33
Иной мир. Май 2024г.
Мир.
Я вернулся. Я снова душа, а не человек. Память о моей земной жизни, мне, как и полагается, стёрли начисто, вернув прежние воспоминания до ссылки. Теперь я бывший преступник. Непривычно ощущать себя в этом статусе, и понимать, что длительное и строгое наказание осталось позади, при этом, не помня его. Хотя я чувствовал непонятные изменения внутри, скорее всего – это оно и было: следствие прошедшей ссылки.
Я решил оставить себе новую оболочку – того, кем был в Человеческом мире. Это было моим правом, и я посчитал, что так будет правильно: сохранить хоть что-то в память о моём проступке и об изгнании. Тем более, мой новый вид мне нравился. Раньше я тоже был высоким, широкоплечим и темноволосым, но с зелёными глазами, доставшимися мне от последнего воплощения на Земле, более суровым и взрослым. Теперь же я имел более мягкие черты молодого человека: густые чёрные брови, темно-карие глаза с длинными ресницами, почти прозрачными на концах, смуглую кожу и копну тёмно-русых волос, торчащих в беспорядке в разные стороны.
- Мир! – Аллель радостно обняла меня, как только я оказался на рабочем месте. – Ты вернулся!
- Да. Вернулся. – мне приятна была такая реакция подруги, и я сомкнул руки вокруг её талии.
- Мне нравится, как ты теперь выглядишь. – голубоглазая душа с почти белыми волосами отстранилась от меня, внимательно разглядывая. – Хотя и твой прежний вид мне нравился. Но сейчас в тебе появилось что-то необычное, неуловимое.
- Я рад. – улыбнулся я искренне сияющей подруге.
Спустя несколько мгновений пространство многократно расширилось, впуская в себя новые души, и совсем скоро я оказался в окружении толпы друзей и коллег. Все были очень рады видеть меня, поздравляли с окончанием ссылки и с возвращением в Иной мир, оценивая мой новый облик. Когда все лишние души, наконец, занялись работой, и я остался только в кругу близких, Ясн, смеясь, произнёс:
- Надеюсь, ты больше никуда не ввяжешься, экспериментатор.
- Да, мы очень переживали за тебя, - подхватила Адени. – Разве оно того стоило?
- Я вообще до сих пор нахожусь под вниманием стражей, - добавила Аллель почему-то шёпотом. – Хотя, твое наказание окончено, а значит, моё – тоже. Но стражи – повсюду, хоть и незримые, но я чувствую их присутствие.
- Очень интересно, - я внимательно заглянул в глаза Аллель. – Мне Оттис перед ссылкой говорил, что мы совершили что-то, выходящее за рамки, и с чем они не сталкивались никогда. Но, что именно, мне так и не удалось от него узнать.
- Я очень надеюсь, что ты не будешь это выяснять. – пристальный взгляд Лада заставил замолчать. – Ты только вернулся из ссылки, и ещё не приступив к работе, уже снова пытаешься лезть, куда не следует.
- Ему просто нужно поскорее найти пару, и лишние мысли вылетят из головы мгновенно. – как-то излишне громко произнесла Нежия
- Что вы так носитесь с этими парами? – я удивлённо вскинул брови. – Мне и одному вполне комфортно.
- Ооо... - широко улыбаясь, протянула Адени. – Он даже не догадывается, что его ждёт.
- Как только ты её увидишь, весь мир померкнет в сравнении с ней. Ты не сможешь говорить, думать, важна будет только она. – задумчиво пропела Нежия.
А мне наоборот ещё больше расхотелось, чтобы со мной произошло что-то подобное. И вообще, вся эта история с парами была похожа на какую-то уловку, специально заставляющую отвлечь души от неправильных мыслей и поисков истины. Почему вообще в Ином мире есть какие-то тайны от рядовых душ? Мы ведь практически ничего не знаем об устройстве миров, даже об Ином мире, жителями которого являемся, у нас весьма скудное представление. Отчего всё так?
Кажется, ссылка повлияла на меня совсем не так, как должна была. И в моей голове появилось ещё больше вопросов и сомнений, и жгучее желание докопаться до истины. Только под неусыпным контролем стражей, да и вообще с нашими ограниченными возможностями в поиске информации, будет очень сложно чего-либо добиться.
