Любовь одного айдола

Они обнимались так долго, так трепетно и нежно, будто не виделись пару лет. Чун Юню даже стало немного неловко: ему, разумеется, нравились эти теплые ласки, но он приехал сюда не ради них. Погладив Син Цю по голове, Чун Юнь попытался чуть отстраниться, как вдруг тот прильнул лишь крепче.

– Я... Цю Син... Ну-ка, посмотри мне в глаза, – Тихо прошептал Чун Юнь прямо на ухо Син Цю. Тот нехотя, но всё же осторожно перевел взгляд на него. Почему эти глаза, переполненные слезами, теперь выглядели счастливее?

Чун Юнь нежно взял запястья Син Цю в свои руки, и осторожно убрал его ладони с себя. Затем, он ласково взглянул на Син Цю, и полным спокойствия голосом, проговорил:

– Успокойся. Что я тебе говорил? Вдохни, глубоко-глубоко. Я здесь, я рядышком, никуда больше не уйду. Слышишь?

От одного лишь его голоса по телу Син Цю словно пробежала целая волна умиротворённости, будто Чун Юнь своими касаниями делился собственным спокойствием с ним. Шмыгая носом, Син Цю прикрыл глаза, опустив голову вниз.

– Почему ты так добр? Я вытащил тебя из дома в два часа ночи, но вместо того, чтобы быть хоть каплю рассерженным, ты лишь... – Хоть он и не договорил свой монолог, любому было понятно, что Син Цю в небольшом недоумении.

Чун Юнь на это только хмыкнул, слабо склонив голову в сторону Син Цю, на пару сантиметров ближе, чем было до. Он рассматривал его, словно не мог насытиться. То как янтарные глазки Син Цю забегали по полу, в поисках укрытия от такого пристального взгляда, то, как его ладошки редко подрагивали, заставляло сердце Чун Юня больно сжиматься, желая как можно скорее оказать хоть какую-то помощь.

– Разве для заботы нужен повод? Если я правда волнуюсь за кого-то, я сделаю всё на свете, чтобы этому человеку стало лучше, – Сказав это, он мягко провёл тыльной стороной ладони по щеке Син Цю, про себя повторив – Всё на свете...

И только Син Цю стал расслабляться, только его дрожь постепенно стихала, Чун Юнь внезапно первым отстранился, отпустив запястья Син Цю.

– Цю Син. Пойди прими душ.

От резкого, вопросительного взгляда в свою сторону, Чун Юнь замешкался:

– Ох, нет-нет, не подумай! Теплая вода. Ты сейчас и без того сильно напряжён, вот я и подумал, что встав под струи горячей воды ты успокоишься и расслабишься.

Син Цю пару секунд недоуменно рассматривал Чун Юня. Кто знает, то ли ему хочется хорошенько вдарить по этому прекрасному лицу, то ли наоборот, погладить и прижать к себе, ни за что не отпуская. И выбрав самый из успешных вариантов, Син Цю немного заторможенно кивнул, опустив взгляд в пол.

– Да.. эм... Думаю, ты прав, – Улыбнувшись как ни в чем не бывало, он уже было собрался в ванную, как вдруг вспомнил о своем госте – Юнь-Юнь, а ты?

P.s. Come with me...~

– Обо мне не беспокойся, – Не менее ласково улыбаясь, Чун Юнь немного подтолкнул Син Цю, тем самым ускоряя его – Цю Син, я буду ждать тебя. Не волнуйся, никуда не уйду. Буду здесь только для тебя. Договорились?

Его мягкий, не давящий тон был словно бальзамом на душу. От голоса Чун Юня веяло спокойствием, чем-то родным, и сладким. Повторно кивнув, Син Цю удалился, пару раз посмотрев вслед, высматривая Чун Юня. Закрыв за собой дверь в ванную на замок, Син Цю некоторое время просто стоял, и рассматривал ручку двери. Неизвестно, чего он ожидал: того, что Чун Юнь будет ломиться к нему? Того, что Чун Юнь уйдет, и на самом деле он обманул его?

