100 Причин полюбить тебя

Когда они вернулись домой, было уже поздно. Лора молчала всю дорогу, погружённая в свои мысли. Её отец, наоборот, выглядел необычно собранным.

— Завтра утром я займусь всеми этими делами, — сказал он, снимая пальто. — А послезавтра ты ещё раз поезжай к Сильвии. Узнай, как у неё обстоят дела. Ей сейчас нужна поддержка.

Лора кивнула, хотя в душе ей совсем не хотелось снова окунаться в чужие семейные драмы.

На следующий день в университете Лора пыталась вести себя как обычно, но мысли постоянно возвращались к вчерашнему вечеру. Когда она вышла из аудитории, её уже ждал Эдди.

— Привет, — улыбнулся он. — Ну что, как провела вечер с отцом? Он ведь специально тебя куда-то позвал?

Лора слегка смутилась, но быстро собралась:
— Да так... Просто хотел увидеться. Вот и всё.

Эдди чуть прищурился, будто чувствовал, что она что-то недоговаривает, но ничего не сказал. Только усмехнулся и предложил прогуляться до столовой.

Они шли по коридору университета бок о бок. Студенты вокруг болтали, смеялись, кто-то спешил на пары, но для Лоры весь шум будто растворялся. Её мысли были заняты совсем другим.

— Ты как-то странно отвечаешь, — сказал Эдди, склонив голову набок и заглянув ей в глаза. — Обычно ты рассказываешь всё в подробностях.

Лора улыбнулась натянуто:
— Просто устала. Вечер был... насыщенный.

— Насыщенный? — повторил он и чуть приподнял бровь. — Ты ведь врёшь.

Лора остановилась на секунду, сжала лямку своей сумки и быстро отвернулась.
— Не всё, что происходит дома, обязательно должно касаться тебя, — тихо сказала она.

Эдди замедлил шаг. Его улыбка погасла, он серьёзно посмотрел на неё.
— Может, и так. Но ты ведь знаешь... я рядом. И если что-то не так, я хочу знать.

Лора вздохнула, будто её прижали к стене. Она встретилась с его взглядом, но всё же решила не раскрывать правду.
— Спасибо, Эдди, — произнесла она мягко. — Но правда, всё в порядке.

Он ничего не ответил, только молча открыл дверь в столовую и пропустил её вперёд. Но внутри Лора чувствовала, что он не поверил ни одному её слову.

Эдди задержал на ней взгляд, словно хотел что-то ещё сказать, но потом вдруг опустил плечи и улыбнулся — чуть грустно, почти смиренно.

— Ладно, — тихо произнёс он. — Не буду лезть. Когда захочешь рассказать — сама скажешь.

Лора облегчённо выдохнула, хотя в груди всё равно оставалась тяжесть. Ей было стыдно за то, что она скрывает, но ещё больше она боялась втянуть Эдди в чужие проблемы.

Они пошли дальше, и разговор незаметно перешёл на обычные темы — предстоящие лекции, домашние задания, планы на выходные. Эдди шутил, как обычно, поддразнивал её, и Лора улыбалась, но где-то глубоко внутри понимала: он ждёт. И это ожидание может оказаться тяжелее любых расспросов.

Утро было не похоже на все остальные. Лора проснулась раньше обычного — внутри сидело какое-то странное волнение. Эдгар за завтраком сказал, что ему нужно срочно решить дела в городе, и потому он не сможет поехать вместе с ней.

— Поезжай сама, Лора, — сказал он, поправляя пиджак. — Джон отвезёт тебя. Сильвии сейчас важнее всего почувствовать, что она не одна.

Лора лишь кивнула. В глубине души ей было немного страшно — оставаться один на один с тётей, которую она едва знала. Но в то же время в этом ощущалось что-то новое, важное, словно шаг в неизвестность.

У ворот уже ждал тот самый чёрный автомобиль. Водитель, тот самый верный человек её отца, приветливо открыл перед ней дверцу.

— Готовы, мисс Лора? — спросил он мягко.

