Глава XXIV ( Ева )
Ночь окутала улицы, сверкая уединением. В этом безмолвии лишь дождь шептал о своем присутствии, нежно ударяясь о тротуары и бордюры. Мокрый асфальт, как зеркало, отражал свет, не позволяя ему углубиться. Капли, падая с небес, словно хрустальные слезы, разбивались о лужи, на мгновение создавая легкие сияющие круги. Ветер, пробираясь сквозь листву деревьев, шептал, словно перебирая влажные листья. Воздух пронизан был ароматом сырого асфальта и земли, создавая некую меланхоличную, но в то же время умиротворяющую атмосферу, когда ночной дождь смывал дневную суету, оставляя лишь тихую печаль.
Капли дождя тяжёлыми удары по щекам, холодными, словно пощёчины, разрывали пространство. Ветер рвал на мне одежду, но холод не трогал. Я мчалась, не разбирая дороги, лишь в одном порыве — от удушающего чувства, сжимающего грудь. Мокрые волосы липли к лицу, мешая видеть, но я не останавливалась. Адреналин, гоняющий меня вперед, наполнял странной силой.
Я остановилась у остановки, желая позвонить, но телефон оказался разряжен. Забыв зарядить его в квартире, произнесла вслух:
«И что теперь делать?»
— 181 —
Я была пропитана дождем до последней капли. На мне лишь черный спортивный комбинезон, а белые кроссовки уже потемнели от влаги. На остановке, в холодной тишине ночи, как будто попавшая в ловушку безумия, стояла я в три часа ночи. Сердце и душа разрывались от этого; желание утопить свои мысли в алкоголе наполняло меня. Вокруг не было ни одной машины, и мне страстно хотелось добраться до работы — единственного места, где стоило согреться.
Черт, до работы три с половиной километра, и идти целый час.
Может, как-нибудь можно сократить путь?
Но с такой темнотой и дождем, не дай бог, натолкнуться на кого-то. Нет, лучше я останусь здесь! По крайней мере, здесь горят фонари, а через дворы, похоже, их выключают на всю ночь.
Вдруг заметила, как ко мне подъезжает знакомая машина. Твою мать, только не это! — прокричала я в мыслях, и волна паники охватила меня…
Из белоснежной машины вышел молодой человек в чёрной одежде, пустыми руками обращенный в мою сторону. Он медленно шагал ко мне, и от страха у меня задрожали ноги. Не зная, что предпринимать, я ощутила, как он приблизился, схватил меня за волосы и потянул к своей машине. Я закричала:
— Отпусти меня! Мне больно! — сквозь слёзы просила я.
— Ещё раз убежишь — убью! — гремел он, предупреждая мою попытку сопротивления. — Быстро садись в машину! — резко приказал Марк, держа дверь открытой.
— Я никуда с тобой не поеду, — заявила я с решимостью. — Ты ужасный человек, мне надоело терпеть твою ложь и унижения. Я не дура. Я устала от твоих обманов, рукоприкладства и манипуляций. Я больше не могу жить с тобой.
Парень схватил меня за лицо и произнёс:
— Если ты думаешь, что я ничего не понимаю, ты глубоко ошибаешься. Ты любишь Нейта, который променял тебя на другую.
— Прекрати, пожалуйста! — с истерикой попросила я.
Но он лишь продолжал:
— И сейчас ты сделаешь то, от чего отмазывалась.
Он прижал меня к машине, начал расстёгивать комбинезон.
— Остановись, пожалуйста, — тихо пробормотала я.
Краткий момент испуга заставил меня повернуться: за спиной Марка приближался мрачный силуэт.
Наконец, я сфокусировала его лицо.
Нейтан…
Что он здесь делает?
— Я неясно сказал? Отойди от неё, мудак! — зарычал он и, замахнувшись, ударил Марка по лицу.
Тот рухнул, а я быстро отскочила и застегнула комбинезон.
— 182 —
— Ещё раз увижу тебя рядом с ней — разукрашу твоё табло, придурок.
— Ты вообще кто такой? — задает Марк вопрос. — А, я понял.
— Я друг, а ты мудак, — нагло отвечает Нейтан.
Я чувствую, как от них исходит ярость, и не дай бог, они накинутся друг на друга, как собаки за косточку.
— Ты вообще охренел! — восклицает парень, направляя гнев на Нейта. — А ты когда успела найти себе друга? Этого козла. — Он поворачивается ко мне и продолжает:
— Я же запретил тебе со всеми общаться.
Сблизившись, он наносит мне жесткую пощёчину, от которой у меня навернулись слёзы, а щеку пронзила острая боль.
— Ты просто конченная тварь! Больше не подходи ко мне, — вырывается у меня.
Внутри меня бушует адреналин. Я бегу, не слыша ничего, лишь удаляясь от их криков. Бегу, не желая видеть ни одного из них. Убежать от всех. Скрыться в объятиях одиночества…
Мои ноги сами несут меня по не знакомым улочкам, но весь мир вокруг словно расплывчатая картина. Я не могу вспомнить, как оказалась здесь, но каждый шаг отдаляет меня от их лиц, от их злости. Внутри все колотится и стучит, словно в ритме панк-рока. Я бегу, не останавливаясь, и за мной не остаётся ни одной мысли, кроме желания забыть.
Впереди открывается парк, где деревья подняли свои ветви, как будто пытаясь обнять небо. Я обрушиваюсь на скамейку, позволяя слезам свободно катиться по моим щекам, словно ураган, выбросивший все мои страхи наружу. Но за этой бурей вновь пробивается мыслишка:
«Почему именно я?»
Вдруг замечаю, как небо стало темнеть. Словно оно разделяет моё внутреннее состояние — бурю и безмолвие. В этот момент ощущаю, как одиночество обвивает меня своими холодными руками, но внутри отзывается что-то другое. Это не просто грусть — это надежда на новый день, свободный от их оков. Может быть, завтра будет лучше.