Но истина, представшая перед ним по-настоящему радовала. Выдохнув, видимо от облегчения, Син Цю стал раздеваться. Он действительно собирается принять душ по наставлению Чун Юня... Ха, неловко вышло.

Оголив торс, Син Цю понял, что всё это время у него была температура, ведь прижавшись обнаженной спиной к холодной плитке на стене в ванной, он тихо простонал, садясь на пол. Закинув голову вверх и прикрыв глаза, он стал размышлять над нынешней ситуацией, и что ему теперь делать.

Был ли у него кто-то, кто искренне за него переживал? Помимо пары горничных и наставника по боевым искусствам, нет. Потом появилась Сян Лин. В этом же возрасте и Ху Тао. Беннет, Рэйзор, Барбара... Да, у него определенно были друзья. Но почему.. почему ни к кому из них он не чувствовал того же, чего прямо сейчас, в эту секунду чувствует к Чун Юню?

С усилием встав с пола в ванной, Син Цю снял нижнюю часть одежд, и зашёл в душевую кабину. Включив напор тёплой, даже скорее горячей воды, он встал лицом к струям летящим сверху, и больше не двигался.

Чун Юнь снаружи, услышав хоть и максимально тихий но всё же стон Син Цю, поначалу было почувствовал что-то, что ему прежде не доводилось ощущать. Он отвёл взгляд, мысленно наказывая себя за все те непристойные картины что всплыли у него в голове.

– О Архонты, что я делаю... Это неправильно, – Он направился на кухню, изучая квартиру Син Цю пока есть возможность.

Он не раз бывал здесь, но почему-то сейчас, когда все поступки Чун Юня в отсутствии Син Цю останутся не замеченными, у него разыгралось некое любопытство. Кухня Син Цю была просторной, с барной стойкой и обеденным столом, в центре которого располагались миниатюрные растения, прибавляющие помещению уюта. На стенах висели полки, а на полках тысячи разнообразных книг. Что удивительно, весь дом Син Цю был переполнен книгами и комиксами, несмотря на то что у него для них есть целая отдельная комната.

Далее Чун Юнь направился в гостиную. Тут — большой бархатный диван с такими же бархатными диванными подушками. Совсем недавно они с Син Цю лежали на нём, крепко обнимаясь. Тогда он был гораздо беззаботнее, нежнее, ласковее, и ничто на них не давило...

Осознав, что мысли вновь утекли не в то русло, Чун Юнь отругал себя и уселся на диване, окинув гостиную быстрым изучающим взглядом. В принципе ничего особенного: выделялись лишь большой, слегка изогнутый экран телевизора, видно довольно дорогого, и пара стендов с кубками и медалями.

Заинтересовавшись, Чун Юнь приблизился к этим стендам, разглядывая награды словно экспонаты музея. Взгляд Чун Юня притянул большой, хрустальный кубок, с тремя вылетающими звёздами — будто звездопад, но в другую сторону, вверх. На подставке кубка было выгравировано, за что получена награда и имя получателя. «Вознаграждение за лучшее исполнение и захватывающее шоу, Син Цю»... Чун Юнь на мгновение замер. Затем, будто ошпаренный, отстранился от стендов, не смея больше смотреть в их сторону: он полез слишком глубоко в своих расследованиях и обнаружил то, чего видимо ему пока знать не стоило.

Син Цю стоял под горячими струями воды, не двигаясь, опустив голову низко-низко, точно пытался коснуться подбородком своей груди. Он на секунду открыл глаза, осмотрев свое тело. И тут же закрыл: грудная клетка сжалась, воздух в лёгких кончился, и всю грудь стянуло ноющими ощущениями, от чего Син Цю невольно поморщился. Холодная плитка, к которой он прижался спиной, едва ли успокаивала бурю эмоций, что плутала в душе Син Цю в поисках умиротворения. Син Цю был мокрым, ему казалось, что прямо сейчас на него кто-то смотрит, и он не мог подавить в себе чувство тревоги, которое окутало его с ног до головы. Что-то не так... Но ему не до этого.