Она вздохнула и села в салон, чувствуя, как с каждой минутой дороги сердце бьётся всё быстрее. Когда машина свернула на знакомую улицу Ридстауна, Лора вдруг осознала: сегодня ей предстоит встретиться не только с тётей Сильвией, но и с теми тайнами, о которых отец ей пока не говорил.

Дорога тянулась бесконечно. За окном мелькали дома, серые фасады, вывески магазинов, но Лора почти не замечала их. Внутри её не отпускало странное чувство: будто впереди её ждёт не просто разговор с тётей, а что-то гораздо большее.

Джон, как обычно, был немногословен. Лишь изредка он спрашивал, удобно ли ей, и на этом всё. С каждым километром молчание в машине становилось всё плотнее.

Наконец показался дом Сильвии. Казалось, он изменился всего за ночь — стал темнее, мрачнее, словно сам воздух вокруг него напитался напряжением. Лора, сжав сумку, вышла из машины.

— Я буду ждать у ворот, мисс, — сказал Джон, и его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем обычно. Будто он тоже чувствовал, что здесь происходит что-то не то.

Лора поднялась по ступеням и постучала. Дверь почти сразу открылась. На пороге стояла Сильвия — глаза красные, лицо усталое, но в её движениях была какая-то решимость.

— Лора, — сказала она тихо, но твёрдо. — Хорошо, что ты пришла. Нам есть о чём поговорить.

Она отступила, впуская племянницу внутрь. В доме было полумрачно, занавески задернуты, и только в гостиной горела лампа. На столе стояла чашка с недопитым чаем, а рядом лежала старая шкатулка, покрытая пылью.

Лора заметила её сразу.

Сильвия проследила за её взглядом и слегка улыбнулась — уставшей, но почти заговорщицкой улыбкой.

— Всё это время я хранила то, что, возможно, принадлежит тебе по праву, — произнесла она и кивнула на шкатулку. — Но прежде чем ты откроешь её, ты должна кое-что услышать.

Лора села напротив, чувствуя, как сердце бьётся в горле. Впервые за долгое время она поняла: сейчас ей откроют не просто семейную тайну, а нечто, что изменит всё её представление о прошлом.

Сильвия провела пальцами по краю шкатулки, будто колебалась, стоит ли продолжать.

— Когда-то, много лет назад, — начала она тихо, — твоя мать покинула Ридстоун не просто так. Она пыталась защитить тебя. Наш род всегда был... запутанным. Здесь, в этом городе, остались старые обиды, незаконченные истории. И твоя мать не хотела, чтобы всё это коснулось тебя.

Лора нахмурилась, но молчала, позволяя тёте говорить дальше.

— В этой шкатулке, — Сильвия слегка подтолкнула её к племяннице, — письма. Некоторые от твоей матери ко мне, некоторые к твоему отцу... и один — к тебе. Он так и не был отправлен. Кроме того, здесь её дневник. Там записано больше, чем она когда-либо решалась сказать вслух.

Лора протянула руки к шкатулке, но Сильвия остановила её лёгким жестом.

— Есть ещё кое-что. В записях твоей матери упоминается причина, по которой она вынуждена была оставить Ридстоун. Это связано с нашей семьёй по материнской линии. Земля, которую когда-то пытались отобрать... люди, которые не простили до сих пор... — её голос дрогнул. — И именно из-за этого твоей матери пришлось бежать, скрыть многое даже от тебя.

Лора ощутила, как по спине пробежал холодок. Она не знала, готова ли услышать больше, но понимала: обратного пути нет.

— Ты должна быть осторожна, Лора, — продолжила Сильвия. — Правда редко бывает безопасной.

Шкатулка стояла между ними, словно живая, и ждала, когда её откроют.

Лора глубоко вдохнула, словно собираясь с силами, и осторожно подняла крышку. Петли заскрипели, и воздух наполнился запахом старой бумаги и засохших чернил.

Внутри аккуратно лежали связки писем, перевязанные блеклой лентой, и потёртый дневник в кожаном переплёте. Между страницами виднелись засохшие цветы — память о ком-то или о чём-то дорогом.

