Глава 21
1926 год. Академия на тот момент была всего лишь едва открывшейся и начавшей свою работу школой для талантливых детей. Молодой двадцатисемилетний Николас Маттео тщательно занимался подбором ребят, желающих учиться в этом прекрасном месте. Он, как и его брат Оливер, который был младше всего на год, вёл занятия самостоятельно, обучая детей не только основам всех наук, но и творческой деятельности. Учащихся было немного, но тем не менее школа не теряла своей перспективности и надежды на большой рост.
- Уже восемь лет без тебя, сестрёнка, - шептал под нос Николас, стоя у окна и рассматривая каждый лепесток на цветущих в поле лилиях. - И ровно восемь лет, как родился наш племянник, твой сын Теодор. Надеюсь, ты спокойна, потому что мы стараемся подарить нашему мальчику лучшую жизнь.
- Дядя Нико? - прозвучал за спиной мужчины сладкий детский голос.
- Тео, мальчик мой! - радостно воскликнул Николас и поспешил обнять племянника, покрутив его в воздухе. - С днём рождения! Идём скорее, стол уже накрыт, а свечи в торте до сих пор никто не задул.
- Спасибо! А дядя Оли придёт? - спросил мальчик, усаживаясь за небольшой стол, который ломился от вкусной еды. - Он сильно опоздал на занятие недавно, а на моё выступление, где я играл на флейте, вообще не пришёл. У него что-то случилось?
- Не беспокойся, мальчик мой, лучше бери кусок торта, смотри, какой огромный, - дядя протянул племяннику шоколадный бисквит с вишнёвым кремом. - Дядя Оли немного занят своими делами. Он что-то исследует, но пока не говорит об этом ничего.
- Он выглядит болезненным и уставшим, - в глазах Теодора читались сочувствие и тревога. - А вчера ночью я слышал, как он ходил мимо моей комнаты и бормотал странные слова. Я даже записал их в свой дневник.
- Правда? И что же он говорил, поделишься? - улыбнулся Николас, приблизившись к мальчику.
- Что-то про зло, а ещё он сказал слово "уничтожить". Что дядя Оли имел в виду?
Дверь внезапно распахнулась и в кабинет вошёл второй из братьев Маттео. Он выглядил весьма уверенным в себе. В руках Оливер держал большую коробку с бантом, которую он собирался вручить племяннику.
- Уже разрезали торт! Как печально, что без меня! - Оливер отличался от своего брата хитрым взглядом и вечной улыбкой. - Держи, Тео, подарок от дядюшки.
- Спасибо!
- Даже и не верю, что ты уже такой большой. Недавно был карапузом и вырезал фигурки из важных записей дяди Нико.
- Как будто бы не ты дал ему ножницы тогда, Оливер, - нахмурился Николас. - Лишь бы кому-то насолить! Садись уже за стол, пока еда не остыла. Тебя вечно не дождёшься. Что за синяки под глазами? И почему ты ходишь в неглаженном жилете?
- Дорогой мой Николас, ты слишком много болтаешь, - посмеялся мужчина и подмигнул племяннику.
- Тогда один вопрос. Может, поделишься, где ты пропадаешь ночью?
- Нико, друг мой, может не будем при детях, - продолжал беззаботно посмеиваться брат, накладывая себе порцию праздничного салата. - Но вообще я занимался подсчётом наших сбережений и выручки, чтобы заплатить кухаркам и нянькам, которые заботятся об учениках школы.
- Ты этим занимался в подвале? Всю ночь?
- Да, а что тебя смущает? - как ни в чём не бывало улыбнулся Оливер и поднял стакан с клюквенным компотом. - За тебя, наш Теодор, оставайся таким же талантливым и умным человеком! И пусть ничто не сможет отобрать у тебя принадлежащее тебе.
- Спасибо, дядя Оли, - скромно произнёс мальчик.
- Вот так вот, - самодовольно кивнул Оливер. - И не забудь эту цитату поместить в своей дневник. Кстати говоря, ты далеко его запрятал?
- Нет, я всегда ношу дневник с собой, - отвечал беспокойно мальчик.
Признаться честно, в последнее время Оливер сильно пугал Теодора, раньше такого странного поведения дяди он не замечал. Но, может, потому, что мальчик и сам был младше. А сейчас один из братьев Маттео сильно беспокоил его. Особенно каждый раз, когда дядя Оли разными способами просил у племянника его дневник.