Встряхнув головой, пытаясь развеять пелену тумана, Син Цю увидел свое отражение в зеркале. Бледный словно первый снег, выжатый как лимон, он стоял и взирал на своё тело. Тело... Почему оно такое ненастоящее? Будто и не его вовсе.

Син Цю взглянул на руки в поисках ожогов или крови. Затем вспомнил, что та сцена была всего лишь сном, глухим воспоминанием, и на долю секунды даже словил покой. Но не надолго: он вспомнил, что Чун Юнь всё ещё ждёт его, и оставлять его одного было бы невежливо со стороны Син Цю. Выключив воду, он вышел из кабинки душа, в последний раз взглянув на себя в зеркало. Протерев его от влаги, осмотрел свое лицо. Глаза опухли из-за нескончаемых слёз, но в остальном, он выглядел намного лучше, чем перед душем. Накинув на себя халат и быстренько пройдясь полотенцем по волосам, Син Цю потянулся к двери, отпирая замок.

Не успел Син Цю сделать и шага из ванной, как тут же поскользнулся. Странно... Такая неловкость ему несвойственна. Во время падения Син Цю ударился локтями о пол, пытаясь придержать себя, и теперь руки больно ныли. Чун Юнь быстро подоспел на помощь.

– Пресвятой Моракс! – Уже начал он, быстро подбегая к месту происшествия и протягивая Син Цю руку – Как ты так умудрился? Все в порядке, Цю Син?

Долго не решаясь взять его за руку, Син Цю с тяжёлым вздохом смирился, приняв помощь.

– Даже не знаю. Но одно могу сказать точно — вода заставила меня расслабиться. Спасибо.

Довольный тем, что он смог оказать положительный эффект на состояние Син Цю, Чун Юнь мягко улыбнулся, помогая тому встать. И тихо проговорил, словно шепча:

– Не переживай. Сейчас я рядом, так что ты будешь в полнейшей безопасности.

– Да ну, – тем же шепотом ответил Син Цю – Неужели? Я благодарен превеликому экзорцисту Чун Юню за то, что тот взял меня под свое крыло.

– Ха-ха-ха! – Звонко рассмеявшись, Чун Юнь окончательно убедился в отсутствии напряжения между ними, и тоже смог наконец расслабиться – Тогда уж почту за честь стоять на страже защиты моего господина Цю Сина!

Проговаривая эту фразу, он даже не задумался над подбором слов. Однако конечное предложение заставило сердце Син Цю резко встрепенуться: Чун Юнь назвал Син Цю своим...

На щеках Син Цю заиграл мягкий румянец, одобряющий выбранные Чун Юнем слова, и он ласково улыбнулся. Хоть улыбка и была слабой, она предназначалась Чун Юню, такая искренняя и чистая, и вся его. Чун Юнь не смог сдержать своего порыва коснуться лица Син Цю своими пальцами — хотя бы на какое-то жалкое мгновение прочувствовать его мягкую кожу, словить малейшее изменение в его поведении. Син Цю никак не отреагировал, будто и вовсе не заметил этого действия, хотя внутри у него всё перевернулось с ног на голову.

Так они и простояли минут пять, пока Син Цю не чихнул, напоминая о своих влажных волосах. Тело в халате давно высохло, потому ему оставалось лишь переодеться в сухую одежду, но снова оставлять Чун Юня одного ему не хотелось. Он решил отложить переодевание на потом: ничего же страшного не случится.

– Помочь высушить волосы? – Вдруг озвучил свои мысли Чун Юнь, заставив Син Цю замереть в смятении – Я хочу чтобы ты рассказал, что с тобой произошло. Я помогу быстро высушить волосы, а дальше ты в уютной для себя обстановке и манере перескажешь мне свои чувства. Договорились, Цю Син?

