Двадцать восьмая Глава
Они лежали на кровати, прижавшись друг к другу. Тишина комнаты, нарушаемая лишь их дыханием и далеким шумом города, была непривычной, но такой желанной. Лиам держал Ралли в объятиях, его подбородок лежал на ее макушке. Он чувствовал ее близость, ее тепло, и это было самым настоящим утешением после двух лет холодной пустоты. Ралли же, находясь в его объятиях, чувствовала, как все ее защитные стены рушатся. Пришло время открыть ему самое болезненное, то, что мучило ее каждую ночь.
Она приподнялась, чтобы взглянуть ему в глаза, которые в полумраке казались глубокими и полными нежности. Ее голос, когда она заговорила, был едва слышным, с дрожащей ноткой.
— Лиам, — прошептала она, — Мне нужно тебе кое-что рассказать. Про мои сны.
Он слегка отстранился, его брови чуть приподнялись в удивлении.
— Сны? — переспросил он, его голос был мягким, но в нем слышалось искреннее непонимание. — Какие сны?
Ралли кивнула, сглотнув.
— Да... мне снились сны. Каждый день. Почти каждую ночь. И они... они были о тебе.
Глаза Лиама расширились, когда Ралли начала говорить, и он весь обратился в слух, крепче обнимая ее, словно пытаясь защитить от тех кошмаров, о которых она собиралась рассказать.
— Это началось почти сразу после того, как ты уехал, — начала Ралли, ее голос постепенно набирал силу, хоть и оставался пронизанным глубокой эмоцией. — Сначала это были просто фрагменты, как вспышки... а потом они стали такими реальными. Лиам, понимаешь? Реальными. Мне снилось, что ты рядом. Всегда.
Она сделала глубокий вдох, воспоминания нахлынули на нее с новой силой.
— Мне снилось, что мы просыпаемся вместе. Я чувствовала твое дыхание на своей шее, твое тепло рядом. Я даже ощущала запах твоего шампуня, знаешь? — в ее голосе появилась нотка отчаяния. — В этих снах мы пили утренний кофе на кухне, а Фантик... — она слабо улыбнулась, — он всегда приходил к тебе, терся об ноги, выпрашивая кусочек сыра. Ты смеялся. А потом ты обнимал меня сзади, когда я мыла посуду, или просто читал новости, а я рисовала что-то набросками за столом.
Ее глаза наполнились слезами, и она едва не захлебнулась словами.
— Мне снилось, как мы идем в парк. Тот самый, наш парк. Ты рассказывал мне о своих новых песнях, напевал отрывки, а я слушала, прижавшись к тебе. Мы смеялись над глупыми шутками, которые понимали только мы вдвоем. Ты делал мне комплименты, Лиам... те самые, от которых у меня всегда краснели щеки. Я чувствовала твою руку в своей, чувствовала тепло. Это было настолько реально, что я не могла отличить это от реальности.
Ралли сжала его руку, ее пальцы дрожали.
— А потом... потом я просыпалась, — ее голос сорвался на шепот, полный боли. — Просыпалась в пустой кровати. В пустой квартире. В полной тишине. И это было... это было хуже любого кошмара. Потому что в моих снах ты был здесь, ты был рядом, ты был настоящим. А когда я открывала глаза, реальность била меня по лицу. Ты был так далеко. Твоих сообщений не было, звонков не было. Ничего. Только пустота.
Она повернула голову, чтобы он видел ее глаза, полные невыплаканных слез и отчаяния.
— И так было почти каждую ночь, Лиам! Каждый раз. Я ложилась спать, надеясь, что ты мне приснишься. Потому что только там я могла быть счастлива, только там ты был со мной. Моя реальная жизнь... она превратилась в фон для моих снов. Сны были ярче, живее, реальнее, чем то, что происходило со мной наяву. Моя студия, моя работа, мои успехи – это все казалось каким-то тусклым, ненастоящим, по сравнению с тем, что я переживала во сне, когда ты был рядом.
