Шаг в прошлое
Если честно, больниц Настя боялась с детства. Она никогда не попадала в такие учреждения до своего переезда от родителей, но просто всегда было странное чувство, что в похожих местах… аура, что ли, негативная? Хотя девушка и не верила во всю эту чушь про энергии и ауры, к больницам Стасси относилась крайне настороженно.
Медицинский Центр, куда направлялась девушка вместе с Луи, очень отличался от того, что представляла Настя как значение слова «больница». Это был действительно Центр. Высотное здание, оформленное с большими окнами во всю стену. Коридоры были широкие, светлые, палаты очень комфортные, персонал – вежливый и участливый. Сразу понятно, что это платное учреждение.
Стасси прошла к информационной стойке вслед за Томлинсоном. Приветливая на вид девушка повернулась к ним с улыбкой.
- Я могу вам чем-нибудь помочь?
- Да, - ответил Луи, кладя обе руки на стойку. – Мой друг лежит в палате № 549, у меня есть допуск, но я привел еще одного человека, и на нее допуск нужно оформить.
- Хорошо, – кивнула девушка, и ее пальцы защелкали по клавиатуре. – Имя, дата рождения..?
- Анастасия Уоррен, - выпалила Стасси прежде, чем Томлинсон успел перевести на нее взгляд. Далее Настя продиктовала свою дату рождения, адрес, место работы, и род деятельности.
- Кем вы являетесь пациенту? – не поднимая глаз от монитора, спросила девушка за стойкой.
- Эээ… - хороший вопрос. Стасси вся сжалась, повернулась к Луи.
- Она его девушка, - быстро проговорил Томлинсон. Настя вытаращила глаза на парня. Кто его просил говорить это?
Девушка за стойкой, казалось, не заметила этой неловкости. Улыбнувшись, она выдала Стасси допуск. Луи повел Настю к лифту. Оба молчали. Двери лифта открылись, и из кабинки вышел явно не выспавшийся парень. Он чуть не налетел на Стасси, но вовремя свернул в сторону, пробурчав что-то вроде: «Прости».
- Лиам, - окликнул его Томлинсон. И тут Настя поняла, почему лицо парня показалось ей знакомым. Это был Лиам Пейн, тоже один из группы, тот, что обратил на себя ее внимание в клубе…
- Ой, прости, Лу, я немного… - тут Пейн обратил внимание на Стасси. Лицо его сразу преобразилось. Сонливость куда-то исчезла, взгляд стал укоризненным (интересно, кому он предназначался?). – Привет, кажется, ты – Стасси, да?
- Да, - кивнула Настя. Она и так была на нервах и вся в расстроенных чувствах, не хватало еще думать о том, почему этот парень так среагировал на ее появление.
- Я – Лиам, - Пейн порывисто пожал руку девушке.
Повисло молчание. Луи стоял у лифта, придерживая рукой дверь, чтобы она не закрылась. Стасси обхватила себя руками, будто ей было холодно. Хотя, в принципе, ей и было холодно. Внутри. Лиам стоял в шаге от нее, постоянно сжимая и разжимая кулаки.
- Мы идем к Зейну, там ничего не происходило в мое отсутствие? – прервал тишину Томлинсон.
Лиам тряхнул головой, словно отгоняя ненужные мысли, и повернулся к Луи.
- Нет, все по-прежнему. Он не приходил в себя, - наконец, произнес он.
- Ну, - протянул Томлинсон. – Тогда мы пойдем. Да, Стасси?
Девушка судорожно кивнула. Ей действительно было плохо. Тяжело. Больно. Эмоции были намешены, готовые выплеснуться наружу при первой возможности. Эту возможность могло предоставить лишнее слово. Или мысль. Поэтому Настя старалась мало говорить и. по возможности, не думать. Отключиться. Отключиться от реальности. Получалось ли у нее? С трудом, но какой-то эффект все-таки был.
- Да, конечно, - Лиам повернулся, чтобы уйти туда, куда он шел изначально, но вдруг остановился, поднял вверх указательный палец и вновь обернулся на девушку. – Стасси, послушай, - он сделал небольшую паузу. – Мне жаль.
