Признание очевидного
На Родине Стасси не стало лучше. Девушка корила себя за то, что бросила Марка, за то, что не посетила уже приходящего в себя Зейна, что не объяснилась с ним вживую, что фактически послала Лиама, к которому относилась с большой теплотой... Дура она. Эмоциональная, импульсивная дура. Но в тот момент переезд казался единственным верным выходом из сложившейся ситуации. Немедленный отъезд. Н-да...
Конечно, Настя всю себя извела, но ее самобичевание немного скрашивала сестра, которая каким-то магическим образом нашла ее в родном городе всего за неделю.
Маша активно пыталась растормошить сестру, выводя ее «в люди» каждую пятницу, показывая самые популярные места, где проводились масштабные вечеринки и дискотеки. Машуня совершенно не обращала внимания на протесты Стасси, так что Насте пришлось смириться с этими «выходами в свет».
Однажды Стасси сорвалась. Поддавшись ежесекундному порыву, она кинулась к компьютеру и набрала заветные два слова: «Зейн Малик». Прочитав несколько статей о том, что парень уже больше недели как вышел из комы, и его самочувствие более чем хорошее, девушка немного успокоилась. Потом она, конечно, ужаснулась тому, что натворила, позакрывала все странички, удалила историю запросов в поисковике, отругала себя и позвала сестру, чтобы погулять. Но это маленький инцидент еще не раз дал о себе знать.
Это как наркотик. Если тебе уже дали попробовать, очень сложно остановить подобные порывы, ведь хочется еще дозы... И еще. И еще...
В общем, всего через несколько дней после того памятного случая Настя снова полезла в интернет, заключив сделку со своей совестью. Она просмотрела все последние новости о парнях. Потом снова испугалась и убрала ноутбук подальше.
Но через пару дней все повторилось. Стасси нашла видео, где ребята давали интервью в больнице.
- Нам всем было так плохо без Зейна, мы все так переживали, - говорил Найл, обеспокоенно смотря в камеру.
- Сейчас команда снова в сборе, - улыбнулся Луи, держа руки за спиной. — Все налаживается, ведь так?
- Мы все очень испугались тогда, - это уже Гарри стоял на фоне до боли знакомого Медицинского Центра. — Мы были на фестивале... В парке...
- У меня зазвонил телефон, - продолжал уже Луи, стоя в коридоре больницы.
- Мы не сразу осознали, что случилось, - Найл горько покачал головой.
- Луи тогда подошел к нам и... - Это был уже Лиам. Он стоял на фоне... на фоне палаты, где лежал Зейн.
- Кажется, я тогда еще не понял, что случилось, - Томлинсон скрестил руки на груди.
- Луи долго не мог нам объяснить, что же произошло, - Гарри кутался в пальто, закрываясь от ветра.
- А потом мы сразу поехали в больницу, - кивнул Найл.
- Мы очень рады, что теперь все в порядке, - снова улыбнулся Луи.
- Хорошо, что все обошлось, - Пейн оглянулся на палату Зейна.
- Мы были жутко взволнованы, когда Зейн пришел в себя, ну, знаете, есть много историй, когда человек теряет память или еще что-нибудь, выходя из комы, - Стайлз тряхнул головой, убирая с лица кудряшки.
- Без Зейна нам всем было не по себе, теперь же все встало на свои места, - Хоран несколько раз кивнул.
Стасси захлопнула ноутбук. Не нужно было ей этого видеть. Не стоило.
Видео пробудило не очень желательные воспоминания... И это было плохо. Хоть бы она плакать не начала...
Томлинсон поманил рукой Настю. Та немного замешкалась, собираясь с силами. И шагнула через порог.
Все внимание девушки вмиг поглотила кровать. Белая кровать на колесиках. Белые простыни, белое одеяло. На белой подушке покоилась голова Зейна. Голова его была перевязана, на лице видны ссадины. Глаза закрыты. Выражение лица у него было более чем умиротворенное, будто он спал. Просто спал. Одна его рука лежала поверх одеяла. В локте рука была перевязана, на кисть наложен гипс.
Кажется, блондин, сидящий около кровати, вскочил при входе Стасси. Но она этого не видела. Она видела только белую кровать. Найл что-то говорил, но девушка не замечала этого. На ватных ногах она подошла к белоснежной кровати. Взгляд ее был прикован к лицу Зейна. Дрожащей рукой девушка дотронулась до кисти Малика...