Ее голос стал надрывным, она не сдерживала слез, которые текли по ее щекам.
— И знаешь, что самое жуткое? Сегодня утром... перед твоим сообщением... мне приснился самый яркий, самый реальный сон. Будто мы снова гуляем по парку, по тем самым местам. Ты снова шутишь, снова обнимаешь меня. Я чувствовала твое тепло, твой запах, твой смех... И когда я проснулась, эта пустота была такой невыносимой, такой давящей, что я просто не могла больше оставаться в квартире. Я пошла в тот парк, туда, где мы были с тобой в моем сне. И я шла, вспоминая каждое мгновение, переживая его снова... Я так часто ходила по местам, где мы были, в надежде встретить тебя. Пересматривала вечерами наши фотографии, вспоминая каждый момент и переживая его снова и снова. Я столько раз хотела тебе написать... Сказать, что не могу быть одна с ними, как они убивают меня стабильно пару раз в месяц — она всхлипнула. — А потом... потом пришло твое сообщение. Лиам, я думала, что сошла с ума. Что это все еще сон. Что я просто сплю и мечтаю.
Ралли прижалась к нему, уткнувшись лицом в его грудь, ее тело сотрясалось от рыданий.
— Это было так больно. Так одиноко. Я просто хотела, чтобы ты вернулся, просто обнять. Хотя бы спросить как ты, мне было бы достаточно перекинуться парой слов. Я ждала тебя. Каждый день. И мне так страшно... страшно, что я снова проснусь, а тебя здесь не будет. Я боясь заснуть сейчас и проснуться, а тебя не будет... Ты снова улетишь...
Лиам слушал ее рассказ, не перебивая, его сердце сжималось от боли за нее. Каждое ее слово, каждый всхлип, каждый дрожащий выдох отзывался в нем острой болью. Он чувствовал, как ее тело сотрясается от рыданий, как слезы мочат его футболку, и это было для него самым сильным обвинением. Он не мог и представить, через что ей пришлось пройти, страдая в таком одиночестве.
Когда Ралли, обессиленная, уткнулась ему в грудь, продолжая беззвучно рыдать, Лиам крепко обнял ее, прижимая к себе, словно пытаясь собрать ее по кусочкам. Он гладил ее по волосам, шептал что-то утешающее, хотя сам едва сдерживал дрожь. Его глаза были наполнены сожалением и глубокой нежностью.
— О, Ралли... — прошептал он, его голос был низким и хриплым от нахлынувших чувств. Он чувствовал, как внутри него что-то сломалось от ее слов, а что-то, наоборот, обрело небывалую силу. Страх, который таился в его душе, страх потери, теперь сменился твердой решимостью.
Он осторожно приподнял ее лицо, чтобы заглянуть ей в глаза, полные слез и такой щемящей тоски. Его большой палец нежно стер соленую дорожку с ее щеки.
— Ралли, послушай меня, — сказал он, его голос был абсолютно твердым, без малейшей тени сомнения. Он смотрел прямо в ее глаза, пытаясь передать всю глубину своей убежденности. — Я не улечу.
Он сделал паузу, чтобы его слова полностью проникли в ее сознание.
— Я приехал. И я продолжу свою карьеру здесь, рядом с тобой. Я так решил, Ралли. Это было одно из первых решений, которое я принял, как только появилась возможность вырваться из того ада. Мы больше не расстанемся. Никогда.
Лиам притянул ее к себе снова, обнял так крепко, словно пытался впечатать эти слова в каждую клеточку ее существа. Его объятия были обещанием, клятвой.
— Я больше никогда не позволю себе так с тобой поступить. Никогда не оставлю тебя одну. Те сны... — он провел ладонью по ее волосам. — Теперь они станут нашей реальностью, Ралли. Каждое утро, каждый вечер. Все будет по-настоящему. И ты больше не будешь просыпаться в пустой кровати. Я обещаю тебе.