***
Наши дни.
Джульетта в тот вечер осталась с Эваной в гардеробе. Они сидели на скамейке в пустой академии и, попросив парней оставить их наедине, вели душевный разговор. Джульетта обнимала подругу, позволив ей сосредоточиться на своих мыслях.
- Мы не хотели вас обманывать, - Эвана сидела, опустив голову. - Я знаю, что скрывать отношения - это глупо, но как бы мы поступили иначе?
- Я понимаю...
- Вы с Мадиной терпеть не можете этих парней, вы высмеиваете каждый их шаг, а они не лучше относятся к нам, - продолжала девушка. - Но между мной и Томом проскочила связь с первого же дня здесь. Я знаю, какой он на самом деле замечательный человек. Но мы вынуждены были скрывать...
- Да, ничего страшного.
- Потому что даже его родители будут против нашего союза! Это было очень тяжело, все эти тайны... А ужасно то, что Валентина, узнав об этом, шантажировала меня. И я отказалась от участия в ТалантШоу из-за неё...
- Это ужасно.
- Джульетта, даже не думай со мной ругаться на этот счёт! - вспылила девушка. - Погоди, что ты сказала?
- Я понимаю тебя, Эвана, и ни в коем случае не осуждаю. Любовь - это прекрасно.
- И вы не будете презирать меня за отношения с Томом?
- Что за глупости? - усмехнулась Джульетта и ещё крепче обняла подругу. - Мы только за твоё счастье. И, кстати, знаешь, иногда эти парни могут быть не такими противными.
Девушка дружно засмеялись.
- Спасибо тебе за понимание. Сейчас Том поговорит с Дином, а это значит, что скоро все будут в курсе и можно будет не скрываться. Волнительно.
- Если вы действительно любите друг друга, то ничто не сможет напугать вас. Всё будет хорошо, Эвана!
***
- Сколько можно ждать от тебя хоть каких-то вестей? - доносился из глубин подвала грубый и раздражительный голос.
Райан стоял в центре каменной холодной комнаты, которую пытались хотя бы немного согреть настенные свечи. Вокруг него ходила недовольная Мэри в чёрном плаще, лишь только яркие красные волосы выделялись на фоне бесконечного мрака.
- Оливеру, как и нам, его последователям, надоело ждать этот никчёмный песенник, - продолжала яростно она. - Просто возьми и принеси - это была твоя задача! Выполни её уже наконец.
- Послушай, Мэри, - спокойно отвечал парень, - я делаю всё возможное. Мне пришлось даже попасть в лечебницу, потому что я тренировался над заклинанием, которое способно снять барьер с песенника, чтобы я мог до него докоснуться. Но заклинание вышло неудачно. Я повредил ногу, сам не понимаю каким образом. Просто я ещё не умею использовать все эти ваши магические штуки.
- А здесь никто не будет с тобой нянчиться, Рич. Ты такой же, как и твой отец.
Мэри выдохнула, и голос её стал более умеренным и тихим. Она подошла к Райану вплотную, пытаясь донести до него каждое своё слово.
- Песенник необходим Оливеру. Сейчас его дух питается через старый дневник Теодора, эта жалкая тетрадка держится на последнем издыхании. Песенник этой девчонки, наследницы Теодора, поможет духу Оливера стать материальным. Мы сможем его видеть, понимаешь? А значит творить невероятные вещи! Мы сможем править миром.
- И последователи тоже?
- Мы все - главные люди для своего хозяина, мы будем сильнее всех, понимаешь? - в глазах Мэри горел огонь, и это не могло не пугать и не восхищать одновременно. - Песенник девчонки необходим нам. И если у тебя не получается справиться с задачей, то мне придётся вмешаться.
- Вмешаться?
***
Двор студенческого дома замело снегом, декабрь дал о себе знать. Для всех студентов белая пелена на улице казалась чудом и сказкой, но для Салли и Валли дополнительной работой.
- Какой сугроб получился за ночь! Хоть прячься за ним - никто не увидит, - ворчал под нос Валли, проходясь лопатой по дороге. - Подай-ка мне перчатки, пальцы замерзают. Слышишь, Салли?
- Смотри, я снеговик, - хихикал Салли, удерживая на голове комок снега с ветками по бокам.
- Ты чем занимаешься? - злился Валли. - Я один тут всё расчищаю, пока ты лепишь всякую чушь!
