Ноктюрн и первые аккорды
Первая палочка — как первая любовь, только дороже
Разделение обязанностей
Андреа провела пальцем по холодильнику-барду, который затянул хрипловатым голосом: "Оооох, молоко скисает, но не унывает-а-а!"
— Мы с Остином разберёмся с этим врунишкой, — сказала она, вылавливая из холодильника яйца, подпевающие трёхголосым хором. — А вам — за палочкой. И... — она сунула Скотту мешочек с галлеонами (те самые, что с таким трудом обменяли в магическом банке перед отъездом), — ничего лишнего.
Остин уже отбивал джазовый ритм ложкой по поющей плите:
— Эй, а если я воткну морковку в тостер — получится микрофон?
Портал в камине оказался капризным аристократом:
— *Пароль следует произносить с тремя поклонами*, — дёргалась кирпичная кладка, изображая обиду.
— Э-э... Пожалуйста-с? — скорчила рожу Тейлор.
Камин чихнул снопом искр и разверзся, открыв вид на Косой переулок — вот только мостовая висела над их головами, а вывески раскачивались вниз головой.
— Стандартная практика для межконтинентальных переходов, читал, что так бывает — Скотт ухватил дочь за поясницу, когда та неуклюже взмыла к "небу". — Порадуемся, что наши желудки не вывернуло наизнанку.
Олливандер и его необычный клиент
Лавка сжалась при виде Тейлор, полки зашелестели как занавес перед премьерой:
— О-о-о, — прошептал мастер, его бледные глаза вспыхнули, будто поймали лунный блик. — Бард? В моей лавке? Последний раз такое было... в 1932-м. Та палочка до сих пор поёт в опере Вены.
Три часа испытаний (Скотт за это время обошёл все магазины переулка 12 раз, накормил всех уличных котов и проиграл 50 галлеонов в кости гоблину):
1. Кипарис + волос русалки — устроила конфетти-цунами
2. Осина + сердцевина дракона — оставила три полки в углях
3. Вишня + перо феникса — самостоятельно отыграла "Love Story" с оркестром
— Любопытно...— Олливандер протянул чёрную палочку с резными нотами, будто вытащил её из музыкального такта. — Чёрное дерево. Сердцевина — кристалл, сплавленный из последней песни вашей бабушки. 13¾ дюйма. Думаю, она сама представится.
Палочка взревела, как перегруженная гитара, и выжгла на себе имя: "НОКТЮРН".
Выйдя из лавки Оливандера, папа с дочкой с облегчением выдохнули.
— Теперь решающий вопрос, — Скотт развернул список (нижний край был обглодан молью). — Кот? Сова? Или... эта штука? — он ткнул в строчку "прочее".
В "Волшебном зверинце":
- Сова взметнула крылья и прокаркала: "You belong with me-e-e!"
- Шотландский кот присвоил кошелёк Скотта и устроил там гнездо
- Летучая мышь-тенор (бывший хорист) сразила Тейлор арией из "Фантома оперы"
— Пап, понимаешь... — Тейлор прижала к груди белоснежную сову в звёздную крапинку, пока шотландская вислоухая кошка (уже окрещённая ею Оливией) обживала её плечо. — Без совы не будет писем... Но без кота — не будет счастья.
Они вернулись домой вчетвером. Дом встретил их оперным хором:
- Холодильник отбивал бэк-вокал: "Галлеоны кончились-и-ися!"
- Остин парил на левитирующем табурете, бряцая на морковке-стратокастере
- Андреа извлекла из плиты дневник с последней записью:
"Когда заиграет Ноктюрн — пойте шёпотом. Стены имеют уши".
Палочка вздрогнула в руке Тейлор, издавая жалобный звук — ровно в такт появлению Флитвика на пороге. Крошечный профессор едва удерживал массивный чемодан, который сам пыхтел паром, как перегруженный локомотив.