Глава XXll ( Ева/Автор )
«Страх — это боль, возникающая из-за предвкушения зла» (Аристотель).
«Мы чаще испытываем страх, чем боль; и мы больше страдаем от воображения, чем от реальности» (Сенека).
«Когда больно, главное улыбаться и никогда не сдаваться» (Усейн Болт).
«Если боль должна прийти, пусть она придёт быстро. Потому что мне предстоит прожить жизнь, и я должен прожить её наилучшим образом» (Пауло Коэльо).
«Время не лечит эмоциональную боль, вам нужно научиться отпускать её» (Рой Т. Беннетт).
А я не могу отпустить её (боль) в душе, и она продолжает душить меня.
Сижу в ванной, плачу каждый день, но ненависть и страдание остаются во мне. Уже год не могу жить нормально. Гребённый год. Произошло многое. Ладно, давайте по порядку.
Я решила расстаться с Нейтом из-за его предательства. Потом начала встречаться с Марком. Марк был хорошим человеком, долго дарил мне подарки и вкусняшки. Через пару месяцев я съехала к нему и продала свою квартиру. В первое время всё было замечательно, но затем… всё пошло не так...
Он сошёл с ума, сказал уволится мне с работы и не выходить на улицу, что должна сидеть дома. Я попыталась возразить, но получила несколько ударов. Так и начались абьюзивные отношения. Он стал психом, абьюзером. Когда он хотел меня ударить, я пряталась в ванной.
Причины были разные: угрозы, моё несогласие, даже секс (мы с ним никогда не тр**ались, и я — девственница). Я не могла ничего сказать, потому что страх сковывал. Однажды он схватил нож, и я, дрожа, закрылась в ванной. Слава Богу, замок был внутри, и никто не смог войти.
Он часто покидал квартиру, либо к любовницы, о которой я знала, либо на работу.
Каждый раз вспоминаю светлые моменты с Нейтом и немного легче. Думаю, что он рядом.
— 166 —
Каждый раз, когда он уходил, я чувствовала, как падаю в ледяную пропасть страхов и боли. Я часто сидела в ванной, обнимая колени, и пыталась понять, как всё это произошло. У меня были мечты, надежды на счастье, а теперь вместо этого только тьма и отчаяние.
Я мечтала о том, чтобы Нейт вернулся, чтобы его тепло снова окружало меня. Хотя я знала, что он не идеален, но он был моим первым настоящим чувством, с ним было легче дышать.
Я пыталась найти в себе силы уйти от Марка, избавиться от его контроля. Но страх, этот зловещий спутник, не оставлял меня в покое. Я думала, что всё могу сделать, лишь бы избежать его гнева. Каждое его слово отзывалось эхом в моем сознании, как заклинание:
«Ты не сможешь жить без меня».
И вновь становилось невыносимо больно.
Крупинками надежды я собирала свою самооценку, мечтая о том, что однажды стены этой ванной останутся позади. Я знала, что должна научиться отпускать боль, но каждый раз, когда я пыталась, её железные щупальца вновь сжимали мою душу. Тишина была моим единственным другом, но и она напоминала о том, что прошло.
Смотрела в зеркало и едва узнавала себя. Худощавое лицо, круги под глазами — отражение внутреннего хаоса. Каждый день проходил в борьбе с собственными мыслями. Я знала, что нужно что-то менять, но страх, этот ненавистный червь, продолжал кусать меня. С каждой попыткой поднять голову и сделать шаг навстречу свободе он еще крепче обвивал меня своими холодными хватками.
Но завтра, когда Марк снова уйдёт, я решусь вырваться на улицу. Я глубоко вдохну свежий воздух, который так давно не чувствовала, и позволю себе стать свободной даже на мгновение.
— 167 —
Параноидальные страхи будет пытаться удержать меня под контролем, но что-то внутри шепчется:
«У тебя есть право на счастье.»
Окунёмся в прошлое
Ева сидела за столом, листая страницы увлекательной книги, но слова сливались в размытую массу. За окном осень рисовала серые пейзажи, а холодный дождь стучал в стекло, будто пытался напомнить ей о том, что в её жизни нет места радости. Мама снова задерживалась на работе, и Ева почувствовала, как в груди рождается привычное горькое чувство одиночества.
Она искала в книге убежище, уходя в мир, наполненный приключениями и дружбой, которых ей так не доставало.
Каждый вечер, возвращаясь домой, она ставила чайник и накрывала на стол, надеясь, что сегодня мама наконец-то остановится и спросит: «Как дела, дорогая?» Но звуки ключа в замке лишь приносили ей разочарование.
Однажды, когда она заметила, как сильно её руки трясутся, Ева поняла, что эта пустота в душе значительно глубже, чем она думала. Хотелось крикнуть, завыть, как ветер, но вместо этого она наполняла тишину своим молчанием.
«Почему я одна?» — думала она, разбирая свои чувства.
Ева знала, что это не просто личные страдания, а незажившая рана, вызвання отсутствием любви. В этот момент она почувствовала, что ей нужно что-то радикально изменить в своей жизни.
— 168 —
В тринадцать – шестнадцать лет Ева часто проводила время перед зеркалом, мечтая о том, как однажды её жизнь станет похожа на те романтические истории, которые она читала.
Она представляла, как тот загадочный парень с блестящими глазами обнимает её, и в этот момент сердце наполняется счастьем, а мир вокруг теряет свои серые оттенки. Улыбка не сходила с её лица, пока реальность снова не напоминала о себе, и слёзы, как дождь за окном, катились по её щекам.
В школе Ева чувствовала себя как будто за стеклом. Смеющиеся подруги обсуждали вещи, о которых ей было больно слышать — свидания, заветные тайны, первую любовь.
Она сидела в углу, держа в руках книгу, но ни одна история не могла заполнить ту бездну одиночества, которая разрывала её изнутри. Девочка мечтала о дружбе, о крепких отношениях, как в романах, но реальность её даже не замечала.
Каждую ночь она ложилась спать с сердцем, полным надежд на завтрашний день.
— Может, хоть кто-то увидит меня? — шептала она, зажимая в руках подушку, словно это могла быть настоящая любовь. Но в ответ только тишина, она хотела, чтобы кто-то прикоснулся к ней, разделил её мир, но, увы, лишь её сны оставались верными друзьями.
Ева решилась изменить свою жизнь и подошла к подружкам, надеясь на дружескую поддержку. Она старалась улыбаться, говорить о том, что их объединяет, но в ответ слышала лишь шёпот и смех за спиной. Не дождавшись их реакции, она медленно отступила, ощущая, как внутри неё все сжимается от боли и унижения.
«Почему я не как все?» — думала она, вновь вернувшись к своей книге, где главные героини всегда находили способ преодолеть трудности.
Дома, укрывшись в своей комнате, она снова расспрашивала себя о собственном предназначении. Слезы текли по её щекам, словно река, заливая книги, которые она бережно хранила. Каждая страничка теперь напоминала о том, чего у неё никогда не было: настоящей дружбы, поддержки, которой не смогла дать мама, поглощённая работой.
— 169 —
В классе Ева старательно прятала свою грусть за маской безразличия, но каждую перемену она чувствовала, как в груди сжимается комок. Друзья смеялись и улыбались, а она оставалась в тени, каждый раз с болью осознавая, что мир, который она так хотела увидеть, был недосягаем. Её сердце наполнялось тишиной, и от этого становилось ещё тяжелее.