Yeah, that's the spirit

Дорога на Рюген оказалась дольше, чем ожидал Оливер. Сначала пришлось добираться до Гамбурга, а оттуда уже добираться в Бинц на машине около четырех часов. Но город ему уже заранее нравился.

Буквально за день до их приезда прошел сильный снегопад, и город был словно накрыт белой простыней, которую обычно накидывают на мебель хозяева, оставляющие свои квартиры на зиму. Ветер еще не успел стрясти снег с деревьев, поэтому они стояли, опутанные бело-ледяной кружевной паутиной, сверкавшей и переливающейся на солнце. Как в сказке.

Дом, который забронировали для брингов ребята из a nice idea every day, оказался почти на самом берегу Балтийского моря в достаточно уединенном месте, и Оли пришел в полный восторг, когда увидел его. Дом был деревянный, в два этажа, c огромными окнами на море, двумя балконами и террасой. За домом оказалось патио с местом для барбекю. Ближайшие дома находились достаточно далеко, так что на время съемок этот безлюдный берег по сути принадлежал только им.

Парни быстро разобрали вещи, по пути чуть не передравшись из-за того, кто в какой комнате будет спать. Оливер сразу стратегически занял правую спальню с видом на море, заявив, что «я здесь звезда» и, победно посверкав глазами, захлопнул дверь перед носом друзей. Правда, через минуту любопытство победило, и он вышел, чтобы посмотреть, как происходит дележка оставшейся второй комнаты с окнами на берег. Картина была стоящая. Четыре вполне взрослых человека пытались одновременно вломиться в узенькую дверь. Никколз при этом шипел как кошка, пытаясь сбросить вцепившегося в его рюкзак Кина, а Фиш пытался защекотать уже практически преуспевшего в своих попытках ворваться в комнату Ли. Ли отбивался как мог, но щекотка взяла вверх, и его массивное тело начало содрогаться от хохота. Мэтт и Мэтт замерли на секунду от неожиданности и тут же потеряли свои позиции, чем Ли тут же и воспользовался. Он забежал в комнату и, вскочив на кровать прямо в ботинках объявил, что он теперь король горы и никуда отсюда не уйдет, за что тут же был свергнут и обездвижен ворвавшимися следом за ним Мэттами и Джорданом.

- Святая инквизиция в лице Мэтта и... Мэтта, - начал Фиш, устроившись верхом на Ли, а Кин и Никколз встали по бокам, накинув на глаза капюшоны толстовок и стараясь сохранять серьезные лица, — кх-кх, а также в лице меня, приговаривает тебя... к семи дням... приготовления шикарнейшей очешуеннейшей, самой лучшей в мире супер грибной запеканки от Ли.

- Боже, парни, ну так бы сразу и сказали, что я вам нужен как кухарка, а не басист, - заржал Ли. - Все, все, отпусти. Сделаю я вашу запеканку, я даже приправы взял. Знал же, что пристанете.

- Ведете себя как дети, - со смешком сказал Оли, который все это время стоял прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. Но в его голосе не было осуждения. Он сам улыбался от уха до уха. Он прекрасно понимал, что поделить комнаты не было проблемой, но группа уже давно никуда не выезжала из-за Элис и просто поехать куда-то и вот так подурачиться вволю было бесценно.

- Святой отец, вам не кажется, что какого-то взрослого должна вот уже сейчас, уже через минуту настичь божья кара? - прищурившись, спросил Никколз.

- Я совершенно с вами согласен, сын мой, - серьезно кивнул ему Фиш.

Не успел Оли опомниться, как на него уже надвигались целых четыре пары рук с явно недобрыми намерениями.

- Предлагаю крещение снегом, - вставил свое слово Ли.

- Поддерживаю! - согласился Кин.

Когда Оли понял, что пора спасаться, то было уже поздно. Четыре пары рук подхватили его и потащили сначала вниз на первый этаж, а потом на улицу.

- Оливер Сайкс, войди же в этот сугроб и да будешь ты очищен от своей взрослости, во имя.. этого самого... чего там... В общем кидайте, - закончил Фиш.