В своём архиве перед тем, как отправиться на работу, я отыскал карту миров, импровизированную, составленную когда-то мной самим по собственным впечатлениям от путешествий и по рассказам друзей. Это было важным для меня, так как раз в месяц все наши воспоминания о проведённых за это время снах полностью уничтожались, исчезали, будто на человеческом компьютере очищали корзину. На моей карте было девять миров, которые все мы посещали по многу раз: Иной мир, Человеческий мир, остальные семь – без названия, но с подробным описанием. Миров, похожих на человеческий, было ещё два. Один из них совсем неразвитый, в нём люди до сих пор жили в первобытнообщинном строе, и никак не могли оттуда выбраться. Это просто мир постоянных катастроф и катаклизмов, не позволяющих людям подняться хотя бы ещё на одну ступень эволюции. Там очень красивая, нетронутая цивилизацией, природа, но много выжженных полей и лесов, затопленных лугов, залитых раскалённой магмой горных склонов, засыпанных вулканическим пеплом территорий. Много безжизненных пустынь. И горстки несчастных людей, вынужденных постоянно убегать от смерти, искать убежище. Второй мир – наоборот, достиг таких высот в технологическом развитии, что для людей в двух других человеческих мирах, эти долгоживущие, победившие болезни и нищету люди показались бы инопланетянами из далёких высокоразвитых цивилизаций. Там мало что осталось от дикой природы – только искусственно ограждённые специальными куполами участки, куда переселили оставшихся диких животных и пересадили редкие растения со всей планеты. Духовная и культурная составляющая жизни в этом человеческом мире давно утрачены, в нём нет боли и страдания, нет преступлений и наказаний. Казалось бы, он – идеален. Но он похож на застывшую ледяную картинку из фантастического фильма. Живой и неживой одновременно.
Есть ещё один мир, странный и мрачный, где существа, похожие на людей, бродят бессмысленно, словно тени. Время в нём будто бы остановилось. Там только пустота, покой и безмятежность, нет эмоций, нет звуков и запахов.
Остальные миры – красочные, но опасные. Всё в них - хищное, заставляющее выживать, отвоёвывать своё право на существование.
Было ещё множество безжизненных миров, либо таких, в которых была неосознанная жизнь, без разума и воли, без человеческих черт внешних и внутренних. И ещё семнадцать миров, в которых каждая душа из тех, кто делился со мной впечатлениями после ночных путешествий, бывала лишь однажды.
Почему именно Человеческий мир является источником для пополнения Иного мира? И почему только один из трёх? Как пополняется сам Человеческий мир, как взаимосвязаны все миры между собой, и связаны ли они вообще?
Снова куча вопросов без ответов, и без возможности хоть когда-нибудь что-нибудь узнать.
Оставив все размышления о недостатках нашего бытия на потом, я приступил к работе. Мне вернули всех людей, которых я вёл по судьбе до совершения преступления. Всех до единого. Лад, передавая мне моих подопечных, как-то странно посмотрел на меня, будто хотел что-то сказать, но не решился. А я и не стал спрашивать, зная Лада и его слишком правильное отношение к жизни в нашем мире.
Я развернул перед собой площадку, где все люди, курируемые мной, стояли в едином потоке так, что я видел каждого из них. Порядок моей работы был всегда одинаков. Сначала я должен был отсмотреть тех, кто горел красным, они слишком круто ушли с правильного пути, рискуя пройти точку невозврата, и их следовало в первую очередь любыми средствами вернуть на верную дорогу судьбы. Либо прекратить их жизнь, чтобы урок начался заново. Следом шли оранжевые – это те, кто критически отклонился от линии судьбы, для них нужны были жёсткие меры в виде болезней, несчастных случаев, серьёзных потерь, чтобы они поняли, что идут не туда, куда следовало. Жёлтые – отклонившиеся от жизненного урока незначительно, им достаточно было дать подсказку, незаметный толчок. И, наконец, белые, идущие правильным путём сами по себе. В их жизнь мне вмешиваться не следовало.
Красных сегодня было трое. Один из них уже не мог пройти свой урок, окончательно свернув не туда. Он должен был стать архитектором и спроектировать важную конструкцию, принципиально новую, но он потерял всё, стал бездомным алкашом, подцепив неизлечимую болезнь. Я поставил его жизнь на паузу, совсем скоро она должна прекратиться, болезнь окончательно добьёт бедолагу.