Лора взяла первую пачку писем. Почерк был ей знаком — ровный, уверенный, словно каждая буква вычерчивалась с особым смыслом. Это был почерк её матери.

Руки дрожали, когда она развязала ленту и развернула один из конвертов.

Лора осторожно развернула письмо и прочла:

"Моя маленькая Лора,
если ты держишь это письмо в руках, значит, меня уже нет рядом, и я не смогла рассказать тебе всё сама. Ты была слишком мала, когда мне пришлось уходить. Я пишу это заранее, чтобы ты знала: я всегда любила тебя больше всего на свете.

В нашем роде есть тайны, которые не должны попасть в чужие руки. Они связаны с прошлым твоей семьи — с тем, что я пыталась защитить, пока была жива. Иногда правда бывает опасной, и не всегда её стоит раскрывать слишком рано.

Ты вырастешь, и однажды поймёшь, почему я ушла. Береги себя, Лора, доверяй лишь тем, кто действительно заслуживает доверия. И помни: твоя сила — в твоём сердце. Даже когда меня нет рядом, я всегда буду с тобой."

Лора опустила письмо, чувствуя, как внутри поднимается странное тепло и одновременно тяжесть. Она поняла, что мать оставила ей не просто слова любви, а заготовку пути, который Лора должна пройти, чтобы понять прошлое и защитить себя.

Сильвия тихо сказала:
— Она оставила это для тебя. Ты теперь сама решаешь, как использовать эти знания.

Лора посмотрела на дневник и поняла: там будет гораздо больше ответов, чем в письме, но и гораздо больше вопросов.

Лора осторожно открыла дневник. Страницы были пожелтевшие, пахли старой бумагой и чуть уловимо лавандой — запахом, который она помнила с раннего детства. Каждая запись была аккуратно написана её матерью, мелким, но уверенным почерком.

Первая запись погрузила Лору в прошлое матери:

"Ридстаун... Как много воспоминаний здесь, и как тяжело иногда дышать, вспоминая то, что не должно быть раскрыто. Семья по линии матери всегда скрывала кое-что важное. История наших предков окутана тайной, которую не все осмеливались обсуждать. Иногда я чувствую, что эти тайны — как груз, который передаётся из поколения в поколение, невидимыми нитями связывая нас с прошлым."

Следующая запись была длиннее, с упоминаниями людей и событий, которые повлияли на её жизнь:

"Я часто думала о том, почему ушла из Ридстоуна. Это было не просто желание начать новую жизнь. Здесь слишком много старых историй, которые могут причинить боль. Я хотела защитить Лору, оставив её в безопасности, вдали от тех секретов, которые я едва понимала сама. Но иногда я чувствовала, как сила прошлого тянет меня обратно, требуя, чтобы я разобралась со всем этим, пока ещё не поздно."

Ещё одна страница открыла Лоре глаза на личные переживания матери:

"Мама говорила о семье с трепетом, но никогда не раскрывала всего. Я понимала, что есть вещи, которые нельзя сказать маленькой девочке. Были моменты, когда я ощущала, что тайна предков нависает над каждым нашим шагом, но нужно было жить и делать свой выбор. Я старалась разобраться в истории семьи, но осознала, что иногда прошлое нужно хранить — до того момента, когда оно станет понятным и безопасным для следующего поколения."

Лора сидела, затаив дыхание. Дневник раскрывал прошлое матери — её мысли, сомнения, страхи и силу. Всё это было важно, но говорило о скрытой истории, о тайнах, которые мать Лоры пыталась защитить от дочери.

Сильвия, тихо наблюдая за племянницей, сказала:
— Я не знаю всех деталей, Лора, но могу помочь тебе разобраться. Эти страницы — только начало.

Лора кивнула. Впереди её ждала дорога в прошлое семьи, путь, где прошлое матери, тайны предков и её собственное понимание истории переплетутся, открывая новые горизонты.