Кажется, Настя поняла, что он хотел вложить в эти слова. Она поняла без длинных объяснений, без слов и намеков. Просто парень посмотрел ей в глаза, а девушке показалось, что он заглянул ей в душу, прочитал там все ее эмоции, мысли и беспокойства. И посочувствовал. Совершенно искренне. От чистого сердца.
Стасси кивнула Пейну в знак того, что оценила его жест. Тот тоже кивнул, повернулся и зашагал в выходу. А девушка все стояла и смотрела ему вслед. Он зацепил ее. Кажется, он понял ее.
- Стасси? – окликнул ее Луи. – Мы едем или как?
Тут Настя обратила внимание на то, что Томлинсон все еще удерживает двери лифта.
- Идем, - выдохнула она, и они оба зашли в лифт.
Палата Зейна располагалась на пятом этаже. Во всем здании было этажей десять-двенадцать, лифты были современные, как и весь Центр, в общем. Так что на нужном этаже Луи со Стасси оказались довольно быстро. Далее нужно было повернуть направо к палатам № 530-559. А вот и дверь. Томлинсон распахнул ее прежде, чем девушка смогла глубоко вдохнуть и собраться с духом.
- Найл, - произнес Луи, входя в комнату. – Я привел кое-кого.
Томлинсон поманил рукой Настю. Та немного замешкалась, собираясь с силами. И шагнула через порог.
Все внимание девушки вмиг поглотила кровать. Белая кровать на колесиках. Белые простыни, белое одеяло. На белой подушке покоилась голова Зейна. Голова его была перевязана, на лице видны ссадины. Глаза закрыты. Выражение лица у него было более чем умиротворенное, будто он спал. Просто спал. Одна его рука лежала поверх одеяла. В локте рука была перевязана, на кисть наложен гипс.
Кажется, блондин, сидящий около кровати, вскочил при входе Стасси. Но она этого не видела. Она видела только белую кровать. Найл что-то говорил, но девушка не замечала этого. На ватных ногах она подошла к белоснежной кровати. Взгляд ее был прикован к лицу Зейна. Дрожащей рукой девушка дотронулась до кисти Малика. А потом, повинуясь порыву, она сжала ладонь Зейна в обеих руках и, опустившись прямо на пол – сейчас это было не важно – заплакала.
Часы на стене палаты показывали полдвенадцатого. За окном горели огни ночного Лондона. В комнате был приглушен свет, так, чтобы можно было поспать.
У кровати сидела девушка. Она все еще держалась за руку пострадавшего. Слезы в очередной раз закончились. Поверьте, не прекращались они очень долго. Только где-то через полтора часа Найл и Луи совместными усилиями заставили Стасси усесться в кресло, а не сидеть на полу. Но она продолжала плакать. Найл предлагал воды. Томлинсон извинялся за то, что привел ее.
Они не понимали. Не понимали, что она чувствовала. Этого просто так не объяснить словами. Настя была без ума от Зейна. Но он разбил ей сердце ложью. Это было больно, но эта боль уже давно утихла. Потом девушка, повинуясь женской гордости и чувству собственного достоинства, решила отказать от него. И прогнала. За это она ненавидела себя. Несколько месяцев она ругала себя, обвиняя во всех смертных грехах. А потом наступила пустота.
è-> -> à
Она во мне жила, пела, танцевала и смеялась.
Она всегда была рядом: и в печаль мою, и в радость.
И в ней всегда был свет сказочных мерцающих созвездий.
И вдруг в один момент она так неожиданно исчезла.
Пустота.
Моей души смятение, боль разлуки…
Пустота.
Мы отлетаем, отпуская руки…
Пустота.
Глаза такие жадные до красок.
А в душе пустота…
Этого не может быть со мной,
Я же выхода не знаю.
Вниз лечу без крыльев за спиной,
Словно изгнанный тобой из рая.
Этого не может быть со мной,
Я тебя не отпускаю.
Я тебе не сдамся никогда,
Уходи из моих окон, пустота!
Когда она ушла, я думал, что не вынесу утраты.
