16 | Попаданка. Про-герои (part 3)
Жизнь - для кого-то прекрасная, а для кого-то жестокая вещь. Но в единственном ей не откажешь: в непредсказуемости.
Случайно ли выбор богов пал на тебя или нет, но исход один.
Персонажи: Ястреб, Айзава Шота
_______________________
Ястреб/Кейго Таками
Знаешь, риск не всегда оправдан, и действительно не стоило опираться на хлипкий, помнящий еще твоих прадедов, забор на смотровой площадке.
Да, так ты была ближе к потрясающему виду с высоты, но...
Треск ознаменовал безропотное падение и беспросветную тьму.
Но ты ощущаешь тело.
Распахиваешь глаза и...
Если бы боги могли что-то сказать, то, вероятно, это было бы на подобии:
- Упс, прости! Теперь ты в теле какой-то героини! Все, что мы можем тебе дать - твое имя, так получилось~~
Когда одна из подчинённых попала в больницу после столкновения со злодеями, Кейго места себе не находил. Не то чтобы они были близки - она только закончила академию и попросилась к нему. Мужчина хмуро потирает переносицу. Как же там ее звали? Кажется, т/и, но он не был уверен. Он не особо замечал ее, и, честно говоря, не испытывал интереса. Вышедшая из академии, обычная героиня, с обычными идеалами. Ястреб улыбался ей, как и всем, яркой, солнечной улыбкой, но... волнение в груди было лишь от того, что она - его подопечная.
Врач мялся, стараясь не смотреть ему в глаза.
- Т/ф-сан не так сильно пострадала, но... - мужчина нервно сглотнул под хищным, цепким взглядом Ястреба, - Мы бы хотели провести еще ряд анализов, на всякий...
- Но она же не сильно пострадала? - приподняв бровь, спросил Ястреб; напряжение в его голосе повисло в воздухе. Врач затушевался перед героем; он был растерян и после встречи с тобой, но немое давление загоняло его в угол.
- Ее память и причуда... поймите, это странный случай! - мужчина потер переносицу, - Возможно, вы поймёте, если сами все увидите.
Для родителей все списали на травму головы; Ястребу же никто не посмел лгать.
Но изменения были ясны, как день, как град посреди солнечного пляжа; ты повернулась на его шаги и вы встретились глазами.
Кейго словно ударило током.
- Т/и-чан, ты в порядке? - стараясь скрыть отзывающиеся по всему телу ощущения от твоей, совсем иной, ауры, Кейго усмехнулся, - Ничего не болит?
Ты изменилась. Это заметили все; начиная от манеры поведения и заканчивая стилем и причудой; но любые изменения пугают людей, особенно когда раньше перед ними была тихая серая мышка.
Твое возвращение в офис спустя несколько месяцев веяло бурей, но Кейго не хотелось ее останавливать. За исключением одного "но".
- Вы выглядите так восхитительно, Т/и-сенпай, - Токоями не может скрыть поряженного, почти влюблённого взгляда на тебя, и опускает голову в лёгком поклоне, надеясь, что ты ничего не заметишь.
Но если не заметила ты, то не значит, что что-то скрылось от внимательного взгляда Ястреба.
- Да, наша Т/и прям расцветает с каждым днем~
В его улыбке, голосе - чистая безработная радость; но Токоями чувствует нотку раздражения. Кейго не говорил своим подчинённым ничего, что успел узнать о тебе за месяцы слежки. Ведь если бы ты дала хоть один намек на то, что изменения связаны с предательством, никто бы не удивился.
Но мужчина начал ловить себя на мысли, что твоя загадка, твои изменения, настолько будоражат его, что глаз не отвести; что он спешит проследить за тобой, как глупый влюбленный школьник наблюдает за лучшей девочкой в школе.
Кейго усмехается этим мыслям. Душащее желание присвоить тебя себе, сделать своей - когда оно появилось?
- Да ты даже не моя дочь! - голос матери, истеричный и отчаянный, разносится по дому. Это была мелкая ссора; но как снежный ком, она начала сносить все на своём пути.
- Моя дочь была тихой, ее причуда была другой! - женщина зло смотрит на тебя; в глубине зрачков бездна боли и страха.
Мужчина, приходящийся отцом, кидается к ней и прячет в объятиях, стараясь успокоить. Он тоже напуган; твои изменения не прошли бесследно.
- Т/и, дорогая, - его голос тих и спокоен, но отец прячет глаза от твоих, - Уходи, пожалуйста. Если ты еще наша дочь...
Ястреб потягивается и зевает так, что в уголках глаз скапливается влага. За окном - ночной ливень такой силы, что и домов не различить; он поводит плечами, понимая, что лететь в эту погоду не стоит. Не стоило настолько задерживаться, но отчёты сами себя не сделают.
Когда раскрывается дверь в кабинет, герой настараживается. Все происходит буквально за секунды: он видит вымокшую до нитки тебя, с заплаканными, опухшими глазами; срывается с места, как только ты намереваешься уйти.
- Погоди!
Его объятия теплы и нежны - мягкий плед не нужен, когда он хватает на руки и уносит обратно, не давая и шанса на сопротивление.