И все еще пытающийся отбиваться Оли полетел в сугроб. Снега рядом с рачищенными дорожками было почти по пояс, поэтому он пропал в сугробе с головой.

- Он же будет мстить, да? - чуть ли не с надеждой сказал Кин.

- Я на это рассчитываю, - ответил Ли.

Из сугроба, как из-за баррикады, показалась взлохмаченная макушка Оли, который отряхивался и отплевывался от снега.

- Ну все, это война, - он держал наготове только что слепленный снежок. Оли замахнулся, чтобы кинуть снежком в Никколза (лучшему другу всегда должно доставаться первому). - Ну дава...

Но договорить он не успел, потому что ему в лицо тут же прилетел снежок, запущенный Ли, который до этого прятался за спинами парней. Он демонически захохотал, но тут же получил ответный снежок от Оли.

Конечно, никто не остался в стороне от снежной битвы. Они веселились и дурачились как подростки, как будто не было никаких проблем и забот. Весь внешний мир остался где-то далеко, в больших шумных городах с толпами людей. А здесь, на краю света, они были свободны. Не нужно было думать о том, чтобы закрыть лицо капюшоном, чтобы никто не узнал на улице, не нужно было оценивать каждый свой шаг. Здесь не было никого, кто мог бы их увидеть.

Через два часа они, счастливые, мокрые и довольные, наконец вернулись в дом. Внутри было тепло — спасибо арендодателю, который предусмотрительно включил отопление в доме.

- Парни, а поесть кто-то догадался купить? - поинтересовался Кин, заглядывая в пустой холодильник.

- Нет, я думал, что Ли купил, - сказал Оли.

- А я думал, что Мэтт, - перевел стрелки Ли.

- А разве Джордан не писал список продуктов утром? - спросили Никколз озадаченно.

- Ну, список-то у меня есть, - начал Джордан. - А еды нет. Я думал, Кин купил.

- Хм-м-м, - сказал Кин.

- Я предлагаю рискнуть и поискать тут паб. Это почти деревня, вряд ли мы привлечем внимание. Готов спорить, зимой тут одни старики, - сказал Оливер. - Но решайте сами. Я думаю, что мы и в магазин успеем, если он тут есть.

- Ну, где-то же эти твои старики добывают еду, - резонно заметил Фиш.

- Есть идея получше, - сказал Кин. - Я позвоню Фабиану из a nice idea every day. Он вроде бы тут уже был не раз, поэтому и предложил снимать на Рюгене. Уверен, он знает какое-нибудь отличное местечко.

Они так и сделали, и через двадцать минут, переодевшись и приняв душ, уже катили в направлении ресторана под названием «Питер Пэн», который порекомендовал им Фабиан, пообещав 14 видов вегетарианских и веганских гамбургеров. Кроме того, выяснилось, что a nice idea every day и съемочная группа приехали раньше на день, и уже тоже на Рюгене, распаковывают вещи, поэтому было решено совместить приятное с полезным и встретиться в том же ресторане уже сегодня вечером. Ребята даже успели по дороге заехать в супермаркет и забить багажник едой.

Вегетарианские гамбургеры в «Питере Пэне» были отличные, хотя Джордан отметил, что это никак не избавляет Ли от его святой обязанности готовить теперь свое фирменное блюдо по их первому требованию. Фабиан и Вивьен, составлявшие дуэт a nice idea every day, почти сразу вызвали симпатию у всей группы. Было забавно, что хотя они и занимались фэшн-съемкой, сами они выглядели вполне обычно, и хотя не были родственниками, были очень похожи друг на друга. Оба очень худые, с русыми волосами и темными карими глазами. Только у Вивьен были длинные волосы, и она носила огромные очки. Ребята вели себя расслабленно, и Оли снова испытал это приятное покалывающее ощущение, что вот сейчас они делают что-то большое и настоящее, что он подхватил ту самую, нужную нить, которая приведет его в правильное место, хотя о работе пока никто не говорил. Обсуждали Рюген, погоду, немецкий и британский менталитет. Когда с гамбургерами было покончено, и на столе появилось пиво, все заметно расслабились, и Фабиан первым решил начать обсуждение клипа.