- Да ты только пять минут назад лопату взял! - нахмурился Салли. - А до этого лежал на снегу, делал снежного ангела и уверял меня, что так дороги лучше расчищаются.
Валли, разозлившись ещё больше, кинул в друга снежок. Конечно, в ответ ему прилетел ком побольше. И эту войну завязали только внезапно подошедшие люди. Кстати, ни Салли, ни Валли не заметили, откуда они возникли.
- Мне нужна информация, - строго заявила девушка.
Это была Мэри, а около неё стояли двое крупных мужчин. Рядом с ними последовательница тёмных сил выглядела маленькой и хрупкой, но тем не менее оставалась коварной и злой.
- Оу, - кокетливо улыбнулся Салли. - Что такая красотка делает у нас во дворе?
Мэри закатила глаза.
- Вот этого в случае чего хватай первого, - шепнула она одному из мужчин. - Так, я наслышана, что вы здесь работаете. Мне нужно попасть внутрь и найти девушку.
- Зачем такой прекрасной даме кого-то искать, - Салли, подмигивая, приближался к Мэри. - Если нужна настоящая мужская помощь, мы с моим другом уже здесь. Где вы ещё найдёте таких отменных силачей?
- Сопли подотри, - брезгливо произнесла Мэри. - Нам нужна племянница директора.
- Оу, мы её знаем, - кивнул Валли. - Что ей нужно передать?
- Вас это не касается, мои помощники сами обо всём позаботятся. Ваша задача отвести их к ней. Просто подскажите им, как она выглядит. А потом вы можете дальше заняться своим никчёмным существованием.
Салли и Валли, судорожно сглотнув ком в горле, кивнули и направились в сторону студенческого дома, сопровождая двух устрашающих мужчин. Сама Мэри исчезла куда-то в первые же несколько секунд.
***
Лёгкий ветерок играл в волосах. Она чувствовала его руки на своей талии, расстояние между ними сокращалось с каждой секундой. Если бы не луна, освещающая их, словно прожектор, она бы не видела даже его силует. Но здесь хотелось не смотреть, а ощущать. До чего прекрасная музыка создавалась в пространстве, будто сама природа играет на невидимых инструментах! Он поднял её на руки и осторожно покрутил, а когда поставил на землю, то ещё сильнее притянул к себе. Музыка заставляла их сблизиться. Ещё немного и...
- О мамочки! - выдохнула Джульетта, резко вскочив с кровати.
Ей были необходимы ещё несколько минут, чтобы собраться с мыслями и понять, что произошло.
- Сон, - прошептала она под нос. - И снова эта загадочная музыка.
- Повтори всё, как было! - доносилось за стеной, будто кто-то недалеко от комнаты Джульетты влип в жуткий спор. - Я говорю, что там была она! Вы что такие непонятливые?
Джульетта сморщилась и, когда вновь упала на постель, заткнула уши подушкой.
- Как же мне надоело! Я сейчас ей позвоню и мы во всём убедимся! - сердился знакомый голос.
- Парень, у нас свои дела тоже есть, - отвечал ему кто-то, но менее грубо.
Джульетта нахмурилась сильнее и спряталась под одеяло. Что за мучение? Единственный выходной - и то не дают по-человечески выспаться. Но чья-то ссора не прекращалась, и девушка пошла на крайние меры. Встав с постели, она вышла из комнаты в одних тапочках и смешной пижаме с нарисованными уточками.
- Вы можете переместить свою дискуссию куда-нибудь подальше от нашей комнаты? - неожиданно ворвалась в диалог она и тут же закатила глаза. - Ну, да, конечно. Как могло быть по-другому? Дин Гансалес.
Дин в недоумении обернулся, и уголки губ его невольно поднялись.
- А, это ты. Милый прикид.
Напротив парня стояли Салли и Валли в зимних рабочих куртках и, видимо, им было до невозможности жарко. Но Дин не давал им никакого шанса уйти.
- Стой здесь, - сказал он Джульетте. - Ты как раз вовремя.
- Эй, парень, - тихо и пугливо произнёс Салли, - если мы сейчас не уберём сосульки с крыши, директор нас накажет.
- Подождут ваши сосульки! - грозно отвечал Дин. - Ещё раз скажите мне, кого вы видели в технической комнате? Кто оборвал тросы певице?
- Ну, эта... Эванс, - вспоминал Валли. - Как её там? Джульетта!
- И Ромео, - хихикнул Салли.
- Ты дурак? - закатил глаза первый. - Там только Джульетта была.
