13 часть
Прошло несколько недель. Лето вплотную вступило в свои права - знойное, яркое и сумасшедше быстрое.
Spin Entertainment бурлила, как улей. Все - от стилистов до техников - были по уши заняты подготовкой к большому летнему фестивалю, куда впервые пригласили Шин Рюджин как сольную артистку. Это было не просто важное событие - это был новый рубеж, новая сцена, новый масштаб.
Рюджин не успевала думать ни о чём другом. Ни о Лие. Ни о воспоминаниях.
А Лиа... она тоже не напоминала о себе. Только изредка, тихо, не тревожа.
Иногда, по вечерам, она проходила мимо дома Шин, украдкой бросая взгляд на окно или крышу, будто надеясь увидеть тень, силуэт, хоть какую-то частицу той, кого она когда-то потеряла.
Йеджи же в свою очередь старалась быть ближе. Не как менеджер. Как человек. Её всё же назначили временным директором, пока не найдётся кто-то достойный.
И хоть графики у обеих были плотными до изнеможения, Рюджин находила время - прикасаться, обнимать, даже целовать, словно каждое прикосновение напоминало: ты моя, я тебя не отпущу.
В компании об этом никто не знал.
Для остальных Йеджи оставалась той же самой - строгой, собранной, профессиональной до невозможности. А Рюджин - своенравной, дерзкой рокершей, которую она должна контролировать.
Настал день долгожданного фестиваля .
За сценой творилось настоящее безумие: кто-то прокричал в ухо, кто-то пролил воду на кабель, кто-то не мог найти наушники, кто-то кричал, что "вот-вот выходим!".
Рюджин стояла у гримёрного зеркала и прищурилась.
- Что за фигня с моими губами? - буркнула она, наблюдая, как блеск, который ей нанесли стилисты, переливается глянцем под софитами. - Выглядит так, будто я только что поцеловала говно, а потом меня вырвало...
- Хватит капризничать, - оборвала её Йеджи. - Пошли. До выхода одна песня.
- Но, Йеджи...
- Нет. Довольно. - Хван уже подгоняла её, как школьницу на контрольной.
Рюджин бурчала, пыхтела, изображала недовольство и даже издала пару нечленораздельных звуков, но всё равно шла рядом, пока Йеджи почти тащила её за руку.
- Ты ведёшь себя как пятилетний ребёнок, - строго прошептала она. - Там, между прочим, тебя ждут сотни фанатов.
- Вот именно, - хмыкнула Рюджин.
Группа на сцене закончила выступление. Толпа встретила финальные аккорды бурей аплодисментов.
Звукоинженер крикнул в рацию: «Шин! Приготовиться!».
Но... вместо того чтобы шагнуть вперёд, Рюджин резко схватила Йеджи за руку, и с неожиданной силой притянула к себе, припечатывая её к стене за одной из перегородок за кулисами. Там было пусто.
Йеджи не успела ничего сказать. Она только посмотрела в её глаза.
- Фанаты подождут меня, - прошептала Рюджин с опасной усмешкой, едва касаясь губ Йеджи.
И в следующее мгновение она поцеловала её.
Глубокий, страстный, сметающий всё - мысли, правила, реальность.
Шин целовала так, будто на сцену уже вышла, и единственная её песня это она - Йеджи.
Блеск на её губах моментально размазался - по щеке Йеджи, по её подбородку, даже немного по носу.
Шум вокруг, горячее дыхание, бешеное биение сердца - всё слилось в жаркую, безумную секунду.
Когда Рюджин наконец отстранилась, её губы блестели, а на лице была ухмылка победительницы.
Йеджи замерла, её глаза расширились.
- Ты с ума сошла?! Господи... твоё лицо!
Она резко развернулась, метаясь в своей сумке в поисках салфеток.
Рюджин хмыкнула и провела пальцем по щеке Йеджи, где осталась помада.
- Думаю, это шикарно завершает мой образ. Протри своё лицо. - С этими словами она подмигнула и направилась на сцену, ни капли не волнуясь, что её ждёт впереди.
Йеджи стояла, всё ещё не до конца понимая, что только что произошло.
Чёрт...
Эта девушка.
Она - настоящая буря, шторм, торнадо. Но не Рюджин, которого она знала в начале.
Рюджин выступала и буквально разжигала сцену.
С каждой песней, каждым аккордом, каждым вдохом - она словно взрывала зал. Толпа была в экстазе. Их крики, хлопки, свист и пение создавали гул, проникающий до самой кожи.
Звуки ударных вибрировали в груди, прожекторы сменяли цвет, выхватывая лицо Рюджин - то светлое, искренне улыбающееся, то сосредоточенное и погружённое в музыку. Она бегала по сцене, крутилась, махала руками, играла на гитаре, кидала в толпу подмигивания.
Она была звездой.
Йеджи стояла за кулисами.
Где-то рядом метались стафф, кто-то передавал рацию, кто-то ловил ритм, пританцовывая на месте. Но Йеджи не замечала никого.
Только её.
Только Рюджин.
Словно весь этот сумбур был замедленным видео, а Шин - единственная в фокусе.
И вдруг рядом кто-то остановился.
- Она сияет, - голос прозвучал почти шёпотом и с ноткой гордости.
Йеджи чуть вздрогнула и повернулась.
Это была Лиа.
Такая же спокойная, в светлой блузке, с немного грустной улыбкой на губах. Она смотрела на сцену с чем-то, что сложно было назвать одним словом.
