны. - Это просто кошка!
Юки поняв, что его наоборот защищают, немножко успокоился. Но мысль о том, что его родители наверху в когтях смерти не дала ему покоя. Он дрожал от страха.
- Вот умница, - тихо сказал мужчина, заметив его покорность. - Я не убиваю детей. Меня заставляют делать это. Я отомщу этому ублюдку, но не сейчас. Я прошу тебя сидеть в этом ящике, и не шевелиться, пока не уйдем, - быстро сказал мужчина с пронзительными глазами. - Я потом найду тебя, и мы вместе отомстим ему, - мужчина отпустил его, и снял с себя маску. Он не был японцем, но азиатские черты. Юки глазами сфотографировал его лицо. Тот, поморщившись, маской стер кровь из раны. - Не дыши так шумно, - после он быстро поднялся по лестнице.
- Что ты так долго... О боже!
- Там просто какая-то дьявольская кошка. Накинулась на меня.
Кодзио благодарно посмотрел на него. Он ведь прекрасно знает, что в доме нет кошки.
- Так у тебя два сына? - Рюдзи взял семейную фотографию. - Где старший?
Кодзио вздрогнул, будто Рюдзи прочел его мысли. Большим шишкам не следует делать семейные фотографии. Он знал, что они никогда не будут нормальной семьей. Гребаная фотография!
- У бабушки, - промямлил Кодзио. Рюдзи молча уставился в лицо Кодзио: он хотел узнать, не ложь ли это.
- Сенсей, мы везде проверили, - поспешно сказал мужчина с раненым глазом.
- Хорошо, мы поедем к бабушке.
Юки не знает, сколько он так просидел. Ноги затекли. Свернувшись калачиком, он хотел превратиться в маленький шарик и упасть в щель. Два выстрела. Шум удаляющихся машин снаружи. Полная гнетущая тишина.
Только под вечер вышел Юки из своего укрытия. В гостиной пахло металлическим запахом крови. Рюдзи Минаваки являлся фанатом драматизма. Он сделал так, чтобы тела Кодзио и Нори сидели на диване. Кодзио держал в руках газету, Нори чашку кофе. Ёсино расположился посередине родителей. В руках была окровавленная игрушечная машинка. Беззаботная семья отдыхает, только вот много крови и застекленные глаза. Он просидел рядом с ними, тихо рыдая. Он не вздрогнул даже, когда подъехала машина. Пусть. Он тоже хочет сидеть рядом с родными весь в крови, чем смотреть на них.
Вошел тот его спаситель. Он шумно зашагал с грубыми ботинками прямо к нему.
- Вставай, малыш, - мужчина хотел поднять его с дивана. Юки покорно встал. - Ты держался молодцом. Идем. Вот-вот копы придут. Они отправят тебя в детдом. А этот мерзавец Рюдзи легко найдет тебя там. Он ищет тебя. Вместо этого я отправлю тебя в Швейцарию. Он не догадается искать там.
Юки смутно помнит, как они сели в самолет. Как вошли в детдом Швейцарии. Как миссис Шевинг молча взяла пачку долларов, за оформление документов.
- Эй, как тебя зовут? - мужчина присел перед ним.
- Юки.
- Юки, обещаю, я приду за тобой. Ты только стань мужиком. Я приду, когда тебе исполнится семнадцать, - с этими словами он покинул его на семь лет. Когда Юки ел торт Стефани для его семнадцатого дня рождения, он вспоминал того странного убийцу. Он часто вспоминал его острые глаза, чтобы не забыть. Он так и не явился.
***
Юки перемотал все эти роковые воспоминания. Перед ним стоит он. Он оказался его учителем по предмету "Искупление вины". Вот почему он преподает именно этот предмет. Его мучает совесть. Но он спас Юки.
- Ты так и не пришел. Ты солгал, - Юки еле опомнился после такой неожиданности.
- Я пришел. Я забрал тебя другим образом, - Алмасов закурил.
- Почему не сказал сразу? Какого дьявола я узнал это только сейчас? - Юки сжал висок.
- Я наблюдаю за тобой. Я решил убедиться, готов ли ты.
- И?
- Вначале я был не уверен. Ты начал читать рэп, - Алмасов усмехнулся.
- Мою жажду мести ничто и никто не подавит! - Юки яростно процедил.
- Надо действовать трезво, ибо получишь свинец в голову. Сейчас время пришло. Я поражен твоими организаторскими способностями. Dream and Destroy, - Алмасов улыбнулся, пуская дым.
- Ты знаешь? - Юки расширил глаза.
- Я - да. Не бойся, никто больше не знает. Мне это не надо. Моя цель - твоя готовность.
Шрам на левом глазу растянулся, как напоминание о прошлом.
- Спасибо за шрам, - Алмасов тихо потрогал его. Юки сразу узнал его по шраму, и, конечно же, по пронзительным глазам.
- Вот почему ты носишь очки... - задумался Юки. - Как ты здесь оказался? Как ты там оказался? В Японии?
- Вижу, у тебя много вопросов, но я отвечу на них. Меня зовут Берик Алмасов. Я жил в Токио по работе. Работал тренером по стрельбе. У меня была дочь. Она была моей ученицей. Метко стреляла. Участвовала в соревнованиях. Однажды явился этот мерзавец, и просил мою дочь отдать ему для его грязных дел. Меткости не хватало его команде, видишь ли. Я отказал, конечно. Потом он перешел на угрозу. Ради сохранения жизни дочери я согласился. А смерть вылезает ниоткуда, в неё попала пуля его бездарных людей во время тренировок. Я продолжал работать на него, стиснув зубы, пока не сбежал с тобой. Я не преступник.
- Это я понял еще тогда. Я тебя ненавидел за то, что не пришел вовремя, - Юки подошел к нему. - Ты мне теперь будешь отцом. Убьем того импотента.
Алмасов сильно стиснул Юки в объятиях.
- Как сказал Рюдзи: жажда мести - опасная штука. Ты готов?
- Готов, - решительно ответил Юки.
В системе AD было странное: все нужные люди пересекаются здесь, и все мечты сбываются именно здесь. Тут есть тайный механизм?
Это узнают остальные дримеры, а Юки надо уладить кое-какие старые дела. Всадить пулю в голову убийцы всей семьи, например.