Лиам медленно наклонился к Ралли, его сердце билось в унисон с тревогой и надеждой, которые переполняли их обоих. Он почувствовал, как ее дыхание стало более частым, а губы слегка дрожат от волнения. Он остановился на мгновение, чтобы запомнить этот момент — её глаза, полные слез, но также и света, её нежное лицо, которое он так долго ждал, чтобы увидеть снова.
Когда их губы встретились, это было как вспышка молнии в темном небе. Поцелуй был осторожным в начале, словно они оба пытались понять, что значит эта новая реальность. Лиам прижал её к себе еще крепче, и в этот момент весь мир вокруг них исчез. Он чувствовал тепло её тела, её запах — смесь свежести и легкой грусти, которая теперь растворялась в воздухе.
Поцелуй постепенно становился более глубоким и страстным. Он исследовал её губы, словно боялся потерять это мгновение. Каждое прикосновение было наполнено обещаниями и надеждой. Он целовал её медленно, с нежностью, как будто время остановилось. Лиам хотел, чтобы этот поцелуй стал символом всего того, что они пережили и всего того, что еще ждет впереди.
Ралли ответила ему, закрыв глаза и позволяя себе раствориться в этом чувстве. Она обняла его так крепко, как будто пыталась слиться с ним в одно целое. Их губы двигались в идеальном ритме, словно они танцевали под музыку их сердец. Он чувствовал, как каждый его вдох наполняется ею, её теплом и светом.
Поцелуй становился всё более интенсивным. Лиам провел рукой по её спине, притягивая ближе, и Ралли ответила на это движение, прижавшись к нему ещё сильнее. Она чувствовала его силу и уверенность — это было то, чего ей так не хватало. В этот момент все сомнения и страхи улетучились, осталась только любовь и желание быть вместе.
Они прервали поцелуй на мгновение, чтобы взглянуть друг другу в глаза. В них отражалась вся история их отношений — горечь утрат, радость встреч и обещание новой жизни. Затем Лиам снова наклонился к ней, и их губы встретились вновь — на этот раз с еще большей страстью и решимостью. Он знал, что это только начало их новой главы, и больше никогда не отпустит её.
Лиам, чувствуя, как их поцелуй наполняет воздух электричеством, медленно отстранился, чтобы заглянуть в глаза Ралли. В них горел огонь, который он давно ждал увидеть. Он опустил взгляд на её шею, нежную и беззащитную, и не смог устоять перед искушением. Его губы вновь нашли её кожу, и он начал целовать её шею, оставляя легкие поцелуи, которые становились всё более настойчивыми. Он чувствовал, как её дыхание становится прерывистым, а тело реагирует на каждое его прикосновение.
Ралли закрыла глаза и откинула голову назад, позволяя ему исследовать её шею. Лиам чувствовал, как она дрожит от его прикосновений, и это только разжигало его желание. Он продолжал целовать её, переходя от одного сладкого места к другому, оставляя за собой следы тепла и нежности.
В этот момент Ралли, полная смелости и желания, решила ответить ему. Она медленно потянулась к его футболке, её пальцы скользнули по ткани, и с каждым движением она ощущала его силу. Она подняла взгляд на него, в её глазах читалось желание, и с лёгкой улыбкой сняла футболку с его плеч.
Её руки коснулись его тела, и она проводила пальцами по каждой мышце, чувствуя, как они стали крепче и сильнее с каждым годом. Лиам закрыл глаза от удовольствия, когда её пальцы исследовали его кожу. Он понимал, что каждое её прикосновение — это не просто физическое взаимодействие, но и признание их связи.
Они были погружены в мир только для них двоих, где время не имело значения. Лиам снова наклонился к ней, продолжая целовать её шею, его губы скользили вниз к ключицам. Он чувствовал, как Ралли дрожит под его прикосновениями, и это только подстегивало его желание.