Смесь нежности, сожаления... и, возможно, тепла.
- Ты пришла, - тихо сказала Йеджи, немного растерянно.
Лиа кивнула.
- Я не была уверена, стоит ли. Но... я хотела видеть её такой. - Она перевела взгляд на Йеджи.
- Если честно, я завидую. Тебе. Всем, кто рядом с ней.
Несколько секунд они молчали.
Звуки сцены, крики фанатов, музыка - всё было как на другом уровне. В их маленьком островке царила тишина.
- Иногда мне хочется быть частью этого. Но... боюсь, уже поздно. Я вернулась - и поняла, что у меня никого нет. Ни друзей. Ни... ничего. - Она усмехнулась, но глазах
была грусть. - Всё, что у меня есть сейчас - пустая квартира в Каннаме. И немного сожалений.
Йеджи посмотрела на неё и мягко улыбнулась.
- Это не так.
Она указала пальцем на себя:
- Поздравляю. С сегодняшнего дня у тебя есть одна подруга.
Лиа чуть не рассмеялась, не зная, как реагировать на такую неожиданную доброту.
- Нет, их две, - раздался знакомый голос сзади.
Они обернулись. Это была Юна.
- Я... хочу извиниться, - немного неловко сказала она. - Я плохо о тебе думала. Не зная всей правды конечно. Но теперь... - Она посмотрела прямо в глаза Лие и кивнула.
- Ты не одна.
Лиа замерла, но затем кивнула.
- Спасибо.
- Не переживай. Теперь у тебя целых две подруги, - Юна легонько толкнула её локтем, и в этот момент глаза Лии
засверкали от слёз.
- Или три, - появилась Чэрён, как будто материализовалась из воздуха, с мороженым в руках. - Друзья Йеджи - мои друзья тоже по умолчанию, - пожала плечами она. - Так что, приятно познакомиться.
Они все рассмеялись. Словно были старыми друзьями, которые встретились спустя долгие годы.
- А ты чего тут? - спросила Йеджи.
- Угадай кто спонсор этого фестиваля? - она указала на постер за её спиной. - Наша компания. Пришлось умолять коллегу меняться с местами.. Промахну я отчёт, но зато не пропущу легенду на сцене, - Чэрён подмигнула.
- А я притащила маму, сказала Юна, перекатываясь с пятки на пятку. - Она так хотела увидеть Рюджин, поэтому забрала её из больницы. Ненадолго, конечно. Но она сейчас там, в зале, хлопает как сумасшедшая.
И они снова рассмеялись
Пока за кулисами шёл тёплый разговор, Рюджин уже исполнила пять песен. Публика пела с ней, кричала, зажигала свет телефонов, танцевала - зал дышал ею. Она танцевала, прыгала, играла на гитаре, перекидывалась репликами с фанатами, будто родилась для этого.
И вот, когда она должна была уйти, Шин подняла микрофон:
- Спасибо всем, кто поддерживал меня с самого начала... и поддерживает сейчас. - Она сделала паузу. - Я буду стараться ещё больше!
Толпа снова взорвалась аплодисментами.
- Но перед тем, как я уйду, - она широко улыбнулась, - я бы хотела поделиться с новой песней.
Весь зал загудел.
Стафф в замешательстве переглядывался. Это не было в плане.
- Песня ещё сырая. Но я обещаю - я её допишу. - Она улыбнулась. - Она описывает мои нынешние чувства. Моё состояние. И сегодня - вы первые, кто её услышит.
Она обернулась - и её взгляд нашёл Йеджи.
Потом - Чэрён, Юну... и Лию.
На мгновение в глазах Шин мелькнуло нечто... непонятное.
Словно эмоции смешались, как краски на холсте. Но, вопреки страху, она широко улыбнулась. Каждой. В том числе и Лие, будто потверждая, что она всё ещё является её подругой.
Шин положила руки на гитару.
- Представляю вам... "Синдром зависимости".
Прозвучали первые аккорды - слегка хрипловатые, но искренние. Группа позади на секунду замерла, но быстро подхватила тон.
Им не нужно было много - они чувствовали её.
Зрители замолкли. Атмосфера сразу поменялась - из дикого драйва в внимание и тишину. Мелодия шла как исповедь, как внутренняя боль, завернутая в силу и музыку.
Песня была не про первую любовь, не о Лие, ни о ком другом.
Она была о Йеджи.
О том, как однажды кто-то стал нужен, опасен, необъясним.
О том, как привязанность становится болью.
И как, несмотря на всё, ты больше не можешь без неё.
Йеджи слушала.
И понимала.
~Ты преследуешь молча, как призрак в дождях,
Твоя тень - прикосновение в моих снах.
Пыталась стереть, но ты - в моей крови,
Каждый вдох, каждый стук - ты во мне живи.
Зову это безумием, но, может, судьба
Нет лекарства, лишь любовь, что душит меня.
Это не любовь - это риск и жара,
Я снова сгораю, не зная зачем и когда.
Ты - лихорадка, что я не снесу,
Сладкая боль на каждом шагу.
Зависимость - твоё имя во мне,
Но винить я могу лишь себя вполне.~
Рюджин пела, будто впервые позволила себе не сдерживаться.
И зал слушал, замирая, будто каждый из них знал - они стали свидетелями рождения чего-то большего, и с этого момента - началом новой жизни, без обид, без сожалений.