тревожная молодость. || Турбо.

Я стоял под дверьми музыкальной школы, где Айгуль играла на скрипке. Я ждал её в очередной раз, чтобы пойти с ней домой. 6 дней до нового года. На улице 26-е декабря, мои руки, лицо, ноги замёрзли, но я знал что когда выйдет Айгуль, то мне станет теплее. С ней всегда было теплее.

Когда она вышла, я сразу же улыбнулся ей и выхватил из рук скрипку, чтобы ей было не так тяжело, она наверняка устала после такого насыщенного дня. Она поблагодарила, мягко улыбнувшись мне в ответ. Почему-то внутри было такое тревожное чувство, или может быть это просто волнение? Я не знал, да и не хотел знать, я просто планировал наконец-то сегодня сдержать своё слово пацана, которое давал ей.

†

Подойдя к её подъезду, я отдал ей её скрипку обратно. Я видел, что она мне хочет что-то сказать, поэтому решил начать уходить, попрощавшись и остановился ровно через пару секунд, когда услышал её предложение.

Ай: Может ко мне зайдёшь на чай? У меня дома никого нету.

Кажется, именно в тот момент я впервые почувствовал как вспыхивают огнём мои карие глаза. Кровь по венам начала нагонять адреналина, сердце бешено стучало, пытаясь успеть переливать кровь. Я сделал вдох выдох, чтобы казаться спокойным и повернулся лицом к Айгуль, отвечая.

-Конечно, давай.

†

Каково было моё разочарование, когда она действительно сделала нам чай и мы сели смотреть какую-то киношку. Я хотел прямо сейчас поцеловать её, но не было гарантии что она тоже этого хочет, а я не хотел напугать её или.. прочее. На нас с ней будто бы упало просветление, когда в фильме показали сцену с поцелуем, и тогда мы впервые за всё время у неё дома встретились взглядами. Какая же она красивая, блять. Я не знаю, как сделать первый шаг и поэтому, просто кидаю взгляд на её губы и начинаю медленно приближаться. Она меня не отталкивает, и я подумал что это странно.. она разве не будет против? Правда? Чтобы знать наверняка, я тихо спросил ей уже почти в губы, заглядывая в глаза на тот момент, в последний раз, прежде чем поцеловать.

-Можно тебя поцеловать, Айгуль?

Ай:Можно.-ласково сказала она и мои губы накрыли её, связывая нас воедино. Сейчас во мне играло два счастья подряд, первое это то, что я наконец-то поцеловал её, а второе, что дав слово пацана - я его выполнил.

†

У Вовы с Наташей было всё куда более серьёзнее, чем просто подростковая влюбленность и лёгкие поцелуи. Он попросил лично вахтёршу, которая следит за тем, кто ходит в мед общагу, чтобы к Наталье из 388 никого не заселяли. Он часто ходил к ней, иногда лез ей прямо в окно, учитывая что она живёт на втором этаже. Наташа уже подрабатывала в больнице мед сестрой, поэтому Вова и туда ходил, носил ей обеды, сладкое, фрукты. Боялся, что она очень устает и чтобы она там не голодала. Он следил за её здоровьем, у неё вообще слабый иммунитет, особенно на зиму она часто болела. Они официально встречались, об этом знали все в Универсаме и помимо него тоже. Все болтали что Адидас и Наталья очень красиво и гармонично смотрятся вместе, как инь и янь. Они сильно друг друга дополняли. Но что Адидас, что Наталья, рассказывали своим друзьям о том, что их тревожит. Адидас пацанам твердил что волнуется, что вдруг что не случилось с Наташей из-за того, что она с ним, а Наташа наоборот за Вову переживала, лишь бы тот жив был..
Но всё же, не смотря на это они всё равно были вместе, не собираясь друг друга оставлять. Их феромоны любви чувствовались в воздухе повсюду, так говорили многие, особенно универсамовские, когда те чуть ли не занимались любовью прямо при них, но вовремя осознавали где и с кем они находятся, а наедине у них происходило уже самое интересное.. Чаще всего это происходило в общаге, на постели, возле стола, окна, стены.. Они наслаждались друг другом сполна, чувствуя как переходят каждый раз на новый уровень удовольствия, когда они вместе.

†

Зима начала менять меня маленькими шагами, пока я находилась в том окружении, которое раньше ненавидела. Я ненавидела многое в Турбо, но всё равно любила его, поэтому старалась принимать то, что он часто дерётся и пропадает в разъездах с Вовой, когда ему нужна была помощь. Недавно они ходили выбивать деньги у чушпанов, чтобы потом купить много еды и водки к Новому году, который мы планировали праздновать все в месте, одной семьёй. Они старались вести себя со мной очень осторожно и вежливо, без лишних грубых слов и странного, пацанского поведения, без которого им тяжело обходиться по жизни, особенно с девушками. С Валерой у нас всё было хорошо, хотя я ещё привыкала к такой жизни. Честно, иногда я ему говорила чтобы он научил меня плохому, но тот лишь смеялся и сказал такие слова, которые запомнились мне.

В:Обладать мягким сердцем в этом мире, это смелость, а не слабость, ласточка. Помни об этом.

Иногда он толкал такие мудрые речи и я понимала, почему полюбила его, и начинаю любить его ещё сильнее. Ему не было нужно, чтобы я становилась плохой или похожей на него, это он стремился измениться. Не отрицаю, я хотела бы, чтобы тот перестал заниматься такими опасными для его жизни делами, но я понимала что это часть его жизни и он не сможет просто так отказаться от всего только ради меня. Так что, я не изверг и.. я видела хорошее во всём плохом. Только ради него.

Я была рядом с ним и чувствовала себя мышью.

«Мышь знала что сыр лежит в мышеловке, но она так сильно его любила, что могла за него даже умереть.»

Мы часто зависали с Валерой на их базе, когда у него было на меня время, потом могли гулять целыми днями, кидались снежками и лепили снеговика. Как-то он даже пошутил, когда мы его лепили. Он взял морковь в руки, которая была с мою ладонь и прикрепил его на снеговика, будто это его нос.

В:У меня больше.

Я повернула на него голову и с недопонимающим взглядом, вопросительно подняла одну бровь. Он лишь кивнул головой на морковь, а после на свои штаны. Тогда я просто развернулись и ушла от него, а он бежал за мной, смеясь что правду не скрыть. Иногда он вёл себя так по-детски, но я ни разу не говорила что мне это не нравится. Наблюдая за ним всю неделю я поняла, что со мной он совсем другой, не такой, как с пацанами. Я действительно была у него особенная.

†

Наступило 30-е число всё того же декабря. На базе было много шума, потому что каждый что-то да и делал, чтобы украсить как-то всё к Новому году. Зима вырезал снежинки из бумаги, Андрей с Маратом переносили стол и стулья, Вова настраивал гитару и раздавал поручения, Айгуль с Наташей помогали мне с едой, а Турбо с остальными ребятами украшали ёлку, и ещё кто-то вешал гирлянду. У нас с девочками всё хорошо. Я как-то поговорила с ними, рассказала о том, как я себя в последнее время чувствовала и не понимала, как правильнее поступить. Они всё поняли и мы снова стали ближе. Я и не сомневалась, что меня поймут, они ведь мои девочки.

Я просто выбрала тратить время не на то, чтобы думать, а на то, чтобы жить.