100 Причин полюбить тебя

За мгновение до того, как Лора потеряла невинность... 

Лора лежала на кровати, крепко прижимая к груди дневник матери. Слёзы катились по её щекам, оставляя тёплые следы на подушке. Она ощущала, будто все эти откровения, тайны и признания раздавили её сердце — словно груз прошлого, о котором она и не подозревала, теперь навис над ней всей своей тяжестью.

Комната тонула в тишине. Только её дыхание, сбивчивое и прерывистое, нарушало покой вечера. Лора закрыла глаза, будто пытаясь спрятаться от реальности, но страницы дневника жгли руки, словно напоминая, что правду уже не закроешь.

И вдруг — резкий звонок телефона.
Звук вырвал её из тягостных мыслей. Она вздрогнула, быстро вытерла глаза ладонями и посмотрела на экран. На дисплее высветилось имя: Эдди.

Она на мгновение замерла, колеблясь, стоит ли брать трубку в таком состоянии. Но всё же нажала на кнопку.

— Алло? — её голос звучал хрипло.

На том конце раздался знакомый тёплый смех.
— Лора... Ты чем занята?

— Ничем... — она попыталась выровнять голос, но в нём всё ещё слышались нотки усталости и слёз.

— Слушай, — продолжил он мягко, — у меня для тебя маленький сюрприз. В общаге никого из соседей сегодня не будет. Приходи. Я хочу провести вечер только с тобой.

Лора замерла. Внутри всё ещё копошилась боль от прочитанного, но в словах Эдди прозвучало что-то тёплое, простое, живое. То, чего ей сейчас так не хватало.

Она сжала дневник в руках ещё сильнее и прикрыла глаза. Может быть, именно сейчас ей и нужен кто-то рядом, чтобы вытянуть её из этой темноты.

— Хорошо, — едва слышно ответила она.

На том конце Эдди радостно выдохнул:
— Отлично. Тогда жду тебя.

Лора выключила телефон и на несколько секунд уставилась в потолок. Слезы ещё блестели на ресницах, но впервые за вечер в её сердце мелькнула искра света. Она отложила дневник на прикроватную тумбочку и подошла к зеркалу. Отражение выдало всё: покрасневшие глаза, усталость на лице, небрежно растрёпанные волосы.

Она глубоко вдохнула.
Нет... сегодня я не хочу, чтобы он видел меня такой.

Лора наполнила ванную комнату мягким светом, умылась холодной водой, позволив каплям стекать по коже, смывая следы слёз. Потом достала косметичку — руки дрожали, но она заставила себя сосредоточиться. Немного тонального крема, чтобы скрыть усталость. Лёгкая подводка, чтобы подчеркнуть глаза. Чуть блеска на губы. Когда закончила, взгляд в зеркале уже был другим — в нём появилась решимость.

Она сделала лёгкие локоны, и мягкие пряди послушно упали на плечи. Лора провела рукой по волосам, придавая им аккуратную форму. В памяти всплыла мама — её улыбка, её манера собираться. От этого в груди кольнуло, но одновременно придало сил.

Открыв шкаф, Лора долго выбирала платье. В конце концов достала то самое — простое, но изящное, тёмно-синее, которое красиво облегало фигуру и подчёркивало её хрупкость. На шею надела тонкую цепочку с кулоном — подарок отца, когда ей исполнилось шестнадцать. Этот кулон всегда был для неё символом защиты.

Последний взгляд в зеркало. Теперь там стояла не разбитая девочка с дневником в руках, а девушка, которая готова идти вперёд, несмотря на всё, что обрушилось на неё в последние дни.

Лора взяла сумочку, глубоко вздохнула и тихо сказала себе:
— Ты справишься.

И вышла из дома навстречу Эдди и его сюрпризу.

Когда Лора подошла к двери общаги, её сердце билось быстрее обычного. Она нервничала — не от страха, а от предвкушения. Позвонив, она услышала, как замок щёлкнул, и осторожно толкнула дверь.

Первое, что она увидела, — мягкий свет. Вдоль коридора и по комнате горели десятки свечей. Их огоньки колыхались, отбрасывая тёплые тени на стены. На полу, словно дорожка, были рассыпаны лепестки роз, ведущие внутрь.

Лора сделала шаг, задержав дыхание. Сердце затрепетало, как у девочки. Она медленно пошла по этой дорожке, чувствуя, как каждая мелочь будто прикасалась к её душе.

И когда она вошла в кухню, то застыла на месте.

За столом, рядом со стулом, стоял Эдди. Он ждал её — с чуть смущённой улыбкой, в руках держа пышный букет красных роз. Его глаза сияли, но в них читалось волнение. Он выглядел так, словно для него этот момент был не менее важен, чем для неё.

