Satan der Unterwelt.

Мне было десять, когда я впервые понял, что ребенок, которого взяли из детского дома — чужой, для родных детей этой семьи. И чужой — для общества.

В десять лет я был усыновлен довольно богатой и зажиточной семьёй.  У них был огромный особняк, в котором было три этажа таунхауса, довольно красивые,но показушные и вычерные аппартаменты для семьи из: отца, матери, и троих детей, плюс всякая живность. Ко мне у них было отношение папа-мама- сын, но их родные дети, относились ко мне предвзято и при каждом удобном случае, показывали мне то,что я здесь чужой. Никто. Приемышь. Подкидыш и взят только из жалости. Я же, сначала не бунтовал, а слушался и молча держал обиду на их детишек.

В скором времени, они стали портить мне мои вещи, которых были немного, им было смешно и завидно от того,что я, ничей ребёнок, был поселен а новую комнату, с подарками: ноутбуком, приставкой, тремя собаками и хорьком. Я же был им благодарен и стал доверять приемным родителям. Они полюбили Меня и я стал меняться ради них. Я стал ударником, твердым ударником в школе, стал упорно заниматься в секции волейбола и играть на гитаре в музыкальной школе, я не хотел огорчать родителей. Сам по себе, я как ребёнок привязался к ним и боялся того,что рано или поздно,они отдадут Меня обратно,как и предыдущие десять семей.

Милана, Мигель и Себастьян, стали строит мне козни. Вредничали, шантажтровали, и тому подобное, в общем, делали абсолютно все,чтобы я уехал от сюда как можно скорее.

Подставляя меня, унижая, я не давал им перейти дальше. Я впервые прогнулся под них, делая все,чтобы они не ставили меня под удар — я не хотел уезжать в приют. Просто не хотел возвращаться туда. Я делал все для них,ща них и ради них.

Потом, внимание родителей перешло на меня. Им это не понравилось.

Я приходил из гимназии в побоях. Обнаруживал,что мои вещи были разорваны, испорчены и сломаны:

Моя первая гитара, на которой я играл с семи лет — была сломана.

Футбольный мяч с автографом Месси и Неймара — сдут,и выброшен на свалку.

Чехол и новая гитара от примерных родителей — безвозвратно раздолбана в мелкие щепки.

Я никогда не плакал. Но когда они добрались до моего личного дневника, вытащили его из рюкзака под кроватью, и откопировав его страницы,стали развешивать их и пропадавать детям в гимназии, позоря и унижая меня — я сорвался. Да, я был один. Соло. Но я дал им отпор. Крупная драка и вылет из гимназии.

А в один момент, оказался на улице.

Совершено один. Без вещей.

Меня нашли,  и на следующиц день отправили в приют.

В десять лет, я понял,что никому и никогда нельзя верить. Твое доверие, Надежда и вера - самое настоящее оружие в руках тех,кто хочет знать больше тебя.

***

Район Ист-Виллидж. Большинство районов Нью-Йорка приобретали популярность на некоторое время, но потом теряли ее. Этого не происходит с Ист-Виллидж. Здесь до сих пор живут писатели, музыканты и поэты, в районе много кафе и джаз-клубов. По словам местных жителей, этот район, в отличие от многих других в городе, сохранил дух Нью-Йорка.

Я веду машину, и так как сейчас ещё ранее утро, около трёх или двух утра, на дорогах нет машин и я чаще всего, смотрю на Хэруко и понимаю, что эти явления, как видения всплывают одновременно с Рикки. Она резко изменилась, как только новое явление из моего прошлого, посетило меня и мою спутницу. 
Она заметно погрустнела, а потом, закрыв лицо руками, прошептала:

-Зря я так,- я не понимал о чем она, - Нельзя было оставлять ее одну в такой ситуации.

-Рикки,- я положил ей руку, на плечо, - Ей, как и Сами, нужно время. Время подумать, время все понять и главное — решить. Им нужное разобраться в первую очередь с самими собой, и их отношениями.