- Мы с Вивьен послушали песню, и если честно, я просто в восторге о нового звука, - сказал он. - У вас появилось больше слоев что ли. Но... о чем эта песня?

- Оливер, прости его, - сказала Вивьен, пиная Фабина под столом ногой. - Он считает, что ему нужно глубоко понимать текст, чтобы сделать видео. Но я ему говорила, что ты, возможно не захочешь разговаривать об этом. Песня ведь о твоей умершей девушке? Хотя я читала, что...

Тут пришел черед Фабиана пнуть свою не в меру разговорчивую коллегу.

- Все нормально, - спокойно сказал Оли. - Песня не о ней. Точнее не совсем о ней. Ну разве что вы считаете, что депрессия — это женщина. Это ее я долго и не всегда успешно пытаюсь похоронить.

- Ого, чувак, а я думал, ты тогда пошутил, - удивился Мэтт.

- О боже, - ахнула Вивьен. - Как я сама не догадалась. Теперь все встало на места.

- Но она немного и об Элис тоже. Я слишком долго видел это в ее глазах.

Возникла неловкая пауза. Фабиан и Вивьен озадаченно переглянулись, но промолчали. Никто не ожидал от Оливера такой внезапной откровенности и не решался спрашивать о подробностях. Растерялся даже Мэтт. Они почти не обсуждали с Оли произошедшее — ни смерть Элис, ни так внезапно появившуюся из ниоткуда Максин, и он уже не понимал, что творится у их вокалиста на душе, и хочет ли он сейчас поговорить об этом или лучше как-нибудь свернуть разговор.

- Я, кстати, еще не доделал нашу финальную аранжировку, - подал голос Фиш, решив нарушить затянувшееся молчание. - Та, что с голосами ангелов.

- Голоса ангелов? - оживился Фабиан, уже, видимо, мысленно делая новые заметки для видео.

- Ты в Metal Gear Solid играл? - спросил его Оли, с благодарностью посмотрев на Джордана.

- Скажи мне, кто не играл, и я брошу в него камень, - улыбнулся Фабиан.

Игры всегда были безопасной территорией, куда можно было уйти от любых тяжелых или неприятных тем, и все с радостью этим воспользовались. Остаток вечера прошел оживленно, и все сошлись на том, что Джордан завтра же доделывает свою новую аранжировку и присылает Фабиану, а вечером они снова встречаются, чтобы обсудить сценарий. Ну а остальные тем временем могут наслаждаться прекрасным в своей безлюдности и заснеженности островом.

Обратно группа добиралась на такси, арендованную машину пришлось оставить на стоянке рядом с рестораном. Никто не был в состоянии не то что вести машину, но и просто пойти прямо. Но никто при этом даже и не собирался ложиться спать. По дороге Оливер стал требовать у Кина позвонить Фабиану и узнать, можно ли на острове разводить костры. Мэтт отбивался, но в итоге сдался и таки позвонил только для того, чтобы получить четкое немецкое «нет».

- Штраф, - зашипел Оливер. - Спроси у него, какой штраф!

- А какой штраф? - послушно повторил Мэтт. - Сколько? Пять или пятьдесят? Пять тысяч?

Он еще некоторое время внимательно слушал, а затем попрощался и выключил телефон.

- Значит, сегодня мы разводим костер, - удовлетворенно заявил Оли. - Просто это стоит пяти тысяч.

- И ждем полицию, да? - скептически поинтересовался Фиш.

- Нет, никакой полиции, - сказал Кин. - Фабиан сказал ,что там недалеко есть место, где вполне легально можно жечь костер.

- Может, это и легально, но без зефирок и пива как-то грустно, - задумчиво протянул Ли. - Мы же еду-то в машине оставили. Надо послать кого-то за машиной.

В итоге Ли же и поехал обратно на такси вызволять еду, а остальные занялись костром. Оказалось, что отведенное для костров место было всего-то в двухстах метрах от дома, о чем им сообщил торчащий из снега указатель. Так что саму площадку пришлось еще и откапывать. Затем туда же они притащили дрова и раскладные стулья с террасы. Но оно того стоило. Небо к вечеру расчистилось, и на нем появились звезды — яркие и близкие, какие бывают только в маленьких городках или на природе. Да и насладиться такой изолированностью им не удавалось уже давно.