- Птенчик, не плачь... - Кейго ощущает, как его сердце рвётся от твоих слез, от ощущения, что не понимает, чем помочь.
Когда тебя прорывает на честность, начиная с пробуждения и заканчивая родным миром, он слушает абсолютно спокойно; внутри - столько эмоций, что не передать словами; ведь каждая твоя фраза не только ответ на все его домыслы и опасения, но и словно отпускание греха.
- Значит, я все же полюбил тебя настоящую, да? - Ястреб улыбается уголком губ, проводя губами по мокрой от соленых слез щеке, - А я то волновался, что не разглядел алмаз и моя любовь не искренняя.
Единственное, почему он отпустит тебя - чтобы закрыть кабинет изнутри. Ключ летит в открытое окно, не оставляя шанса убежать; в золотых глазах дьявольские огоньки.
- А теперь, - Кейго садится перед тобой и кладёт руки на твои, аккуратно поглаживания пальчики, - Расскажи мне о себе больше, птенчик~~
Когда вас найдут утром, уснувшись на диване под пледом, Ястреб взглянет на подчинённых и лукаво улыбнётся, приложив палец к губам. Осознав, что он действительно полюбил тебя, мужчина уже не найдет аргументов к тому, чтобы прятать эти чувства.
- Знаешь, т/и, - его тон будто между делом, обыденный и спокойный; он наклонится над тобой, отвлекая от отчётов, придавленных его же ладонями. Изучающий взгляд сменится улыбкой, когда Кейго коснётся твоих губ своими и прошепчет:
- Я подумал, что нам надо пожениться. Чтобы даже боги знали, что нас нельзя разлучать!
Ему все равно, откуда ты - пока это ты. Но Ястреб сделает все, чтобы не потерять тебя даже после смерти, даже если ему придётся бросить вызов богам.
Сотриголова/Айдзава Шота
Вероятно, не особо весело жить, зная, что ты - лишь персонаж второго плана, персонаж, которого ты едва ли помнишь.
Помнишь? Захлебываясь мыслями, трудно сдержать крик. В зеркале не ты - вернее, ты, но не та, которой ты была раньше.
В голове, вызывая боль, мелькают чужие воспоминания. На фоне собственных - друзья, семья, обычная жизнь без причуд - они яркие и сочные, как картинка в кино.
Чисаки был хорошо знаком с медициной, но, в отличии от приёмного отца - не с законом, касающимся детей. А потому, когда сообщили, что считавшаяся пропавшей внучка местного мафиози была спасена героями, ты вызвалась первой. Это было хорошим шансом.
Айзава проводил недоверчивым взглядом незнакомку, которую, по заверению врачей, можно было не сопровождать. А вот Эри, казалось, подсознательно ощутила, что вы обе познали невыносимое отчаяние. Для наблюдающего за вами Шоты это выглядело странно: подопечная раньше не доверяла взрослым. Но ты казалась иной.
- Вам нужно будет придти еще раз, т/ф-сан, - роняет он, стоит тебе выйти из палаты, замечая краем глаза, как машет рукой ребенок.
Так повторялось не раз, и в какой-то момент Айзава осознал: ему чертовски нравится, как ты выглядишь с ребёнком на руках. Его попытки скрывать смущение - отдельная вещь, и он стал все чаще отводить глаза.
Пока Эри не выдала, с полными детской решимости и радости, глазами:
- А если Айзава-сан - мой папа, то т/и-сан - мама? Да?
Прыснувшие сдерживаемым смехом Изуку и Мирио, казалось, должны были огрести от сенсея, но тот лишь сухо ответил.
- Посмотрим, - моля богов о том, чтобы никто не услышал, как забилось его сердце.
Айзава не из тех, кто с головой прыгает в омут любви; но при виде тебя ему было трудно сдерживаться. Сначала мужчина списывал это на скуку; но ты действительно выделялась среди остальных, словно бы была не отсюда. А значит, решил он, и подход должен быть особенным.
Шота мрачно уставился на перечень популярных ресторанов города. Все это выглядело слишком напыщенно, и достаточно для того, чтобы герой мог представить, что ему будет неуютно и он все испортит.
- Т/и-сан, может поужинаем у меня? - знала бы ты, скольких сил ему стоила эта фраза; Айзава смотрит так серьёзно, словно зовет не на свидание, а на битву. Но от твоего ответного взгляда его самообладание рушится на куски, мужчина закрывает лицо шарфом, но покрасневшие щеки все равно заметно.
- Или куда ты хотела бы сходить на свидание?
После пары бокалов вина, опьянев, ты, по случайности, выложишь ему все на чистоту. И свое прошлое, и свое смерть, и жизнь здесь. Айзава будет слушать каждое слово, запоминая и раздумывая.
Но после нескольких минут молчания, положит ладонь на щеку и улыбнётся уголком губ.
- Если ты захочешь сбежать в другой мир - придется взять меня с собой. Иначе я сам тебя найду.
Шота реалистичен и, пусть ему не хочется тебя обижать, верит не во все сказанное. Это нисколько не умаляет его любви; для него важно то, что сейчас ты рядом.
А куда-то сбежать своей любимой женщине он просто не даст.