Не найдясь с ответом, тот лишь неуверенно кивнул. Показав местоположение фена и сев на диван, Син Цю подождал, пока Чун Юнь настроит устройство и не подойдёт ближе. Син Цю сидел на диване, опустив голову вниз, тем самым позволяя Чун Юню удобно сушить волосы. Тот стоял спереди, держа в одной руке фен, другой перебирал пряди волос на голове Син Цю, одновременно медленно массажируя и суша́ его волосы. Покончив с нижними прядями, он попросил Син Цю задрать голову назад.

Взгляд Чун Юня упал на его изящную, словно прорисованую шею, на которой едва заметно виднелся кадык: он невольно напрягся, отгоняя от себя мысли прочь.

Закончив с просушкой, Чун Юнь спросил:

– Проверь, точно всё сухо?

Встряхнув головой, Син Цю провел пятерней по волосам, убрав мешающие пряди за ухо. Халат, в который он был одет, обнажал ключицы и малую часть груди. Чун Юнь едва сдержал себя от порыва отвернуться — ему показалось, что Син Цю сочтёт это оскорбительным жестом. Недолго провозившись, Син Цю ответил:

– Всё сухо. Ещё раз спасибо. Ты... Так много сделал за сегодня. Я поражен.

– Мелочь, – Быстро ответил Чун Юнь, а затем, словно вспомнив что-то очень важное, отложил фен и вскинул указательный палец перед Син Цю — Вот это и есть настоящая мелочь. В следующий раз если ты назовёшь свои проблемы или моральное состояние "мелочью" знай — я тебе язык с корнем оторву. Понял?

Шокировано глядя на Чун Юня, от которого услышать нечто подобное было совершенно, отнюдь неожиданно, Син Цю долго не мог подобрать слов для нормального ответа.

– Да ты хорош, – Лишь тихо выдавил он, с опаской поглядывая на Чун Юня – Не думал что когда-нибудь услышу такую речь с твоих уст. Я впечатлён.

– А что не так с речью?

– А ты не заметил? – Вопросом на вопрос парировал Син Цю – Ты угрожал мне. Угрожал между прочим! Как считаешь, могу ли я подать в полицию на тебя, сказав, что ты шантажируешь?

В голосе Син Цю был сплошной сарказм, однако Чун Юнь по неизвестной причине ответил вполне разумно, даже немного резко:

– Валяй. Без доказательств они ничего не сделают, – Тон голоса теперь больше походил на серьёзную провокацию, нежели на ответную шутку.

И тут-то до Син Цю наконец дошло, что что-то не чисто. Он встал, поправив пояс на халате, и вдруг прижал свою холодную и мягкую после душа ладонь ко лбу Чун Юня.

– У тебя температура поднялась, – Сказал он скорее утверждая, нежели спрашивая – В начале года ты говорил, что твое поведение меняется в зависимости от температуры.

– А ты, я смотрю, с хорошей памятью. И что будешь делать? Я... Чувствую себя плоховато. Смотри-ка, а ведь мы поменялись местами! – Тяжело дышащий Чун Юнь, едва держался на ногах, взирая на спокойного и непроницаемого Син Цю.

Борзый и слегка агрессивный Чун Юнь вызвал у Син Цю интерес. Он зачарованно склонил голову в бок, изучая его лицо.

– Жди здесь, – Быстро произнёс Син Цю, оставив Чун Юня одного, возле дивана.

В горле всё пересохло, разум понемногу расплывается: Чун Юнь стремительно терял над собой контроль, и это его пугало. Он здесь не для очередных выходок своего организма. Глубоко вздохнув сквозь стиснутые зубы, он сел на диван, пытаясь понять, что могло вызвать у него приступ. Может, в гостиной душно? Но почему симптомы проявились только сейчас, а не раньше? Или... Может, горячий воздух из фена как-то повлиял на его состояние?