На секунду у Оливера даже промелькнула мысль, что было бы неплохо, если бы Максин поехала вместе с ними, и он мог бы взять ее за руку, а затем пойти гулять по ночному замерзшему пляжу и смотреть на звезды, но он постарался избавиться от нее. Он еще не был готов так сильно влипнуть в отношения. Конечно, ему стоило огромных усилий оторваться от нее сегодня утром, но, возможно, это время как раз необходимо, чтобы обдумать то, что между ними происходит. Или он снова врет сам себе? Как в тот раз, когда он решил, что правильнее отпустить ее, а потом чуть с ума не сошел от одной мысли, что ее у него отняли. А потом еще раз от того, что кто-то посмел к ней прикоснуться. И эта одержимость не лечилась сексом, он просто хотел ее еще больше. Но это было, судя по всему взаимно. Сейчас, она, наверное, ложится спать. Или уже спит. Интересно, а она думает о нем на ночь? Или, может быть ласкает себя?

- Я скоро вернусь, - бросил Оли друзьям и пошел в дом. Ему срочно понадобилось выяснить, чем его наваждение занимается перед сном.

Но, позвонив, задать этот волнующий вопрос он не решился. Максин явно не думала ни о нем, ни о сексе вообще. В ее хорошенькой темноволосой головке были сплошные экзамены и математика. Но почему-то сейчас, когда ее хрупкое соблазнительное тело не маячило перед глазами и не вышибало из головы все мысли, ему было интересно слушать, как она рассказывает про свой мир, с которым он еще никогда раньше не сталкивался так близко.

Они проговорили около часа, и за это время в комнату к Оли успели наведаться Ли, помахивая шампуром с нанизанными на него зефирками, а потом и Мэтт, отчаянно жестикулирующий и показывающий в сторону окна, чтобы Оли выглянул и посмотрел на кострище, который они развели. Нужно было идти к ним. Результатом разговора стало трофейное селфи девушки, от которого ему стало только хуже. Волосы девушки разметались по подушке, и на ней была эта чертова пижамка, которая так откровенно облегала грудь и под которую так удобно было запустить ладони, чтобы потрогать ее всю. Голубые глаза смотрели в камеру дерзко и с вызовом, и она нагло показывала ему язык. Он ответил ей тем же, думая только о том, что сам сделает с ней языком, как только доберется. Вслух ничего сказано не было, но он понял, что все же влип. Трахать ее — это одно, а звонить перед сном — совсем, совсем другое. Он очень серьезно влип. Ему нужен был не только секс, ему нужна была вся она. И ему это не нравилось.

Когда Оливер вернулся к друзьям, костер уже горел вовсю, и уже не одна банка пива была опустошена.

- Как-то ты нескоро вернулся, - недовольно проворчал Джордан.

- Уж как смог - отмахнулся Оли.

- Да девушке он своей звонил, - буркнул Никколз, вытаскивая из ящика еще одну бутылку пива. - Когда я зашел, он как раз спрашивал у нее, что такое бозон Хиггса.

- Она не моя девушка! - тут же ощетинился Оли.

- А кто? - усмехнулся Мэтт. - Вы живете вместе, вы спите вместе, ты отвозишь ее на экзамены, ты звонишь ей...

- Иди нахер, Мэтт, - оборвал его Оли.

- Как скажешь, - примирительно поднял руки Мэтт. - Но со стороны все выглядит именно так.

- Пойду-ка я, пожалуй, спать, - вдруг сказал Фиш. - Мне завтра еще аранжировку доделывать, надо успеть проспаться.

- И я, пожалуй, тоже погребу уже в кровать, - сказал Ли, складывая свой стул. - Очень долгий день.

- Да, надо расходиться, - кивнул Кин.

- Мэтт, может, посидим еще немного, - обратился Оли к Никколзу.

- Если честно, то я ждал, что ты предложишь, - ответил Мэтт.