Ну вот, слезы все-таки вырвались наружу...
Через несколько дней девушка еще раз предприняла очередную «вылазку». На этот раз Стасси решила послушать голос самого Зейна. Таким образом, Настя начала слушать песни «OneDirection». Когда были строчки Малика, девушка закрывала глаза и входила в транс, подобный тому, что происходил с ней раньше при взгляде в его глаза. Но сейчас глаз не было. Но был его голос. Эти ноты. Это звучание.
Конечно, она каждый раз ругала себя за все это. Но, раз за разом, девушка вновь тянулась к «мышке» и прослушивала все песни, что слышала вживую.
Нет, она точно мазохистка! Сколько же слез и боли причиняли воспоминания, которые накрывали Настю после прослушивания этих песен...
Но Стасси подсела на это. И вот она уже каждый день слушает их музыку на полную громкость. Слушает, плачет, снова плачет, рыдает и опять слушает...
Однажды Маша предложила сестре познакомить ее с парнем «ее мечты».
- Вы просто созданы друг для друга! — восклицала Машуня. — Послушай, я давно его знаю, он отличный парень! С прошлой девушкой они разошлись прямо-таки на позитиве, наверное, она поняла, что недостойна его. Но ты, моя сестренка...
- Маш, - прервала сестру Стасси.
- Нет, правда! Он такой хороший! Он заботливый, сопереживающий, понимающий, любящий...
- Маш...
- Нет, ты послушай! Он обожает читать, любит ходить в кино на всякие комедии и романтику, он очень креативный, с ним не соскучаешься! Ты имеешь что-нибудь против шатенов?
- Маш, прошу...
- Значит, нет?
- Маш, хватит!
- Ладно, но ты только скажи, он пока свободен. Хотя, ты знаешь, есть у меня еще кое-кто на примете...
- Маш!!!
Настя улыбнулась, вспоминая эту беседу... Да, ну у нее и сестра! Ну, прямо сваха какая-то.
Девушка сидела на диване в небольшой комнатке, которую и снимала последние несколько недель.
Стасси лениво щелкнула пультом. По телику нету ничего интересного.
Девушка стала переключать каналы.
- Добрый вечер, и сегодня с нами...
- Как ты мог, Юра?! Я же верила тебе!..
- Иванов берет и эту дистанцию! Смотрите, как он...
- Кладем овощи в кастрюлю...
- Дорогая, мы же уже обсуждали это!
- Обвиняемый признается виновным в сокрытии...
- Вы должны мне поверить!
- А теперь мы услышим исполнение всемирно известной группы «OneDirection»...
- Как сообщают наши корреспонденты...
Стоп. Минуточку.
Стасси еще раз щелкнула пультом, на этот раз, листая в обратном направлении.
На экране появилась огромная сцена, вокруг которой собралась толпа народу. Зазвучала музыка.
На сцену вышел Лиам Пейн. Он остановился в шаге от края и запел, приложив руку к сердцу:
Girl I see it in your eyes you're disappointed
'Cause I'm the foolish one that you anointed with your heart
I tore it apart
And girl what a mess I made upon your innocence
And no woman in the world deserves this
But here I am asking you for one more chance
На сцене появился Гарри Стайлз. Проведя ладонью по волосам, он тоже вступил:
Can we fall, one more time?
Stop the tape and rewind
Oh and if you walk away I know I'll fade
'Causethereisnobodyelse
Тут на сцену вышли Найл Хоран, Луи Томлинсон и... Зейн Малик. Почему-то последнего показали крупным планом, наверное, потому что он недавно лежал в больнице на гране между жизнью и смертью. И все-таки его показали слишком близко.
Стасси не была к этому готова. Слезы брызнули из глаз.
It'sgottabeyou
Only you
It's gotta be you
Only you
Дальше пел снова Лиам, но камера задержалась на его грустном лице ненадолго. На экране опять показывали крупным планом Зейна, который печально смотрел в камеру. Его глаза буквально загипнотизировали Стасси. Прямо как в тот раз, когда он впервые снял очки. Тогда, в парке... Сколько же чувств было в этом взгляде!
Now girl I hear it in your voice
And how it trembles
When you speak to me I don't resemble, who I was
You've almost had enough
And your actions speak louder than words
And you're about to break from all you've heard
Don't be scared, I ain't going no where
И тут он начал петь. Дыхание у Насти перехватило, девушка замерла на диване.
