MHA | REACTION

Знаковое название не только для новой главы, но и для тебя, верно?

Однажды ты задалась вопросом, как и каждый человек, что же произойдет после смерти... и голос во тьме стал ответом, который, на самом деле, ты не хотела бы знать.

- Ты слишком молода для того, чтобы умереть, прости, Т/и, - голос, то ли мужской, то ли женский, вздыхает действительно разочаровано, - Давай вернем тебя. Подожди минутку...

Жизнь болью пронзает тело, и ты вдыхаешь так глубоко, что ничего вокруг не слышишь.

С возвращением?

Персонажи: Тодороки Шото, Киришима Эйджиро

_________________________________

Тодороки Шото

С твоих похорон прошло уже... три дня. И все эти три дня Шото проводит в своей комнате, не желая никуда выбираться и ни с кем контактировать.
Ему казалось, он знает, что такое горе. Но, видимо, у него оказалось больше оттенков и стадий, нежели он встречал. А может, все дело было в тебе?

Тодороки утыкается лицом в подаренный тобой шарф. Ему хорошо запомнился этот день, когда вместо шоколада ты вручила теплую вещицу, так заботливо, так...
- Т/и... как же так.. - ты заботилась о нем, а он даже не был рядом в твои последние минуты. Чего, в таком случае, стоили все его клятвы о любви?

Где-то там во снах ты все еще с ним. Либо от тоски по тебе, либо от легкого запаха твоего парфюма на шарфе; Шото обнимает его во сне крепче, чем подушку. Если бы он только знал, если бы не отпустил тебя с другой группой...

Стук в дверь его не пугает, наоборот, вызывает раздражение. Попытки одноклассников раньше отвлечь его, вытащить из комнаты, лишь вызвали гнев, и раз они не понимают по-хорошему, то стоит прогнать их совсем. Это неправильно, Тодороки понимает, но сейчас, на его взгляд, абсолютно не время для общения.

Кто-то явно хочет его вывести из себя, иначе бы не стучал так.

- Что, черт побери... - уже готовый атаковать даже Мидорию, Шото открывает дверь и замирает.

- Помоги мне... - ты устала. Неудивительно: выбраться из могилы, дойти до дома единственного в мире близкого тебе человека, который еще и дверь открывать не хотел.

Шото не верит своим глазам, но инстинктивно подхватывает на руки, когда ты падаешь, и с замершим сердцем заносит в гостиную. Этого не может быть.
Не бывает, чтобы мертвый воскрес.
Но ты...

- Т/и... моя любимая...
Ты такая теплая, дышишь у него на руках, словно все последние дни были лишь сном. Тодороки резко очухивается, на долю секунды ловя мысль, что это проделки злодеев, а может и сон, но чтобы то ни было - любая минута с тобой сейчас для него важнее всего. Даже если это иллюзия.

Проснувшись на диване в доме Шото, тебе понадобится некоторое время, чтобы юноша перестал прижимать тебя к себе. Чего только юноша не успел надумать, но ты не пропала, и "сон" не кончился, даже когда он ущипнул себя.
Вас застанут плачущих от радости вместе: в глазах Шото ты сама по себе была чудом, разрушив стену его одиночества, а тут еще и вернулась с того света. И уж поверь: независимо, сколько лет пройдет, твой, сначала парень, а потом муж, всегда будет с тобой на любых заданиях.

Киришима Эйджиро

Всю жизнь может решить буквально одна секунда: для про-героев это неписанный закон, а вот для молодых...
Киришима несется к тебе.
Секунда.
Две секунды.

Даби вырывается из твоей хватки и заносит руку, гогоча в голос.

До тебя - метры, ощущаемые почти вечностью.
- Т/И!
Киришима думает лишь о том, что обязан успеть, что ему плевать на усталость и боль, своей причудой, своей силой защитить тебя - единственная его цель.

Все, как в замедленной съемке: страх в твоих глазах, твоя протянутая к Эйджиро рука в немой мольбе помочь. Бежать тебе некуда, Даби ловит слишком удачный момент, а ты его проглядела; злодей для тебя - смерть во плоти.

Герой едва касается кончиков твоих пальцев и твой крик застилает все вокруг.

Милосерден ли Даби? Едва ли: с дырой в груди ты умираешь почти сразу, а ему больше доставляет смотреть за тем, как тебя хватает Киришима, задыхающийся в отчаянии в прямом смысле.
- Т/и... принцесса...
- Кири... - у тебя едва хватило сил на выдох, и на то, чтобы позвать друга по имени.
- Не умирай... не смей умирать, т/и! - его же причуда словно пронзает его внутри, раздирая на части. Не успел. Не смог спасти.

Герой ревет на всю округу, абсолютно не замечая ничего: ни кинувшихся к вам соратников, ни язвительной удовлетворенности на лице Даби; есть только ты, такая хрупкая в его руках, о которой он не смог позаботиться и спасти.

- Киришима... - Иида с болью смотрит на друга и на тебя. Уже поздно. Слишком поздно, чтобы оказывать тебе медицинскую помощь - с такими ранами не живут.

- Что, обидно за подружку? - Даби откровенно ржет, распаленный убийством героини, - Хочешь, отправлю тебя к ней?
И настолько демонстративно слизывает твою кровь с руки, что разум Киришимы заполняет лишь одна мысль.
У б и т ь.
Как можно ужаснее, чтобы враг познал всю боль, которую причинил драгоценной тебе.

Поле боя - не место, чтобы оплакивать погибших, пока враги не повержены. Это понимают все: и злодеи, и герои, потерявшие соратников.

А от того, никто не замечает, как ты, заботливо укрытая курткой Эйджиро, голодно вдыхаешь с шумом и садишься, оторопело глядя вокруг.

- Эй, Т/и, прости, не получилось вернуть тебя обратно, но ты снова жива! - голос, что ты слышала ранее, неловко посмеялся, - Береги себя, тебе рано умирать, ладно?

Что тобой движет, злость? Обида? А может, жажда мщения? Тебе виднее, но, кажется, ты стала отлично себя ощущать: если судить по тому, как прилетело засмотревшемуся на героев Даби. Впрочем, вряд ли кто-то ожидал, что убитый - воскреснет, и вернется в эту жуткую игру удачи.

- Т/и?...

Киришима не верит своим глазам. Ты пытаешься отдышаться, пока Даби встает из под завала - не менее удивленный твоим видом, без единого повреждения! - и киваешь другу.

Разговоры, объятия, все это на потом. Ведь ты жива: невероятно, но твоей смерти и твоему "воскрешению" были свидетелями слишком многие, а ведь причудой бессмертия ты не обладала.
Но как только все закончится - не без смуты и вопросов у злодеев, внесенных твоим возвращением - Эйджиро первый окажется рядом, чтобы обнять и удостовериться, что с тобой все хорошо.
А после, и вовсе будет тем, кто проявит максимальное беспокойство и заботу о своей принцессе, ни капли не опасаясь говорить, как любит и как испугался, что потерял тебя. Ведь твой возможный отказ - не самое страшное, лишь позволь герою быть рядом.