Они подождали, пока Кин, Ли и Джордан соберут свои стулья и бутылки из-под пива и отнесут их в дом. Наконец, они остались одни у догорающего костра.

- Ну, - начал Мэтт. - И что тебя так тревожит, что ты решил, наконец, снизойти до своего забытого лучшего друга?

- Эй, я никого не забывал, - фыркнул Оли. - Просто был немного занят.

- Ах, так это теперь называется, - улыбнулся Мэтт, но уже без сарказма. - Выкладывай. Что с тобой происходит?

- Элис, - коротко ответил Оливер.

- Дай-ка подумать, - сказал Мэтт. - Тебе плохо от того, что ты влюбился в кого-то сразу после ее смерти? Или от того, что Максин так на нее похожа?

- Я не влюбился, - жестко ответил Оли.

- А в чем тогда проблема? Если речь просто о сексе, то можно сказать, что ты просто снял стресс, разве не так? - вкрадчиво сказал Мэтт. - Ты же так делал уже несколько раз, когда сидел на кетамине.

- Да всего два раза на самом деле, и то под наркотой, а потом мне хотелось убить себя за то, что изменяю. А с ней... Я не влюбился. Но у нас... вроде как отношения, - наконец, произнес мужчина. - И это неправильно. Прошло слишком мало времени после ее смерти.

- Физической — да, но ведь она полгода уже не выходила из комы, я не считаю это изменой, - хладнокровно сказал Никколз.

- Знаю, но я все равно считал, что мы все еще вместе, до тех пор, пока... ты понимаешь, - и Оли замолчал.

Мэтт тоже задумался.

- Я не знаю, правильно ли я поступаю, рассказывая это здесь и сейчас, но когда-то я должен был это сделать, - начал Мэтт. - Черт, я даже не знаю, как тебе сказать и стоит ли вообще. Я просто надеюсь, что после этого ты перестанешь так мучиться чувством вины.

- О чем ты? - непонимающе спросил Оли.

- В общем, еще до того, как все произошло... Когда вы только приехали в Мюнхен... Черт, я правда не знаю как сказать... - Мэтт помолчал, а потом выпалил на одном дыхании. - Короче Элис не такая невинная, как тебе казалось. Я ее застукал однажды прямо на студии с нашим звукачом, помнишь Ричарда, такого качка? Она клялась, что это один раз, что это случайность, что ее интересовало его тело, что она все равно любит тебя. Но сейчас я просто уверен, что это был не один раз...

- Я не верю, - Оливер не мог поверить своим ушам.

- Это правда, - тихо сказал Мэтт.

Дыхание перехватило, его как будто с размаху ударили в солнечное сплетение, и стало тяжело дышать. Мир перевернулся для него с ног на голову. Отношения, в которые он столько вложил, оказались фарсом. В то время как для него Элис была единственной, и он максимум позволял себе легкий флирт, она вообще ни во что его не ставила. Ей просто понравилось чужое тело, и это достаточный повод? Боль от осознания такого предательства была почти физической. Все, что днем казалось таким ярким и красивым, стало серым. Его как цунами накрыло волной боли и депрессии. Снова в старую знакомую колею, откуда он, казалось бы, только что выбрался. Оли встал и яростно отшвырнул стул в сторону. Ему хотелось крушить все вокруг. Тот фундамент, на который он опирался, грубо выбили из под ног. Кому вообще можно доверять, если каждый, кого ты называешь близким, в итоге предает. Теперь ничего не осталось, кроме жгучей ненависти. К Элис. И злости. На Мэтта.

- Ты должен был сказать мне. Тогда! А не сейчас, - он был в ярости.

- Оли, стой, - Мэтт вскочил, положив руку на плечо Оли, но тот резко сбросил ее. - Я правда думал, что так будет лучше.

- Лучше? Для кого? Уйди, Мэтт, иначе я за себя не отвечаю, - зло ответил Оли, и его глаза опасно сверкали гневом. В таком состоянии его действительно лучше было не трогать. Он развернулся и быстро зашагал в противоположную от дома сторону, в непроглядную темноту снежной ночи.