Телефонный звонок прервал тишину комнаты. Сильвия взяла трубку, Лора всё ещё держала дневник в руках.

— Доброе утро, миссис Сильвия, — начал детектив. — У нас новости по поводу машины. Мы нашли её.

— Где? — сразу спросила Сильвия, напряжённо сжимая трубку.

— На заброшенной улочке в старом промышленном районе, — ответил детектив. — Там почти нет света, и район давно пустует. Машина стоит между развалинами, практически скрыта от посторонних глаз.

Сильвия взглянула на Лору:
— Это серьёзно. Он мог намеренно оставить её там, чтобы скрыть следы.

— Значит, нам нужно действовать осторожно, — тихо сказала Лора, ощущая, как кровь стынет от мысли, что они отправятся в такое место.

— Я уже направляюсь туда с напарником, — продолжил детектив. — Как только получим машину под контроль, можно будет думать о дальнейших шагах.

Лора отставила дневник в сторону и посмотрела на Сильвию:

— Значит, машина найдена? — спросила она.

— Да, — кивнула Сильвия, сжимая трубку.

— Нам нужно действовать осторожно, — добавила Лора.

Машина остановилась у краю заброшенной улицы. Тусклый свет фонарей лишь едва освещал пустынные здания, а старые контейнеры и заросшие травой тротуары создавали ощущение заброшенности. Лора почувствовала, как сердце забилось быстрее — место казалось опасным и чужим.

Детективы уже были на месте. Двое мужчин средних лет стояли возле припаркованного автомобиля, наблюдая за их подъездом. Один из них был крупного телосложения, с серьёзным взглядом, другой — более худощавый, внимательно осматривал окрестности.

— Добрый вечер, — представился крупный детектив, когда они вышли из машины. — Мы знали, что вы приедете. Машина находится чуть дальше, на соседней улице. Мы проверили район — тихо, но будьте осторожны.

Сильвия кивнула, поблагодарив их. Лора почувствовала лёгкую дрожь в руках, но пыталась собраться.

— Пойдёмте, — сказал худощавый детектив, указав путь к машине. — Всё спокойно, просто будьте внимательны к окружающему.

Лора шагнула вперёд рядом с тётей, и они медленно пошли по тёмной, пустынной улице, где каждый звук казался громче обычного. Тишина и полумрак создавали ощущение, что они вошли в чужой мир, где прошлое и настоящее вот-вот могут столкнуться.

Они подошли к старому парковочному месту, и Лора сразу заметила машину. Она стояла так же, как Сильвия видела её в последний раз: пыльная, с лёгкими царапинами на кузове и покрытая тонким слоем осенней листвы.

— Невероятно... — прошептала Лора, заглянув внутрь через стекло. — Ключи... они на месте. И никто не забрал её?

Детективы переглянулись. Крупный мужчина пожал плечами:

— Здесь ходят одни наркоманы и бродяги. Им не до чужих машин. Слишком заняты своими делами.

— Удивительно, — повторила Лора, осторожно прикоснувшись к дверной ручке. Машина выглядела почти нетронутой, словно время замерло.

Сильвия глубоко вдохнула и провела рукой по пыльной крыше автомобиля:

— Я думала, что её уже никогда не увижу... Спасибо вам.

Худощавый детектив внимательно оглядел машину, проверяя замки и документы:

— Всё на месте. Машина в сохранности. Теперь нужно понять, как поступить с остальными делами — ваш муж может попытаться скрыться или что-то предпринять.

Лора посмотрела на тётю. В её глазах мелькнула смесь облегчения и тревоги. Машина возвращена, но история ещё далека от завершения.

Детективы закрыли дверь машины и слегка присели, чтобы спокойно поговорить с Сильвией.

— Мы следим за вашим мужем уже некоторое время, — сказал крупный мужчина, серьёзно глядя на неё. — Но пока что действовать жёстко нельзя. Суд ещё не вынес решения, и любые резкие шаги могут сыграть против вас.

— То есть... — Сильвия тяжело выдохнула, — пока мы просто ждём?

