27 | 🔞 Tamaki Amajiki. Фетиши на двоих
Дальнейший текст содержит описание секса (инцест).
Наслаждайтесь или выберите другую главу~~
____________________________
Никто не удивлялся тому, что сестра, которая была младше Тамаки всего на год, выросла с таким сильным, независимым характером. Конечно, при робком, беспокойном характере брата, ты и не могла стать иной - впрочем, это нисколько не отменяло того, насколько близки вы были.
То, как быстро ты превратилась из мелкой девчонки во взрослую девушку, казалось мгновением. Тамаки обеспокоенно наблюдал, как ты, дойдя до академии, побежала к одноклассникам, радостно махая ладонью. Когда-нибудь вы разойдетесь, пойдете разными путями.
Сердце сжалось от печали, и парень отвел взгляд.
Это нормально, естесственно; но он все еще помнил, как растаял от одного взгляда твоих больших, испуганных глаз - тогда отец привел тебя домой, стыдливо признаваясь, что завел интрижку и ты - плод его греха - должна жить с ними, ведь уж ребенок ни в чем не виноват и он обязан дать тебе хорошее воспитание.
Все в порядке, так и должно быть. Но Тамаки слишком нравилось быть рядом. Губы сжались в тонкую линию. Должен ли он так себя ощущать?...
По громкой связи его просят пройти к Исцеляющей девочке; испуг накрыл с головой, когда Тамаки сорвался с место, прямо посреди урока. Раз с ним все было хорошо - значит, что-то случилось с тобой.
- Черт-черт-ЧЕРТ! - прорычал он под нос, ругаясь на свою медлительность. Почему он был не рядом, чтобы защитить?
- Я всего лишь сломала руку, Тамаки, - ты вздохнула, глядя на брата, готового расплакаться от беспокойства, - Это не смертельно, ты знал?
- Если это кто-то навредил тебе, я!...
- Я просто была невнимательна!
Тамаки помрачнел. Не защитил, не закрыл собой, и какой он после этого брат?
Безумный. Вот ответ. Брат-извращенец.
Мусор.
Ему кажется, что он сойдет с ума, потеряет сознание; касаясь твоего обнаженного бедра дрожащими руками, он натягивал на вытянутую ножку тонкий чулок. Ты не могла одеться сама из-за руки, и он, по свойственной ему доброте, предложил помощь, но все-таки сердце сходило с ума, и все мысли сводились к близости твоего тела. Он шумно, рвано выдохнул, отлично понимая, как выглядит со стороны - весь красный, горели даже уши.
- Д-давай второй... - почти прошептал Тамаки, неуверенно поднимая на тебя глаза.
Ты была не менее красной; закрыла ладонью рот, глядя куда-то в сторону. Неловкая тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь вашими выдохами.
- Я... я... - надо что-то сказать, точно, но ничего не шло в голову, Тамаки раз за разом начинал, ощущая, как в горле пересохло. Ты рывком протянула второй чулок, но не взглянула на него.
Неровный вдох.
Он увидел, как по твоей коже пробежали мурашки; взглянул уже увереннее, не заметив ни капли отвращения на твоем лице. От блеска в твоих глазах, от прикусанной губы, возбуждение внизу живота разгоралось еще сильнее. Тамаки было мерзко от самого себя, от ощущения, что он совращает свою же сестру, но вместе с тем эти новые, пьянящие чувства были безумно сладкими. Что-то темное пробуждалось в груди.
- Т-ты.. возбудился... - чуть слышно пробормотала ты. Удивительно робко; не как обычно, голосом настоящего лидера, уверенным и хорошо поставленным. Тамаки знал, что ты права, он чувствовал, как от вставшего члена натянулась тонкая ткань брюк.
Когда аккуратная ножка надавила на его пах, Тамаки не сдержал тихого, стыдливого стона-выдоха. Не только в нем было что-то извращенное; твоя обтянутая чулком стопа уверенно давила на член, скользя вверх-вниз, вызывая потрясающие ощущения.
- Т/и!... - шепча твое имя, как безумный, он приник губами к внутренней стороне бедра, покрывая кожу над резинкой чулка жаркими рваными поцелуями.
- Расстегни... брюки, - в твоих глазах блеск возбуждения, такого удовольствия, что Тамаки не мог не подчиниться легкому приказному тону, завороженный этим откровением; когда его губы прикоснулись к лобку, он ощутил, как ты уперлась другой стопой в его плечо, заставляя отстраниться.
- Я хочу увидеть, как ты кончишь..
Так жарко, что нечем дышать. Тамаки отстранился, глядя виновато, влюбленно, не имея никаких сил держать себя в руках под твоим взглядом; все тело горело от осознания того, каким ты его видела.
- Т/и.. ох, я... - когда вторая стопа скользнула вдоль обнаженного, твердого ствола, парень зажал рот рукой, громко замычав. Слава богам, что вы были сегодня одни дома.
- Ты извращенец, готовый кончить от ножек сестры, - полный сладострастной радости, твой шепот заполнял его голову, и Тамаки лишь кивнул, ощущая, что уже скоро не сможет терпеть.
Испачканные спермой чулки остаются у Тамаки, и это было не столько его прихотью, сколько твоей, возжелавшей увидеть его переполненное желанием лицо.