- Это ложь! - воскликнула девушка, сложив руки на грудь.
Дин недовольно приложил телефон к уху.
- Ало, ты не придёшь? Мы вообще-то ждём. Какие проблемы ещё? Ладно, позже поговорим, - парень сбросил трубку и стал что-то энергично искать. - Вот, фотография. Эта девушка, судя по камерам, оборвала тросы. Вы её видели?
Салли и Валли кивнули. Дин был удовлетворён тем, что остался прав, но всё же некая несостыковка его смущала. Он обернулся к такой же недоумённой Джульетте и показал фотографию ей.
- Это Валентина Мун, - заявил уже спокойнее Дин. - И именно она оборвала тросы.
- Нет, тросы оборвала Джульетта, - вновь противостоял Салли. - А кто такая Валентина - мы не в курсе.
- Вас в детстве не роняли, послушайте?! - парень держался из последних сил. - Девушку на фото зовут не Джульетта, а Валентина.
- И что? - закатил глаза Валли. - Вы думаете, что если эта девушка на фото племянница директора, то ей всё можно? И тросы сорвать, и имя сменить?
- Она не племянница директора, - ответил Дин.
Джульетта активно следила за разговором.
- Нет, ты не прав, - сказал Салли. - Мы чётко слышали: Джульетта Эванс - племянница директора.
- Что? - уже вырвалось из уст девушки.
Невозможно было поверить в тот бред, который твердили эти двое. Но в этой академии произошло столько странностей, что каждая новость, которая может оказаться неправдой, всё равно шокировала.
- Я Джульетта Эванс. И мы с директором Боуэном никакие не родственники.
- Ой, - неловко посмеялся Салли, стараясь сгладить ситуацию. - А мы уже сказали каким-то странным гостям в чёрной одежде, что та девушка, которая Валентина, - племянница директора.
- Что? - воскликнул Дин, округлив глаза.
***
- Ай! Отпустите меня! - Валентина визжала от страха и боли, но оставалась неприступной внешне и довольно грубой. - Вы что, совсем спятили? Кто вы такие? А кто я такая - знаете?
Но незнакомцы ей не отвечали. Они схватили девушку за локти и скрутили руки за спину. Валентина была зажата между двумя громилами, которые не реагировали на крики и молча выполняли свою работу.
- Что же вы за тупицы такие? - негодовала она и топала ногами. - Что вам от меня надо?
- Племяннице директора следует молчать, - не сдержался и заговорил один из громил. - Иначе мы твоего дядьку в два счёта...
- Тихо! - шепнул второй. - Нам нельзя вести диалог с жертвой.
- Да, - согласился первый. - Я просто хочу, чтобы она знала своё место. Мы спокойно можем уничтожить её дядьку. И всех остальных тоже, хи-хи, - прыснул он.
- Жертвой? - произнесла под нос Валентина больше не от страха, а от брезгливости.
В тёмном коридоре больше не было никого, кроме этих троих, но в какой-то момент послышались шаги четвёртого человека. Это была девушка, судя по скрипу зимних сапог и стуку высокого каблука на них. Она приближалась медленно, будто в предвкушении чего-то до жути желанного.
- Отдавай песенник, милая, - сходу начала говорить Мэри.
В полумраке её лица почти не было видно, но с каждой секундой Валентина пыталась всмотреться во внешность незнакомки. Однако разглядеть что-то было крайне трудно - спина девушки была настолько согнута, что долго удерживать голову становилось невозможно, а часть лица скрывали взлохмаченные волосы, иногда они неприятно попадали в рот и глаза. Мэри даже не старалась смотреть на девушку, она будто обращалась к пустоте.
- Что ты несёшь? - устало произнесла Валентина. - Классные сапожки. В вашем возрасте не противопоказана такая узкая обувь?
- А ты разговорчивая. Ты, видимо, не в дядюшку, - улыбнулась Мэри.
- Вообще не понимаю, к чему тут мои родственники. Отпустите меня, я вам посоветую хороший крем от морщин.
- Ах ты мелкая негодяйка! - Мэри подошла ближе к девчонке и взялась за её воротник, освободив от хвата охраны. Пленница подняла голову, волосы убрались с лица. Понадобилась всего секунда, чтобы осознать - перед злодейкой вовсе не Джульетта Эванс. Глаза округлились от удивления. - Валентина?
Девушка была шокирована не меньше самой Мэри.
- Мам?