Глава 1: Начало
Сцена. Большой театр.
Ослепительные огни прожекторов.
Зал, наполненный дыханием сотен зрителей.
Тишина. Давящая. Сладкая. Ждущая.
И вдруг — музыка. Хор.
Юная девушка выходит в центр и садится за рояль.
Поклон и аплодисменты. Она чувствовала их тепло только на поверхности. Внутри — пустота.
…А ведь всё началось гораздо раньше.
Очень приличная и влиятельная семья. Молодые муж и жена. Кабинет гинеколога, запах антисептика, свет серого монитора
Врач произнёс:
— Мальчик. У вас будет мальчик.
Родители переглянулись. Мальчик. Наследник. Всё как должно быть. Но даже самые продвинутые технологии могут ошибаться.
Но на свет появилась девочка. Чуть смуглая, тёмноволосая. Отец не скрывал раздражения. Мать — скорее удивление, чем радость.
— Не злись, — тихо сказала она, словно оправдываясь. — Всякое может быть.
В этом доме любовь нужно было заслужить.
Изанами Сенджу, старший ребёнок влиятельной семьи, быстро поняла это.
Чтобы её замечали, нужно было быть лучше всех. Всегда.
Отец — строгий, никогда не скрывал недовольства.
Мать — холодная, ни разу не сказавшая "я люблю тебя".
Няня — наказывала за каждую провинность.
Только редкие домработницы позволяли себе лёгкую доброту, украдкой, пока никто не видит.
Детская площадка? Пыльно, грязно, скучно.
Игрушки? Лишь для тех, кого любили.
Зато были уроки: правильная походка, прямая осанка, аккуратная причёска. Одежда без складок. Как держать вилку. Какая ложка для супа, какая — для десерта.
Единственнарадость для неё— мультики. Лишь тогда, когда служанка тихо включала экран, и никто не видел. Маленькая свобода. Короткая и очень дорогая.
В три года, когда другие дети только учились ходить в горшок, Изанами уже училась: как ровно ходить, когда улыбаться, а когда молчать. Если спросят — быть немногословной. Всё, что она делала, было на виду, под строгим присмотром.
Именно тогда её впервые посадили за фортепиано. Большой, тяжёлый инструмент с чёрно-белыми клавишами. Мать играла безупречно. Значит, и дочь должна.
Сначала — скучные ноты, точки на бумаге. Потом — клавиши. Маленькие пальцы едва доставали до нужных клавиш. Поначалу ошибки прощались. Но недолго. Один неверный звук — удар линейкой. Жгучая боль. Слёзы нельзя было показывать.
Учись или страдай. Играй идеально.
Дни проходили монотонно. Завтрак. Этикет. Фортепиано. Каллиграфия. Фотографии. Дневной сон. А вечером — купание, и только тогда мультики, короткие минуты настоящей свободы.
Раз в месяц девочка должна была играть и показывать, чему научилась. Если родители были довольны игрой, то позволяли себе улыбнуться, а мать даже обнимала.
Это мотивировало: учись усерднее.
Но если ошибёшься — выхода из комнаты нет. Только уроки и ещё раз уроки.
Но в один день всё изменилось.
Мама сказала, что у неё в животике малыш.
Изанами станет старшей сестрой. Такая новость обрадовала девочку. Если нельзя играть с чужими детьми, можно с братиком или сестричкой. И уж точно родители позволят это, если она хорошо выучит большой стих или мелодию на пианино.
На удивление, родители чуть смягчились.
Уроков стало меньше. Вместо этого они часто куда-то ездили: на мероприятия, на природу (шок для девочки). Даже купили ей кукол может, не те, что она хотела, но с ними всё же можно было играть.
Представьте радость ребёнка в эти моменты.
Живот мамы с каждым днём рос и становился всё больше. Иногда мама позволяла его гладить дочери, шепча:
— ККогда-тоты тоже там была.
И вот… день Х.
У маленькой девочки родился братик.
Похожий на неё. Чуть смугленький, с каштановыми волосами. Он был очень маленький и кричал без остановки, плакал, будто хотел сказать всё сразу.
— И как с ним играть? Он же совсем маленький… — растроилась четырёхлетняя Изанами. Но потом добавила про себя: — Но братик вырастет. И тогда мы будем играть!
Она сидела у кроватки брата и радовалась мысленно этому. Его назвали Хаширама.
— Смешное имя, — подумала она, но вслух не сказала, только улыбнулась.
Это событие перевернуло её жизнь с ног на голову.
Если с Изанами всегда была няня, то с братом почему-то часто сидала мама.
Спала с ним, брала на прогулки, покупала игрушки… а с ней так никогда не делали.
— Почему? — задавалась вопросом маленькая девочка.
(Это Изанами)
Долго думать не пришлось.
Мама любит братика. Она его любит. Просто так.
***
Братик медленно рос. Учился сидеть, учился ходить. Когда он зашагал, мама хлопала в ладоши и звала его к себе, а отец сиял гордостью. А когда он чуть не упал, подбежали все — и мама, и папа.
Изанами наблюдала со стороны. Немного завидовала. Она тоже хотела, чтобы мама и папа проводили с ней время.
Однажды вечером, когда мама укладывала спать брата, девочка осторожно подошла:
— Мамочка… давай поиграем… Я тоже хочу играть… Ты только с братиком играешь…
Женщина посмотрела на дочь, лицо её не выражало особого удовольствия:
— Извини, не могу, я устала. Сыграешь мне на пианино то, что выучила?
Девочка задрожала. Почти ничего нового за месяц не учила — слишком крутилась вокруг мамы и брата, пытаясь завоевать их внимание. Да и отец не отправлял её после обеда в зал учить композицию.
— Мама… я… я… — начала заикаться Изанами.
— Что? — голос матери стал строгим.
— Я… не выучила… Прости, мамочка… можно на следующей неделе я сыграю вам?
— Изанами, — мать резко отвела взгляд, — что за безответственность?
Думаешь, раз уж родился братик, можно просто сидеть рядом с ним и ничего не делать?
Девочка опустила взгляд, стараясь не показать слёз, и сжала подол платья в руках.
— Поняла, мамочка… буду стараться лучше, — тихо прошептала она.
— Вот это правильно. А теперь — к себе и спать. А то брата разбудишь, — добавила мать.
Изанами молча кивнула и вышла из комнаты.
Тихо закрыв дверь, она мигом побежала в свою комнату, слёзы катились по щекам.
Зайдя внутрь, села у двери, обняла колени и тихо заплакала.
— Я буду стараться… буду стараться… — повторяла девочка, пытаясь успокоить себя.