-Джейден, понимаешь, в чем дело?- начала рассуждать девушка,- Она сама утверждала,что в тот день, мв с тобой переспали и я беременная от тебя, но извини за откровение, я ещё даже не теряла свою невинность. И сейчас, она находится в положении,что сама мне говорила, якобы, обо мне. Мне обидно слышать от лучшей подруги такие слова и теории. А ее поездка с вами? Ничего не сказала ни мне ни ребятам и свалила. Разве это по дружески? Я думала, мы с ней и правда дольше чем дружим, а как на деле — нет. Она использовала меня,ради связи с вашей группой и завела отношения с Сами, а потом просто запудрила парню мозги. Подло, я знаю. И я понимаю тебя, ты должен держаться, Джей. Джей, она...она просто растреляась, не знала что делать ей в такой ситуации, как и Логан. Я думаю, Сами сделает выбор в твою сторону, и найдет решение,как не подставить пол угрозу ни вашу группу и дружеские отношения, ни меня и мою дружбу с Сацуки и карьеру в группе. Да,она поступила не честно, когда сказала о беременности спустя месяц,когда уже поздновато для аборта, мне не залезть в ее голову р не просмотреть то, что и как она думает, но ты друг Сами, а , подруга Сацуки — мы должны помочь им.

Девушка все говорила верно. Я и в правду погорячился, с такими словами в сторону Логана и его девушки.

-Хорошо, мы найдем выход,как помочь им,- ответил я,-Но толко тогда,когда они оба разберутся во всем и, в своих отношениях, и поймут, чего они хотят. Ты правильно говоришь, но и заставить своего друга поступить иначе — я не могу. Это не в моих силах, заставить его поменять решение.

Остальную часть дороги до нашего дома, мв ехали молча, в полной тишине.

Меня все не отпускала эта мысль с видениями, но я молчал и искал подход,как бы правильно начать разговор на эту тему.

-Это что еще такое?!- испугано, заявил я, когда машина резко остановилась, а взгляд моей девушки был устремлен на руль автомобиля,-Хэруко?

-Я слышу тебя, Джейден,- спокойно, будто такое происходит каждый день и в порядке вещей, ответила она,- То,что я сейчас продемонстрировала тебе,одна из моих способностей. И вот,- в моих руках, очутился дневник, и он летел. Летел мать вашу! - Не бойся, ты можешь так же,и намного сильнее чем я. В этой тетради, все мои размышления и теории по нашей "странности". Эти два месяца не прошли зря. Почитай, может вместе мы найдем ответы на наши вопросы.

-Вот как,- смеясь, хмыкнул я, -Однако, моя девушка не только рок музыкантка, умеет постоять за себя, с юморком и навыками драки, ещё и владеет магическими способностями. Я в шоке. И что ты ещё можешь?

Хэруко, спокойно осела в кресле и смотря четко на руль машины — стала вести авто по пустой трассе.
Вдруг, я почувствовал, как кто-то будто давит на меня. Словно воздух, сжимает мне голову, не даёт дышать и сжимает горло,так что я начинаю тяжело и судорожно вдыхать. Дальше, началось то,чего бы испугался обычный человек. Но не я и не Рикки, мы бы не испугались этого — просто потому,что я намного сильнее чем она, и наши способности вместе, создают невероятную силу. Я стал сопротивляться. А моем подсознании была некая стенка, а точнее их было несколько, и они составляли — лабиринт. Толстые, не пропускающие воздуха, голоса и ни души, бетонные и потрёпанные временем стены огромной крепости. Я не давал этому нечто, разрушить их, но оно тоже сопротивлялось выбрасывая мне то воспоминания, то видения или явления, что очень пугали и настораживали меня.

Я начал слышать голос.

Нежный, теплый, как луч солнца или ангел, такой маленький и не громкий голосок, который постоянно вел меня за собой. Как хранитель с детства. Я всегда слушал имено этот голос, из миллиона тех,что просто слышал и не разбирая их — сходил с ума.

Это голос, который вел меня постоянно на протяжении всей жизни, сейчас, нашёптывал мне, те слова, которые причиняли мне боль.

Потом он перешел в шопот. Громкий, сильный и многоголосый шопот. Такое уже случалось, просто помню я это мутно и расплывчато. Как облако в телефоне, висит и все.

Что-то трещало во мне. Ломалось, разбивалось и трескалось, как будто ломают кости, ветку дерева, или как выбивают окна и разбиваются стекла, как трещит корка льда. Сначало, это чувство, было таким слабеньким и еле заметным, потом оно усилилосб, и в конце концов, преграда была повреждена.

Первая стена разрушена.

Теперь, я больше не слышал шопота, я слышал писк и  глухое постукивание.

-Рикки,- прохрипел я,- Пожалуйста, прекрати.

Она молчала. Это была не она. Далёко не она. Это был кто-то другой, и этот кто-то, явно добивался свое цели — внедриться мне в голову.  Прочесть мысли и выкопать информацию.

Стены рушились, падали и огромные ее камни, бетонные блоки и железные прутья-решётки ломались, с грохотом обрушаясь и пропадая в пустоте.

