MHA | REACTION

Не забывай побаловать себя, малыш~~
.
.
.
.
.
Упс! Вам попался TodorokiBox.
Обращайтесь с подаренным персонажем нежно!

____________________________

Тодороки Шото

"Зачем мне другие, если мне нужна именно ты?"

Где-то в глубине души Шото осознавал, что ему все это не нравится. Рождественская ярмарка Юэй должна была быть весёлым, полным радости событий, вот только... тот член Большой Тройки возложил уход за Эри на тебя. Шото слышал краем уха, что Мирио улетел в Америку, к друзьям Всемогущего, но легче от этого не становилось.

- Давай вырезать снежинки, хорошо? - Шото резко повернулся на твой голос. Но ты была занята девочкой. И парень нахмурился.
Если ты не участвовала в ярмарке, значит, в пару ему поставят Момо. Парень немного нервно, рассеянно украшал класс. Это было так по-детски, но... он хотел в пару тебя. А не кого-то другого.
- Что-то случилось? - Изуку обеспокоенно взглянул на него. Но Тодороки лишь покачал головой. Ощущение пустоты, покинутости, было его личным. И хотелось бы с этим сделать что-то, но...
Он мрачно посмотрел в твою сторону. Ты радостно улыбалась Эри, что-то ей рассказывая.
- Ты хочешь приглядывать за Эри, Тодороки-кун? - Изуку склонил голову; вопрос прозвучал слишком громко, и Шото с каменным лицом повернулся к нему.

━━━━━━ ･❪ ✶ ❫ ･━━━━━━

Вообще-то, все сложилось не так плохо, как он ожидал. Должность Санты, которую должен был взять на себя Шото, умеющий творить чудеса со льдом, гордо принял на себя Иида. Не то чтобы громогласный и махающий Санта впечатлял других, но... весь класс, все же, ориентировался на Эри. И впервые за несколькими дней Шото был рад, что эту восторженную девочку оставили тебе.

Однако внутри - дикая буря чувств. Эри идет посередине, держа вас с Шото за руки. День ярмарки на носу, и ты предложила показать все ей, но...
- Вы выглядите, как семейная пара! - Кацуки взрывается от смеха до слез, сгибаясь пополам.
Семейная пара.
Семейная.
Пара.
Разум Шото теряет всякий здравый смысл от значения этих случайно брошенных слов и остаётся надеяться только на сходящее с ума, полное лишь эмоций, сердце.
- Эри была бы милой дочуркой! - твой голос, в котором слышится улыбка, звоном нежных колокольчиков отдаётся в его ушах, - Что думаешь, Шото?
- Я бы хотел, чтобы у нас с тобой была дочка, - медленно кивает парень.
А затем осознает, что сказал.

Вряд ли вы еще видели, чтобы он так быстро краснел и убегал. Даже при всей сложности эмоций, Шото сбегает на лестницу подальше, сгорая от стыда. В прямом смысле.
Парень машет на себя руками и сжимает губы.
Черт! Чертов Кацуки! Чертова... он измученно усмехается. Боги, ты его подловила. И как же, черт побери, изящно.

Эри внимательно наблюдает за тем, как ты рассеянно смотришь вокруг. Она мала, но умна, отказать в этом сложно. Потянув тебя за рукав, смотрит в глаза своими невинными и грустными.
- Папочка Шото ушел, да?...
Конечно, ты купилась. Не стоило забывать, что ее воспитанием занимался сначала Чисаки, а потом Айзава.

Шото приходится применять причуду, чтобы остудить себя и свой разум. На замороженной лестнице ощущение страха посмотреть тебе в глаза лишь усиливается, но парень медленно поднимается и выдыхает. Рано или поздно, ему придется услышать твое "нет".

- Папочка! - когда Эри радостно побежит к нему, впоследствии, к вам будет много вопросов. Но сейчас Шото замирает, удивлённый реакцией девочки; поднимает глаза и, боги... ты смущена? Почему?
- Мамочка сказала, что если у вас будет дочка, я смогу с ней играть!

Конечно, вы не кинетесь делать детей, рассудив, что сначала нужно хотя бы начать встречаться. Но Шото с каждым днем будет убеждаться в правильности своего выбора.
И, скажете ли вы в будущем Эри "спасибо" за ту детскую манипуляцию или нет, того факта, что она стала вашим рождественским купидоном, это не изменит.