И я не мог понять - мы оба были в этом виноваты,
А может только я не оценил её, не понял,
Что этот яркий свет меня любовью переполнил.
Пустота.
Зачем моё горячее живое…
Пустота.
Любовью переполненное сердце…
Пустота.
Куда теперь могло все это деться?
А в душе пустота…
Этого не может быть со мной,
Я же выхода не знаю.
Вниз лечу без крыльев за спиной,
Словно изгнанный тобой из рая.
Этого не может быть со мной,
Я тебя не отпускаю.
Я тебе не сдамся никогда,
Уходи из моих окон, пустота!
Девушка смогла, наконец, запереть все свои эмоции и воспоминания, связанные с Ним, в дальний ящик на старинный замок. И выбросила ключ. Проблема была в том, что исчезли ВСЕ эмоции. И в жизни не осталось ничего.
Потом появился Марк. Он помог Стасси получать новые воспоминания, что-то, что могло заменить Те. К Марку Настя чувствовала симпатию. Он нравился ей, как человек. Он действительно милый, добрый, заботливый. И он помогал ей. Пытался возродить ее. И он явно был к ней неравнодушен. Но к нему она таких чувств не испытывала. И за это девушка корила себя. Ну, почему нельзя взять и полюбить человека? Он же отличный кандидат! Он прекрасно подходит на роль парня. Просто идеально. Стасси старалась изо всех сил влюбиться в Марка, но безуспешно. И она ненавидела себя за это.
А потом девушка решилась на следующий шаг. Она стала встречаться с Марком. С одной стороны, она не любила себя за то, что не может ответить ему взаимностью, но с другой стороны, она абсолютно точно решила, что будет с ним.
И тут этот фестиваль.
И все планы девушки разбились вместе с тем самым замком, который оберегал все старые воспоминания.
А потом тот случайно подслушанный разговор в больнице… Как же это больно… Она так хотела, чтобы Зейн остался тогда в ее палате, чтобы ушел не он, а Марк. Но понимала, что Марк не заслуживает этого. Настя злилась на него, потому что он прогнал Малика, но в то же время была благодарна этому.
Затем Стасси опять приняла решение. Остаться с Марком. Вопреки своим чувствам, эмоциям и позывам души. Это было очень нелегко. Очень.
Но жизнь жестока.
И вот она здесь, в палате Зейна. Как описать словами все эмоции, которые она испытывает? Никак. Это невозможно.
А парни не понимали этого. Постоянно спрашивали: «Ну, что случилось?» Реальность случилась! Столкнувшись с ней, и более сильные люди падали на колени. Что же вы ждете от нее, и так потрепанной жизнью? И глоток воды тут не поможет.
Здесь ничего не поможет.
Просто она идиотка. Победитель по жизни.
Тот, кого она прямо сейчас держит за руку, причинил ей боль. А она сломала свою жизнь ради того, чтобы прийти сюда.
Кому...
Глупая, ну хочешь - плачь
Я буду за руку тебя держать
Больно, я то знаю где
На самом дне души, что не достанет
Те, кому мы не нужны
Каждую ночь без стука в наши сны
Так скажи мне, правда чья
Нам - это боль, а им Господь - судья
Они нам дуло к виску
Они нам вдребезги сердца
А мы за ними во тьму
А мы за ними в небеса
Они нам реки измен
Они нам океаны лжи
А мы им веру взамен
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
Ждать звонка и не дышать
Что же ты делаешь? - Ему не жаль
Глупая, ну хочешь - плачь
Я буду за руку тебя держать
Что же это по щеке
Учишь меня, да только сердце с кем
Так скажи мне, правда чья
В клочья душа, но им Господь - судья
Они нам дуло к виску
Они нам вдребезги сердца
А мы за ними во тьму
А мы за ними в небеса
Они нам реки измен
Они нам океаны лжи
А мы им веру взамен
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
Они нам дуло к виску
Они нам вдребезги сердца
А мы за ними во тьму
А мы за ними в небеса
Они нам реки измен
Они нам океаны лжи
А мы им веру взамен
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
А мы им посвящаем жизнь
Кому, зачем?
А мы им посвящаем жизнь
А мы им посвящаем жизнь
Зачем?