10
Несколько картин висело в разных комнатах: спальне, его кабинете и гостиной. Однако холстов было исписано намного больше.
Листочки и карточки с надписями были вложены в альбомы и рамки (а одна даже в его бумажник), хотя буквами были изрисованы миллиарды страниц.
- Ну, всё нормально, хватит уже возиться! - пытался успокоить младшего Тэхён, который поправлял его костюм раз в сотый.
- Это важно, Тэ. Каждая деталь. Это ведь...
- Да-да, Вини, которая всегда обращает внимание на детали. Мы слышали это уже миллиард раз, Чон. - Закатил глаза Чимин с доброй усмешкой.
- Ты как будто в первый раз, ей-богу. - Смеялся Джин, пожевывая токпокки в сторонке.
- Это другое. В этот раз...
- Вы оба влюблены! - хором произнесли ребята, потому что слышали монолог Чонгука и его нытье уже чуть ли не целый месяц.
Чон выдохнул и скатился на диван, заводя пальцы в волосы.
- Я чувствую себя школьником!
- Потому что влюблен, как подросток. - Хмыкнул Намджун. Чонгук поднял свои щенячьи глазки на ребят.
- Ты делал сегодня тренировку? - спросил Хосок.
- Целых два раза. Не помогло! - Чон закрыл глаза, словно в поражении.
- Послушай, - Юнги подошёл к младшему, сев перед сидящим на диване мужчиной на корточки, - она тоже обожает тебя всем сердцем. И уверен, что тоже ждёт, иначе...
- Зачем бы ей было передавать тебе письмо! - Тэхён хитро улыбнулся, а все шестеро мемберов переглянулись.
- Что? - Чонгук тут же сел ровно, словно в армии. - Вы о чем, ребята?
Юнги всучил в ладони Чонгука аккуратно сложенную бумажку.
- Удачи, Чонгук-щи. - Ребята похлопали его по плечу и поспешили удалиться, несмотря на панический взгляд Чонгука.
Внутри него будто бурлил котёл с эмоциями. И был он в состоянии извержения, не меньше, потому что Чон вообще не понимал, какая эмоция подавляющая. Всё было подавляющим в этот день. Слегка дрожащими руками Чон развернул письмо.
~~~
'Мир динамичен и непостоянен. На американских горках моей не такой уж длинной жизни я привыкла доверять потоку, хотя понимала, что гожусь на большее.
Забавно, что поток не подхватил меня, а затормозив, ударил в лоб.
Чон Чонгук. Константа моей жизни. Ты в каждой детали существующего хаоса.
В теплом шелесте ветра, в цветущей зелени, в пробегающих прохожих и отражении моих глаз.
Куда бы я ни посмотрела, мой взор всегда будет обращен к тебе, потому что ты - причина. Причина моей радости, моих слёз, моих эмоций, моих поступков, моего счастья и даже существования.
Разве можно столько чувствовать к человеку? Разве можно так посвящать себя кому-то? Но раз ты говоришь, что я творец... Ты поистине являешься моим лучшим шедевром, превзошедшим собственного создателя.
Ты прекрасен в любом из представлений, и даже искажения не могут воссоздать в тебе даже намёк на что-то плохое.
Как мир смог сделать что-то столь замечательное? Мне неизвестно, Но я уверена, что ты любим. Самой вселенной, которая подарила твоим глазам все свои звёзды.
И если однажды этой любви тебе будет недостаточно, возьми мою... Потому что я тебя бесконечно.
А когда я вновь поймаю твой блестящий взгляд...
Если я скажу бесконечно, ответишь ли ты константо...?'
~~~
"Невозможно" выдохнул Чонгук, прижимая салфетку к глазам. Просто буквы на листе. Ничего больше. А он рыдает, как пятиклассник над "Муму". Ожидание стало невыносимой пыткой. Он вскочил со своего места, быстро двигаясь к машине.
Чонгук летел на стремительных скоростях к пляжу в его родном городе Пусане. Они договорились встретиться там под предлогом прогулки, но оба знали, что они шли на что-то более важное.
Влажные дорожки слёз на щеках медленно высыхали, но Чонгук всё ещё сжимал в руке письмо, когда был за рулём.
Он припарковался механически, вышел сжимая руку в кармане.
Пусан встретил тепло-малиновым закатом и привычным весельем, но Чону было всё равно, потому что у воды он заметил знакомую блондинистую макушку.
Объятие со спины было ошеломляющим и неожиданным, Вини вздрогнула с улыбкой повернув лицо к нему.
- Умеешь удивлять, привет, радость моя. - Она невесомо чмокнула его в губы.
Чонгук не мог ответить, думая, что опять разрыдается, как девчонка. Он просто сильнее сжимал маленькую фигурку женщины, что проникла в каждую клеточку его существа. Чонгук боготворил её настолько же сильно, как и она его.
Чон тяжело вдохнул её сладкий запах и, выпрямившись, наконец встал напротив неё, сжимая ее ладони в своих. Он медленно достал из кармана коробочку с кольцом.
Чонгук смотрел в её глаза, надеясь, что так Вини поймет всю глубину его чувств. И она понимала. И её улыбка заставила его наконец признаться:
- Если я скажу константно, ответишь ли ты...
- Бесконечно.
Улыбки были отражением друг друга, сокрушительное объятие сменилось поцелуем, а драгоценный момент запечатлелся в красках Пусанского заката.
Чонгук и Вини были счастливы.