Soulmate AU!
Старатель/Энджи Тодороки

"В этом проклятом мире лишь ты - самая совершенная."

Энджи с тяжелым взглядом смотрел на то, как его подчиненные и коллеги заливают в себя литры алкоголя, и прикидывал, во сколько ему это все обойдется. Конечно, ему предлагали повеселиться с ними - но Тодороки не собирался даже прикасаться к выпивке.
Всегда быть настороже. Он чуть прикрыл глаза, думая о том, что скорее всего его дети сейчас либо дома, либо у друзей, точно так же шумят и празднуют. Когда-то было иначе, но... мужчина вздохнул. Не так важно, что от "семьи" осталось одно название. У него есть еще одна роль, которую он должен выполнять.
Невыносимо.

Накинув куртку, Энджи поднялся.
- Пришлите чек в мой офис, - официант кивнул и улыбнулся:
- Как и всегда, Тодороки-сан.
Прохлада улицы отстудила голову, и, тихо шагая вдоль дороги, мужчина поднял голову к небу. Хлопья снежинок сыпались почти без перерыва, оставляя маленькие мокрые следы на коже.
"Наконец-то тишина..."
И пусть где-то в отдалении слышались крики празднующих, взрывы салютов, Энджи остановился, замирая. Ощущение, словно он один в этом мире, одновременно успокаивало и... заставляло горько усмехнуться. Возможно, ищи он свою "истинную", а не власти и силы, все было бы иначе?

━━━━━━ ･❪ ✶ ❫ ･━━━━━━

Домой идти не хотелось. Старатель неспеша шагает по непривычно тихим, пустым улицам. Усмешка тронула его губы, когда он представил, что даже злодеи сидят по домам и открывают подарки.
Вдруг руку обожгло с такой силой, что он почти закричал; вовремя стиснул зубы, мгновенно насторожился, стараясь отыскать причину. Нападение?

Было больно даже стягивать куртку, подворачивать рукав рубашки; но ему было все равно, ведь где-то внутри томилась самая сокровенная, робкая и крохотная надежда.
- О боги... - неверяще, завороженно пробормотал он.
На коже, словно ножом, выведены изящные, тонкие буквы.
Т/и Т/ф.

Ты была где-то рядом, определенно; подхватывая сброшенную куртку, Тодороки рывком кинулся оглядывал окрестности. Спустя столько лет, столько чертовых лет, его сердце впервые бьется, как живое, разгоняя кровь по телу. И, черт побери, какой бы ты ни была, даже если откажешь ему, он обязан был тебя найти.

Ты почти плачешь. Так больно, что и прикасаться невыносимо; поджимаешь губы, пытаясь хотя бы немного стянуть рукав. А всего лишь вышла подышать воздухом - большинство друзей уже спали, а те, которые не уснули, обжимались по углам. И тут это... с отчаянием кладешь руку на сугроб и морщишься, но не помогает даже холодок.
- Простите! - громкий голос в тишине пугает, ты почти вскрикиваешь.

- Ты - т/и? - он бежал, это видно по вспотевшему лицу, по шумному дыханию и облачкам пара изо рта. Энджи ощущает, как дрожат руки, когда ты медленно киваешь; он старается быть аккуратнее, и даже немного радуется, что успел запыхаться, чтобы ты не видела его смущения.
- Давай.. помогу с рукавом.
Ты всхлипываешь, когда он помогает снять куртку, но присматриваешься, видя, что на коже выведены, какого-то черта, буквы.
Энджи Тодороки.

Прежде чем успеваешь что-то сказать, Энджи хватает тебя на руки. И смеется, заливисто, счастливо; несмотря на то, что ты в одной футболке - его объятия самые теплые.
- Я думал, что моей истинной не существует, - от счастья он ощущает себя опьяневшим, но не хочет сдерживаться; не сейчас, не в это, удивительно счастливое, Рождество.

Надписи на руках уже давно не болят, а он - самый любящий, самый надежный мужчина - все еще обожает носить тебя на руках с того самого Рождества.
Ведь, в конце концов, ты не только его самая потрясающая на свете жена, но и носишь под сердцем его ребенка.

Даби/Тодороки Тойя

"Только с тобой - и в горе, и в радости,
во веки веков."