I'll be here, by your side
No more fears, no more crying
But if you walk away
I know I'll fade
Cause there is nobody else
Ивновьпеливсе. Теперь показывали каждого по очереди. Гарри в своем репертуаре, Найл поет с чувством, Луи высматривает кого-то в толпе, Лиам крепко сжимает микрофон, его взгляд устремлен в пустоту, Зейн... Зейн...
It's gotta be you
Only you
It's gotta be you
Onlyyou
Малика вновь взяли крупным планом. В глазах парня было столько скорби, печали и грусти, вины и боли, что Стасси еле поборола желание выключить телевизор или, наоборот, прижаться к экрану вплотную.
Oh girl, can we try one more, one more time?
One more, one more, can we try?
One more, one more time
I'll make it better
One more, one more, can we try?
One more, one more,
Can we try one more time to make it all better?
Дальше пели снова все, но камера все еще сосредотачивалась на Зейне. Наегоглазах, полныхотчаяния...
Cos its gotta be you
Its gotta be you
Only you
Only you
It's gotta be you
Only you
It's gotta be you
Onlyyou
(Перевод песни:
Девочка, я вижу по твоим глазам — ты разочарована,
Потому что я — тот дурак, которому ты доверила своё сердце,
А я разорвал его на части.
И, девочка, как же я надругался над твоей наивностью -
Не одна женщина в мире не заслуживает подобного,
И я прошу тебя дать мне ещё один шанс.
Можем ли мы вновь окунуться в эти чувства,
Остановить запись и перемотать назад?
Оу, и если ты уйдёшь — я угасну,
Ведь кроме тебя для меня никого нет.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
И сейчас, девочка, я понимаю это по твоему голосу,
По тому, как он дрожит.
Когда ты со мной, я не похож сам на себя,
У тебя есть практически всё, что нужно.
Твои действия куда показательнее слов,
Ты уже на грани от услышанного -
Но не бойся, я никуда не уйду.
Я буду здесь, рядом с тобой:
И никакого больше страха, никаких слёз.
Но если ты уйдёшь —
Я угасну,
Ведь кроме тебя для меня никого нет.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
Оу, девочка, можем ли мы попытаться вновь, ещё раз?
Снова, один лишь раз, может попробуем?
Ещё раз, один лишь раз -
Явсёисправлю.
Снова, один лишь раз, может попробуем?
Ещё раз, один лишь раз,
Можем ли мы ещё раз попытаться всё исправить?
Ведь это должна быть ты,
Только лишь ты.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
Это должна быть ты,
Только лишь ты.
Это должна быть ты)
В голове Стасси проносились мимолетные мысли:
«Какая я дура...»
«Почему я уехала?»
«Нужно немедленно вернуться»
«Найти его»
«Извиниться»
«Почему я это сделала?»
«До Лондона лететь часа четыре»
«Плюс дорога от аэропорта»
«И билет надо будет купить»
«Заплачу любую сумму»
«Моя виза еще не закончилась»
«Не буду брать ничего с собой, чтоб быстрее...»
Девушка потянулась за пультом. Как раз прозвучали последние нотки мелодии, камера снова приблизилась к ребятам, показывая каждого и остановившись на Зейне. Тот несколько секунд непрерывно грустно смотрел в камеру.
«Я люблю его» - подумала Стасси.
В этот момент Малик резко отвернулся от камеры. Через секунду его на шею бросилась какая-то блондинка.
Настя замерла, держа пульт в руке и открыв рот.
Камера поменяла положение, и стало ясно, кто эта блондинка. Эта была никто иная, как Перри Эдвартс.
- Это же Перри Эдвартс, невеста Зейна Малика! — воскликнул комментатор. — Вот что значила эта песня! Кажется, мистер Малик извинился перед своей возлюбленной за все свои прошлые ошибки. Что ж, кажется. она его простила, посмотрите на них!
Пульт выпал из руки Стасси. Экран погас. Наверное, при падении нажалась кнопка выключения.
Настя опустилась на диван.
Так.
Понятно.
Вот оно как.
Слезы уже не текли, нет.
Девушка нащупала на журнальном столике мобильник и набрала номер сестры:
- Маш, привет... Послушай, ты мне недавно говорила что-то про своего знакомого... Как там его? Так что, когда он будет готов встретиться со мной?