Внезапно моё внимание привлёк второй красный. Это была молодая женщина, и её огненная аура будто бы мигала, меняя свой цвет с красного на нежно-голубой. Я видел такое впервые, внимательно разглядывая женщину, и не понимая, что с ней не так. Мне почему-то хотелось теперь всё время смотреть только на неё, она притягивала своим меняющимся свечением и большими зелёными глазами, полными слёз, как сильный магнит. Быстро оценив её судьбу, и увидев, что её урок должен закончиться через четыре с половиной месяца, я решил, что это будущая душа. Может, именно поэтому, я стоял, замерев, не в силах перестать смотреть, забыв о работе и о ещё одном красном.
И вдруг эта женщина с пугающей решимостью открыла аптечку и насыпала в ладонь горсть таблеток. Сумасшедшая! Ей же не время ещё! Почему-то стало страшно за неё. И странно, ведь я не должен испытывать подобные эмоции из-за человека.
- Что ты делаешь! Остановись, ненормальная! – крикнул я ей, не надеясь быть услышанным в таком её состоянии.
И она замерла, словно прислушиваясь к себе. А потом неожиданно крикнула в ответ:
- Заткнись! Сам ненормальный! – и отправила несколько таблеток в рот.
Меня охватила паника. Впервые в такой ситуации, хотя мне уже не раз доводилось вытаскивать самоубийц практически с «того света». А сейчас, я не знал, что делать, с чего начинать, но спасти её было жизненной необходимостью, почему-то не только для неё, но и для меня.
- Зачем ты это сделала, девочка моя? Тебе рано! – пытался я установить с ней связь, судорожно соображая, что предпринять дальше.
Она снова замерла, будто не веря, что слышит меня. Будто прокручивая в голове мои слова. И, словно что-то вспомнив или осознав, подняла глаза в потолок и еле слышно прошептала:
- Мир?
Я вздрогнул. Она же не может знать меня? Откуда? Она ведь – человек!
- Подойди к двери и открой её. И срочно вызывай скорую. – уверенно продиктовал я женщине.
- Мир, это правда ты? – испуганно проговорила она, прикрыв рот ладонью. Казалось, осознание того, что она натворила, начало потихоньку приходить в её сумасшедший мозг. Слишком медленно, но пусть хотя бы не поздно.
Я видел, что ей становится хуже, лекарство уже начало всасываться в кровь, приближая неминуемую гибель.
- Делай, что говорю. Сейчас же. Дверь и скорая! – строго выкрикнул я, безуспешно пытаясь унять усиливающийся страх.
Она послушно побрела в сторону входной двери, дрожа и заламывая руки, повернула ключ, затем взяла телефон и, набрав последний номер в истории вызовов, рухнула на пол. А у меня внутри что-то обрушилось вместе с ней.
Я сделал всё, что было в моих силах, чтобы тот, кому она звонила оказался в её квартире максимально быстро. Это был голубоглазый блондин, тоже один из моих подопечных, что значительно облегчило мне дальнейшие действия. Я мысленно дал ему понять, что дело срочное, он вызвал скорую, которая домчалась спустя десять минут без пробок и светофоров.
Женщину очень быстро доставили в реанимацию, успели... Она будет жить. Это осознание вызвало волну облегчения, позволяя, наконец расслабиться. Это же надо быть такой упёртой! Что с ней такого случилось, пока меня не было, что она решилась на подобный шаг?
Я просмотрел её судьбу ещё раз, и ничего не понял. Она изменилась? Но судьбы людей не могут меняться. Что за странные вещи творятся в этом мире? Или это и есть те необъяснимые последствия моего преступления, о которых говорил Оттис?
А самое пугающее во всей этой ситуации было то, что я до сих пор не мог перестать думать о только что чуть не убившей себя. Её глаза, полные безнадёги и боли, до сих пор стояли перед моим лицом, и никак не могли исчезнуть, не позволяя мне нормально выполнять свою работу. Кто она такая? Почему вызывает во мне неподдающиеся контролю эмоции? Снова вопросы. И снова без ответов...