Опоздавших на учебу, вас обоих наказали - дополнительные занятия; пустые, тихие коридоры, скромный отзвук ваших вздохов, когда он находит тебя, идущую из класса за ним.
- Тамаки, потерпи до дома... - стараешься держать ровный тон, но он не может, не в силах после такого утра, после твоего поведения, словно бы позволяющего ему дать волю накопленной страсти и привязанности. Клыки оставляют красные следы на шее, Тамаки вжимает тебя в стену коридора, крепко удерживая за талию. Хочется утащить в класс, но возможность быть застуканными заводит вас обоих так же, как и постыдные ласки утром; он видит это по тому, как ты подставляешь шею; чувствует, как ты, нарочито впиваясь ноготками в спину, давишь бедром на его пах. Вы так тесно вжимаетесь друг в друга, что каждое движение, даже мелкое, ощущается как свое.
- Ты же сама этого хочешь, - пылать одновременно от смущения и возбуждения слишком приятно, Тамаки прикусывает, а затем облизывает влажным языком мочку уха, наслаждаясь твоим сдержанным стоном.
- Извращенка, - констатирует он, когда ты кидаешь на него взгляд, и усмехается. Такие разные и такие похожие; ловкие тонкие пальцы забираются под рубашку и, скользя по животу вверх, до груди, очерчивая изгибы ребер.
- Н-нет!... - возмущение тонет в стоне, когда он сжимает грудь ладонью, подцепляет бусинку соска ногтями, не сводя почти обезумевших глаз с твоего лица.
- Я сейчас с ума сойду.. - признается он, твой дрожащий голосок будит в Тамаки зверя, и все, что его еще держит - наличие в академии учителей.
Вдалеке слышутся приближающиеся быстрые шаги и смех. Резкий испуг в твоем взгляде; Тамаки кривится, вспоминая, что есть поблизости. Не хочется, чтобы другие видели тебя... такой возбуждённой, дрожащей.
- Быстро, - шипит он.
В кладовом шкафу тесно, темно, почти нечем дышать; парень проклинает все на свете, когда люди снаружи неподалёку останавливаются, открывая школьные шкафчики. Они так близко, что можно разобрать каждое слово.
Но ты тоже близко. Ему пришлось сесть, чтобы ты тоже поместилась в полуметровом шкафчике; прямо на его пахе, прижимаешься всем телом к нему. Тамаки кусает губы. Он считает себя ненормальным, но это чертовски заводит.
- Тама!... - ты закрываешь рот ладошкой, сдерживая стон, когда парень резко надавливает на бедра, и, сквозь ткани, заставляет ощутить крепкий ствол члена.
- Вам не показалось, что был женский голос? - удивлённо спрашивает снаружи незнакомый студент; даже не видя, Тамаки ощущает твой гневный взгляд / чувствует, с какой мстительностью ты начинаешь медленно двигаться бёдрами по его паху.
- Нас точно застукают! - твой шёпот обжигает его губы, но голос такой полный восхищения и томного желания, что сложно поверить, что ты боишься. Тамаки улыбается и целует тебя.
Снаружи продолжают говорить и смеяться; за их голосами не слышно ваших сдерживаемых постанываний, когда он приподнимает тебя, чтобы расстегнуть брюки и сдвинуть в сторону твое белье.
- Потерпи немного.. - шепот в губы, когда Тамаки, аккуратно удерживая за бедра, помогает опуститься на член. Ему самому сложно сдержать стон, утыкаясь в твою шею, чувствуя, как ты сжимаешь его волосы на затылке до боли.
Двигаться быстро тяжело - но оно вам и не нужно; Тамаки придерживает тебя, но не дает задать темп, не смотря на то, что ты сидишь на нем сверху, срываясь, толкаясь бёдрами навстречу узкому лону, вызывая в тебе дрожь сдерживаемых звуков удовольствия.
Ладони блуждают по телу; в этой жаркой темноте ты ощущаешь, как он расстегивает твою блузку, как покрывает поцелуями всю шею, всю грудь, изредка ставя болезненно-приятные засосы и царапинки; Тамаки хочет тебя всю, забыв напрочь о своём обычном стеснении.
Вы даже не замечаете, как люди в коридоре уходят. Плевать, ваш мир свелся к тесному шкафчику, к твоим ощущениям жара по всему телу и где-то внизу живота - его твёрдого члена, проникающего раз за разом в самое нутро до упора; к его ощущению, как в тебе узко и хорошо, как ты стонешь ему прямо на ушко.
От ощущения, как внутрь выплескивается сперма, превращая насаживание на член Тамаки еще более пошлым, с хлюпаньем, тебя и саму пронизывает до кончиков пальцев волной оргазма; Тамаки почти задыхается от восторга, когда ты начинаешь двигаться резче, а затем со стоном обмякаешь в его объятия.
Назад уже не повернуть; вы предаетесь удовольствию с юношеским безрассудством и обоим тяжело сказать, в каких местах и что вы не пробовали.
Завтракая под наблюдением родителей, вы переглядываетесь, пока они не смотрят.
- Сегодня в бенто будут жареные осьминоги! - оповещает мама, и Тамаки сдерживает шумный вдох накатившего волной возбуждения, когда ты с невинной улыбкой произносишь:
- Давно их хотела! Да, Тамаки?