— Привет, — тихо сказал он, делая шаг вперёд. — Ну как, сюрприз удался?

Лора едва сдерживала улыбку. В этот миг она видела только Эдди, только этот свет и цветы, только его искренность.

Она сделала шаг к нему и прошептала:
— Более чем.

Эдди мягко подошёл ближе и, слегка наклонив голову, протянул руку.
— Позволь, — сказал он почти шёпотом, и аккуратно коснулся её ладони.

Он подвёл Лору к столу, отодвинул стул и бережно помог сесть. Его движения были удивительно внимательными, будто каждый жест имел значение.

Эдди налил вино в два тонких бокала. В свете свечей рубиновая жидкость заиграла мягким блеском, словно отражая их настроение. Он протянул бокал Лоре, их пальцы на мгновение соприкоснулись, и этот лёгкий контакт будто зазвучал громче любых слов.

— За нас, — произнёс он просто, но с таким чувством, что в груди Лоры защемило.

Затем он поставил перед ней тарелку, на которой лежал сочный стейк, украшенный веточкой розмарина и лёгким гарниром. Запах был таким аппетитным, что Лора невольно улыбнулась.

— Ты сам?.. — спросила она, не веря своим глазам.

Эдди кивнул, и на его лице промелькнула чуть смущённая улыбка.
— Хотел, чтобы это было не просто ужином, а чем-то для тебя.

Он сел напротив, но при этом продолжал следить за ней — как она держит бокал, как берёт приборы, как смотрит на него. В его глазах не было ни тени усталости или суеты — только желание подарить ей ощущение, что в этот вечер весь мир принадлежит лишь им двоим.

Лора осторожно попробовала первый кусочек. Стейк оказался удивительно нежным, сочным, словно приготовленным опытным шеф-поваром, а не студентом в обычной кухне общежития. Она подняла глаза на Эдди и улыбнулась:

— Это невероятно вкусно. Я даже не знала, что ты умеешь так готовить.

Эдди чуть пожал плечами, но в его взгляде мелькнула гордость.
— Знаешь... иногда человек способен на большее, чем о нём думают. Особенно, если есть для кого стараться.

Её сердце пропустило удар. Он произнёс это так просто, без пафоса, но каждое слово проникло глубоко внутрь. Лора опустила взгляд на бокал, пряча лёгкий румянец.

Они ели медленно, наслаждаясь не только едой, но и редкой тишиной, в которой даже дыхание становилось частью этого вечера. Лёгкий треск свечей, аромат вина, тонкая музыка, едва слышная из его телефона — всё создавалo ощущение маленького мира, куда не проникали тревоги и тени прошлого.

— Лора... я хочу, чтобы однажды ты стала моей женой. Я мечтаю, чтобы мы были вместе всегда. Ради этого я готов на всё.

Лора подняла глаза. В его взгляде не было ни игры, ни флирта — только искренность и какая-то редкая нежность. Она не находила слов, чтобы ответить, и лишь слегка сжала ножку бокала, боясь, что дрожь рук выдаст её волнение.

Эдди улыбнулся и, будто почувствовав её смятение, протянул руку через стол. Его пальцы осторожно накрыли её ладонь.
— Ты не обязана ничего говорить. Просто... будь здесь. Со мной.

Лора почувствовала, как в груди расправляются крылья — лёгкие, хрупкие, но настоящие.

— Ты даже не представляешь... насколько сильно я этого хочу, — прошептала она. — Но такие слова... они ведь меняют всё.

Эдди взял её руку в свою, его пальцы были тёплыми и крепкими.
— Пусть меняют, — мягко сказал он. — Я не боюсь перемен, если в них есть ты.

Лора опустила взгляд, пряча слёзы, но всё же подняла его снова, встретившись с ним глазами.
— А если однажды всё рухнет? Если я не смогу дать тебе то, чего ты заслуживаешь?

Он покачал головой и, чуть улыбнувшись, наклонился ближе.
— Лора, мне не нужно ничего, кроме тебя. Всё остальное — просто фон.

Она сжала его руку сильнее, будто проверяя, что он настоящий.
— Ты даже не понимаешь, как сильно ты меня пугаешь, Эдди... тем, что делаешь меня такой счастливой.

Эдди чуть крепче сжал её ладонь и тихо произнёс:
— Тогда пообещай мне одно. Никогда не исчезай из моей жизни.

Лора дрогнула, прикусила губу и ответила так же тихо:
— Я не умею обещать того, в чём не уверена... Но я знаю одно: уйти от тебя я бы не смогла.