Ему давно хотелось подойти к тебе и излить все мысли. Как ищейка, уже ставший Даби, он следовал за тобой по пятам. По-своему охранял, иногда - пару раз, натягивая маску - спасал от пьяных кампаний. Но быть далеко было... невыносимо.

Нет, он пытался влюбиться. Забыться в страсти, только вот стоило несчастной уличной девке раздеться, как Даби начинал злиться. Это была не ты, а значит - не то.

И, честно говоря, он бы отпустил тебя, к собственному удивлению. Только вот ты не заводила романов. Вся в учёбе, затем в работе; Даби с некоторой тоской наблюдал, как ты отказывала какому-то парню. Хотелось подойти, стукнуть по голове, как тогда, в детстве, когда ты подставилась вместо него под оплеуху Старателя... Даби стискивал зубы. Ты, хотя бы ты - должна быть счастлива. Так почему?...

Канун Рождества, а ты, отмахиваясь от коллег, отправляющихся праздновать, двинулась непривычным путем. Ожидание увидеть было одновременно и сладким, и горьким; Даби шумно выдохнул, царапая кожу над сердцем. Он увидит, что ты счастлива, тебя защищают - и, ставь ненужным, сможет полностью погрузиться в свою месть.

Нет.
Боги, нет.
Каждый твой шаг, по нарастающей усиливал его панику. Он едва не попался на глаза, выкрикнув твое имя; вовремя скрылся за углом и закрыл рукой рот. В твоих действиях не было никакой логики, так почему они вызвали столько боли и счастья, этой адской смеси в его душе.

Ты подняла голову, сев на корточки рядом с могилой Тойи, и улыбнулась. Снег мягко осыпал могилы белым одеялом, и в этой тишине Даби, стоявший за деревом, слышал практически все твои слова. И каждое из них рвало сердце изнутри.
- Эй, Тойя, сколько лет ... прошло, а? - ты усмехнулась, - Знал бы ты, .... не пойду в герои! В этом году я устроилась в .... кампанию, там ... несколько человек, но я...
Ты вдруг замолкла. Хотелось выскочить из-за дерева, обнять тебя, рассказать, как скучал и не мог забыть...
- Разве мы не могли просто сбежать вместе, идиот? - безрадостный, уставший голос заполнял разум Даби, - Хотя... не думаю, что кто-то из нас мог бы знать, что я настолько сильно окажусь моногамной.

Ответ на все вопросы, почему ты была одна все это время, оказался таким простым. Даби медленно сполз спиной по стволу дерева и сжал голову руками. Ему чертовски хотелось уметь плакать, но оставалось лишь сжимать зубы, сдерживая эту боль.

━━━━━━ ･❪ ✶ ❫ ･━━━━━━

"Я жив. Если хочешь увидеться, приходи ночью туда же, где сидела вчера вечером.
Одна.
Тойя."

Тот крик, который он услышал незадолго после того, как просунул записку под дверь, значил больше, чем ты могла представить.
Это было жестоко, Даби знал это. Но ты... ты должна была услышать все. Перестать себя винить и - он улыбнулся уголком губ - может, даже возненавидеть. Даже это звучало лучше, чем не давать тебе спокойной и счастливой жизни.

Даби сидит, вытянув ноги, но собственной могиле. Довольно странные ощущения, ведь он жив; но на могильном камне его имя. Если ты не придёшь, это тоже будет ответом... он едва успевает закрыть глаза, как слышит бег вдалеке и подрывается, больше инстинктивно, на ноги.
- Тойя, - ты больше утверждаешь, чем спрашиваешь. Даби медленно растягивает губы в улыбке.
- Т/и?
Когда ты снимаешь сумку с плеча и ставишь ее на землю, ему кажется, что ты сейчас швырнешь ее в его лицо, но ты кидаешься с объятиями. И...
- Я тоже скучал, т/и. Прости, что не пришел раньше, - ему кажется, что ты плачешь за двоих; кажется, что в твоих объятиях самые уютные чувства мира; голос садится, когда он, на одном выдохе выкладывает все, с самого начала.

- Могла бы ты... пойти со мной? - его ласковые, дрожащие прикосновения к твоему лицу, робкие поцелуи - намного честнее любых признаний. И сердце Даби замирает от твоей улыбки и смеха, когда ты отвечаешь, кивая на сумку:
- А ты думал, я просто так все вещи тащила?