Часть 73
- Что? Что вы мне объясните... Вы... Вы... Что вы тут вообще... Это отвратительно!
Юркино сознание будто отключилось, он не мог решать что-либо, делать выводы. Он даже не чувствовал рук, а ватные ноги не гнулись. Но медлить было нельзя. Невероятным усилием воли Юрка заставил себя решиться и подошел к ним. Маша уставилась на него еще более дико и испуганно, чем на Володю.
- Маш, - произнес Юрка, с трудом выговаривая слова, - ты только не думай ничего плохого.
- Вы ненормальные, вы больные!
- Нет, мы нормальные, просто...
- Зачем вы это делаете? Это же неправильно! Так не бывает, так не делают, это совсем... совсем...
Маша задрожала и всхлипнула. «Ещё чуть-чуть, - понял Юрка, - и у неё начнётся истерика! Прямо сейчас она пойдёт и всем!..»
Он не закончил мысли. Тут залихорадило его самого. Перед глазами поплыло и потемнело. Казалось, Юрка вот-вот упадёт в обморок, а потом сразу под землю - от ужаса ноги не держали. Худо-бедно сохраняя хотя бы внешнее спокойствие, он не мог отвязаться от страшных картин, непрерывно всплывающих в воображении, картин того, что ждёт их с Володей, когда Маша всем расскажет: позор и осуждение. Они станут изгоями, их накажут, страшно подумать - как!
- Это баловство, понимаешь? - нервно хохотнул Володя. - Шалость от нечего делать, от скуки. И в этом нет ничего серьёзного. Ты права, такого не бывает, у нас ничего на самом-то деле и нет.
- Тебе девушек мало? Что ты в нем ищешь такого, чего в нас нет?
- Конечно нет! Сама подумай: природой заложено, что парни любят девушек, мужчины - женщин, так и есть... Машенька, я ничего не ищу и не собираюсь. И не найду. Мы же... мы же с Юркой просто... мы друг другу никто, разъедемся из «Ласточки» и забудем. И ты забудь, потому что эта ерунда ничего не стоит, это придурь, блажь...
Юрка слышал его глухо, будто через стену. Не чувствуя ни рук, ни ног, не в состоянии ровно дышать, он закрыл тяжёлые веки и вздрогнул от боли. Она жгла всё тело, не концентрируясь в одном месте, она растеклась повсюду, кажется, даже за пределы его тела. Ведь Володя мог бы сказать, что они это сделали на спор, да что угодно мог сказать, хоть «учимся целоваться», вдруг она бы поверила? Юрка открыл глаза, посмотрел ей в лицо и прочёл - нет. Машу не провести отговорками, шутками и обещаниями. Чтобы поверить, ей нужна была правда, хотя бы крупица, но правды, а в словах Володи правда была: законы природы, расставание, «мы с Юрой просто...».
Юрка уставился на Володю, ища ответ на страшный вопрос: «В том, что ты говоришь, есть хотя бы капля лжи?» Ему было больно слышать всё это и еще больнее понимать, что сказать именно так - единственный выход.
- Пожалуйста, Маш, не говори об этом никому. Если о таком узнают... Это пятно на всю жизнь и испорченное будущее. Понимаешь? - продолжал Володя. Юрка стоял немой, как и прежде.
- Ла... ладно... - всхлипнула Маша. - Поклянитесь, что вы больше никогда такого...
Володя глубоко вдохнул, будто собираясь с мыслями:
- Клянусь. Больше никогда.
- И ты, - Маша повернулась к Юрке. Её взгляд из умоляющего стал злым. - Теперь ты!
Юрка перехватил на мгновение Володин взгляд и увидел в нём чистое, абсолютное отчаяние.
- Клянусь. Никогда, - задохнулся Юрка.