Невольно все его мысли вновь уплыли к Син Цю. Чун Юнь закрыл глаза, и прокрутил в голове момент, как тот заправляет мешающие пряди за ухо, тем самым оголяя уже и так заметные ключицы. Дальше понеслись кадры, которых в реале не произошло, но почему-то Чун Юнь отчётливо представлял, как всё выглядело и какая была бы у Син Цю реакция, будь он мягче и соблазнительнее.

Голову совсем припекло. Чун Юнь замахал руками в попытке охладить свой же пыл, но чувство, именуемое возбуждением, окатило его с головой, не собираясь покидать.

– Держи, – Прошептал Син Цю, уже находившийся подле Чун Юня. Он протягивал ему стакан воды со льдом. Но в воде был какой-то порошок, из-за чего Чун Юнь не сразу согласился принять стакан, и тогда Син Цю объяснился – Это успокоительное. Доза маленькая, просто чтобы ты не натворил дел, пока приступы не пройдут.

Чун Юнь тут же вырвал стакан из рук Син Цю, едва не разлив содержимое. Залпом выпив всё до дна, Син Цю вытянул из его рук стакан, ибо Чун Юнь чуть не швырнул его в телевизор, не справляясь с контролем тела.

На лице Син Цю в этот же момент не отражалось ни единой эмоции. Казалось, будто его совершенно не волнует, что сейчас происходит с Чун Юнем и когда это прекратится. Он действовал точно по инструкции, что предоставил ему Чун Юнь в начале года. Главным пунктом было: "Ни в коем случае не показывать беспокойства на лице", и он строго следовал ему, словно от этого зависела его жизнь.

Вскоре буйства Чун Юня немного стихли: холодная вода охладила температуру тела, а успокоительное расслабило мышцы рук и торса, которые всё это время были страшно напряжены. Чун Юнь вздохнул, отгоняя смутную пелену тумана с рассудка. Сознание прояснилось.

– Приступ... – Тихо прошептал он в своей привычной манере, не смея взглянуть в глаза Син Цю – Мне жаль, что тебе пришлось увидеть меня в... Таком состоянии.

Сейчас Чун Юнь выглядел как никогда уязвимым. Прямо как Син Цю в момент, когда позвонил Чун Юню. Эта мысль его немного успокоила: всё же, Чун Юнь не такой идеальный, каким кажется на первый взгляд. Радует.

Син Цю не осмеливался приблизится, но сбавить холод в голосе всё-таки потрудился, и теперь на его лице засияла мягкая, едва заметная улыбка.

– Не извиняйся. Ты уже помог мне тем, что оказался рядом в очень трудную для меня минуту. Это самое малое, что я могу для тебя сделать в ответ.

– Но... Мы же так и не поговорили...

– Не беда, – Син Цю глянул на время, будто собираясь заморозить его. Время около четырёх утра. – Поговорим здесь, или направимся в спальню? Моя кровать очень удобная, уж поверь мне как её владельцу.

– Ты уверен? – С недоверием спросил Чун Юнь.

– Так точно, о превеликий экзорцист Чун Юнь, – С ноткой игривости ответил Син Цю. От такого поведения Чун Юнь мгновенно расслабился, подхватив следом.

– Ссылаясь на вашу щедрость, господин Цю Син, я последую за вами, вплоть до самого конца.

– Значит, в спальню, – Констатировал Син Цю, взмахнув пальцем в воздухе – Только дай мне минуту, я переоденусь. Не буду же перед тобой весь день в халате гулять.

– Я был бы не против.

– Не-а, такие шутки тебе не идут. Это мой стиль.

– Я серьёзно.

– Я тоже.

Осознав, что он явно потерпел поражение, Чун Юнь молча сдался, поднимаясь с дивана. Прямо сейчас он ясно дал понять Син Цю, что был бы не против видеть его в одном лишь халате, и тот никак на это не отреагировал. Есть ли хоть малейший шанс на дальнейшее развитие их романтических отношений в удовлетворительную сторону? Чун Юнь очень надеялся.

А пока, он просто стоя ждёт, когда Син Цю управиться с одеждой, и разрешит ему войти в комнату.