-Джей! Джейден, ты слышишь меня? - слышал я, и искался в поиске голоса,-Джейден! Джейден мы врежемся!

***

Пара сидела в салоне машины, и тяжело выдыхала и глотала воздух. На лице девушки был чистый испуг, а хладнокровное выражение лика Эванса, так и говорило о том, что парень страдает душевно и морально.

-Джей?- позвала его девушка, -Милый, ты в порядке?- парень молчал, и сжимал в руках руль до такой степени,что костяшки не только побелели,но и начали синеть, как у побитых. Глаза Эванса словно застыли, а мозг отказался контролировать и управлять телом: он абсолютно ни двигался, ни дышал и ни моргал.

Словно застыл.

Обычно, это называют постравматическим шоком. Глаза Эванса испускали страх и испуг перед .... Перед быстрой смертью. Такой внезапной и резкой. Когда о жизни и до смерти — один шаг.

-Джейден,- девушка, попыталась вернуть своего парня в реальность,- Пожалуйста, посмотри на меня. Джей. Джейден, услышь меня!

Девушка была сама не менее напуганна. Но напуганна не этим странным явлением,что чуть не убило их, обоих, а то, что ее любимый человек, сейчас находится в оцепенении и совершенно не видит реальной жизни. Хэруко старалась и прилагала все усилия, чтобы справиться самой, и сама не заметила, как дала волю эмоциям.

-Джей,- когда парень вновь не откликнулся на свое имя, она всхлипнула, и опустилась головой, с закрытыми руками глазами, на колени Эвансу.

Они просидели так достаточно много времени. Пока, за машиной не появился Асмодей, и не сел к ним. Он щёлкнул пальцами,и стал не видим для всех, даже для себе подобным.

-Будь осторожнее, Джейден Эванс,- прошептал, на ухо парню , желтоглазый Азазель, и утянул за собой своего слабого и уставшего брата, Асмодея,- Второго шанса — не будет.

Все в миг, словно сняли с паузы.
Джейден, удивился, Когда увидел на своих коленях плачущую от безысходности Хэруко.

- Малышка, - он поднял ее,- Не плачь, что..что произошло?

-Джейден,- девушка, больше не плакала, но лицо все ещё отражало ее драматические эмоции,-Боже, Джейден,как ты меня напугал.

-Да напугал,напугал,- успокаивал ее он,-Поехали домой. В наш новенький домик, небольшой и скромный, все как ты любишь. Да? Но район я как и квартал выбрал престижный. Ты не против?

-Хех,- улыбнулась она,-Конечно нет.

Вскоре,все наладилось,и теперь, пара ехала и под приятным ветром города, говорили на разные темы.

-Джейден,- обратилась она, к нему,- То,что ты сказал о детях, в порыве эмоции и гнева, в своей студии. Правда?

-Да, я не боюсь заводить детей. Но... Но понимаешь, однажды, я допустил ошибку. И господь, не простил ее мне.

-Что? Что случилось?

- Мы ... Точнее я, не успел остановится, когда был с Киоко. Она не хотела аборта, и я не настояивал, а родители Киоко, узнали, и выгнали дочь ко мне. Мы жили у меня вплоть до восьми месяцев беременности Киоко,- парню тяжело давались слова, - В последние месяцы, Ки, вела себя странно. Нервничала, ругалась и психовала. Я принял это за побочные эффекты. А итоге, она просто не пришла в общежитие в один момент. Я взбунтовался. Рвал и метал, а потом, нашел ее в больнице. Ее сбила машина, и все это происходило за пол года до ее кончины. Ки, впала в кому. Я отдал ей кровь, почку и сосуды для пересадки сердца, и не зря. Она вижила, пролежав во сне два месяца.

-А как же ребёнок?

-Ребенок....- с дрожью в голосе , проговорил Эванс,- У нас родилась девочка. Я держал ее на руках, я видел ее , и понимал,что теряю все: я не вытянул бы  семнадцать лет дочь и девушку. А позже, за неделю до выхода из комы Киоко, Маринетта покинула наш мир. Моя дочь, умерла, не успев прожить и года,- из глаз парня потекли горячие слёзы боли,-Я любил их обоих и потерял, не успел даже прожить два месяца всей семьёй. А потом, я потерял и Киоко. И уже навсегда.

Оба замолчали, и уже добрались до своего нового жилища. Они остановились и сидели в машине, смотря в никуда...

-Я не хочу потерять ещё и Тебя. Ты мне дорога, даже слишком, чтобы так глупо, по своей дурной менере, поткрчть такую редкостную ноту,как ты.