— Да, — добавил второй детектив, — мы фиксируем всё: его передвижения, контакты, финансовые операции. Как только придёт время, мы вмешаемся. Но прямо сейчас лучше не делать резких движений. Он не уйдёт, не скроется. Мы проследим за этим.

Лора сидела рядом, наблюдая за разговором. Её сердце билось быстрее — хотя машина возвращена, ощущение опасности не покидало её. Она поняла, что теперь их семья втянута в историю гораздо серьёзнее, чем она думала.

— Хорошо, — сказала Сильвия тихо, сжимая руль в руках, — значит, ждём. И пусть всё будет под контролем.

Детективы кивнули и сразу вышли из машины , оставляя Сильвию и Лору.

Сильвия завела машину и осторожно тронулась с места, оставляя позади ту тёмную улицу, где стояла их найденная машина. Лора сидела рядом, руки сжимали ремень безопасности, взгляд то и дело скользил на тётю.

— Знаешь, — тихо начала Сильвия, — я никогда не думала, что мы окажемся здесь вместе. Я много лет жалела, что не была рядом с тобой после смерти твоей мамы.

Лора чуть вздрогнула, но молчала, слушая.

— Я понимаю, — продолжила Сильвия, — что тебе сложно доверять мне. И не прошу сразу прощения... я лишь хочу, чтобы ты знала: я хочу быть рядом. Настоящей частью твоей жизни, если ты позволишь.

Лора глубоко вдохнула. Ей было тяжело поверить, что кто-то, кого она едва знала, может быть настолько искренним.

— Я... я тоже не знаю, что сказать, — призналась Лора. — Всё это время мне казалось, что у меня никого нет. А теперь ты здесь, и... это странно.

Сильвия улыбнулась мягко:
— Странно, но по-доброму. Я знаю, что мы не можем заменить твою маму. Но, может, я смогу быть кем-то ещё — просто человеком, которому можно доверять.

Лора чуть кивнула, глядя на дорогу, по которой они ехали. В груди росло тепло, медленно прогоняя холод одиночества.

— Может быть... — тихо произнесла она. — Я хочу попробовать.

Сильвия слегка сжала её руку, и в этот момент обе почувствовали, что между ними что-то изменилось. Тишина в машине уже не казалась напряжённой — она стала чем-то новым, безопасным, как начало доверия.

Сильвия отпустила руку Лоры и взглянула на дорогу, лицо стало серьёзным.
— Лора, нам нужно быть осторожными, — сказала она, чуть тише. — Детективы всё фиксируют, но мы тоже должны думать наперёд.

— Я понимаю, — кивнула Лора, всё ещё чувствуя в груди тепло от недавнего диалога, но постепенно включаясь в серьёзность ситуации. — Мы не можем действовать сами.

— Именно, — подтвердила Сильвия. — Я хочу, чтобы ты знала: я больше не одна. Мы вместе будем решать, что делать дальше. Детективы следят за мужем, и пока суд не вынесет решение, мы ждём. Но после суда... — она сделала паузу, сжав руки на руле, — тогда уже будет время действовать.

Лора тихо выдохнула:
— А пока что мы просто держим оборону...

— Да, — кивнула Сильвия. — И наблюдаем. Но главное — мы делаем это вместе.

В машине повисла лёгкая тишина. Она уже не была тяжёлой — она была наполнена пониманием, что теперь они не две чужие женщины, а семья, пусть и вынужденная, но готовая поддерживать друг друга.

— Спасибо, что взяла меня с собой, — тихо сказала Лора, взгляд направив на тётю. — Я... я рада, что мы хотя бы начали понимать друг друга.

Сильвия улыбнулась мягко:
— И я рада. А теперь давай решим, что будем делать дальше. Нам нужно быть готовыми ко всему, что придёт после суда.

Лора кивнула и глубоко вздохнула. Она уже не чувствовала себя одинокой. Вместе с тётей они были сильнее. И это знание придало ей уверенности, даже когда впереди ещё были опасности и неизвестность.