Эдди посмотрел прямо ей в глаза, серьёзно, почти отчаянно:
— Значит, этого уже достаточно.

Лора вздохнула, её губы тронула едва заметная улыбка:
— Ты делаешь всё так просто, Эдди. Будто весь мир не против нас.

— Пусть хоть весь мир будет против, — перебил он, чуть наклонившись ближе. — Главное, чтобы ты была со мной.

Лора провела пальцами по бокалу, стараясь скрыть лёгкую дрожь.
— Эдди... иногда мне кажется, что всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Он мягко улыбнулся:
— Тогда позволь мне доказать, что это правда. Что я — правда.

Лора подняла на него глаза, полные сомнений и нежности.
— А если однажды я сломаюсь? Если не смогу выдержать всего, что навалилось?..

Эдди накрыл её руку своей, уверенно и нежно.
— Тогда я буду рядом, чтобы держать тебя. Чтобы поднять, если упадёшь. Даже если придётся идти против всего.

На губах Лоры появилась дрожащая улыбка.
— Ты так говоришь, будто это клятва.

— Может, это и есть клятва, — серьёзно ответил он. — Я не знаю, что будет завтра. Но знаю одно: я хочу, чтобы в каждом моём «завтра» была ты.

Лора слушала его слова, и сердце её наполнялось такой теплотой, что казалось, она вот-вот не выдержит. В груди всё горело, но это пламя не жгло — оно освещало её изнутри. Она ловила каждый его взгляд, каждое движение, и в эти минуты мир перестал существовать.

Она чувствовала себя безумно счастливой. Счастье было в его улыбке, в его голосе, в том, как он держал её за руку. Ей хотелось остановить время и навсегда остаться в этом мгновении, где нет ни боли, ни тайн, ни страха. Только они двое и тёплый свет свечей.

Лора вдруг поняла: если бы её жизнь закончилась завтра, она бы всё равно считала себя самой счастливой — потому что у неё был этот вечер, эти слова и этот человек рядом.

Эдди нашёл на телефоне мелодию и включил её. В комнате сразу стало ещё теплее, будто музыка ожила вместе с огоньками свечей. Он протянул руку Лоре, в глазах — мягкая серьёзность.

— Потанцуем?

Она слегка кивнула, позволив ему обхватить её ладонь. Они оказались среди лепестков, двигаясь в такт медленной музыке.

— Помнишь, — тихо сказала Лора, прижимаясь ближе, — как мы впервые танцевали? Тогда, на вечеринке в честь новых студентов...

Эдди улыбнулся, его взгляд потеплел.
— Конечно, помню. Ты тогда смеялась, хотя пыталась казаться серьёзной.

— Потому что всё казалось таким новым, странным... — призналась она. — А рядом с тобой почему-то было спокойно.

— Для меня это был лучший момент того вечера, — ответил он мягко.

Их шаги сливались с музыкой, а воздух вокруг будто стал плотнее, насыщеннее — как воспоминания, что ожили и переплелись с настоящим.

Музыка текла мягкой рекой, обволакивая их. Лора положила голову на плечо Эдди, чувствуя его ровное дыхание и тепло. Его рука слегка сжала её талию, словно боялся отпустить.

Они остановились, уже не танцуя, просто стояли друг напротив друга среди свечей и роз. Лора подняла взгляд, встретившись с его глазами — в них не было ни тени сомнения. Только тихая, уверенная нежность.

Эдди медленно наклонился ближе. Лора затаила дыхание, сердце забилось быстрее, будто боясь пропустить этот миг. Их губы встретились — сначала робко, мягко, будто случайно, а затем поцелуй стал глубже, наполненный всем тем, что они не решались сказать словами.

Мир вокруг исчез. Остались только они двое, их дыхание, музыка и шорох лепестков под ногами.

Когда их губы разомкнулись, Лора осталась совсем близко к нему, почти касаясь его щеки. Её дыхание всё ещё было прерывистым, а взгляд сиял новым светом — смесью счастья и волнения.

Эдди провёл ладонью по её щеке, словно боялся, что она исчезнет, и тихо сказал:
— Лора... ты сегодня особенно красивая.

Она улыбнулась, прижимаясь к его груди, слыша ровный стук его сердца. Внутри неё разливалось тепло, которое невозможно было сдержать. Казалось, будто все тяжести последних дней растворились, уступая место этому мгновению.

Они снова встретились глазами, и второй поцелуй стал ещё более долгим, ещё более уверенным. Теперь в нём не было робости — только признание, желание быть рядом и обещание без слов.

Музыка продолжала звучать, свечи мерцали мягким светом, а Лора впервые за долгое время почувствовала, что жизнь всё же может дарить счастье.