Озвучивание не поддерживается в этом браузере
"Сон"
Эти каникулы были похожи на сон. Время, проведенное с Никитой, летело настолько быстро, насколько это возможно. Мне не хотелось даже думать о том, что мы снова расстанемся на полгода и увидимся только летом. Старалась не думать об этом и жить этим моментом, полностью наслаждаясь и отдаваясь ему.
*** Следующее утро мы провели в постели до обеда, не могли отпустить друг друга. Родители Никиты были на работе, так что мы были вдвоем. К обеду все-таки встали с кровати, приняли совместный душ, затем завтрак, все стандартно.
Пока я мыла посуду, Никита подошел сзади, обхватив за талию и прижавшись ко мне.
- Пойдем сегодня на свидание. – Прошептал он, оставив поцелуй за ухом, чем вызвал волну мурашек.
- А куда? - Вытирая руки полотенцем, спросила я.
- Не скажу, иначе будет неинтересно.
- Ну и ладно. С тобой все равно куда угодно. – Повернулась к нему лицом, обнимая и утыкаясь в его шею, вдыхая знакомый запах его кожи, смешанный с ароматом парфюма. Его руки скользнули по моей спине.
*** Мы зашли в кафе, которое было нашим любимым, ходили сюда почти каждый день, пока учились в школе. Заказывали мое любимое тирамису и его любимый лимонный чизкейк. Садились за столик у витражного окна, он казался нам особенным, слегка скрытым от других глаз.
Мы прошли к столику, Никита помог снять мне куртку, пододвинул стул, чтобы я села, сделал заказ и вернулся к столу. Его колено соприкасалось с моим, и, не знаю почему, я краснела, словно это было наше первое свидание.
- Ты покраснела, Сашка, жарко? – взволнованно спросил Никита.
- Нет, нет, я не знаю, просто такое ощущение, словно ты первый раз пригласил меня на свидание. – Чуть посмеиваясь ответила я.
- Ну можно и так сказать, это ведь первое наше свидание с того момента, как я уехал.
Я кивнула. Он накрыл мою ладонь своей. Я чувствовала себя такой счастливой в этот момент, хотелось, чтобы он длился вечно. Через несколько минут принесли заказ, я с наслаждением ела пирожное, а Никита смотрел на меня, медленно отпивая кофе из кружки. Спустя несколько часов мы вышли и пошли вдоль парка, держась за руки, болтали обо всем, кидались снежками, потом Никита притянул меня к себе за концы шарфа и поцеловал. Я обняла его.
- Как неудобно в куртках – прошептал он мне в губы, снова целуя.
Я не успела ответить, лишь пробубнила согласие ему в губы. Чуть позже, мы вновь оказались у Никиты, мокрые от снега и красные от холода. Родителей не было, уехали за город с друзьями, так они написали Никите часом ранее.
Не включая свет в прихожей, мы снова стали целоваться, медленно сбрасывая куртки и не разрывая поцелуи. В комнате было темно, только свет фонарного столба и фары проезжающих машин отбрасывали блики через окно. Никита подхватил меня на руки и понес в комнату, аккуратно опустил на кровать. Его ладони забрались под футболку, оглаживая живот, ребра и грудь. Я вздрагивала от прикосновений холодных пальцев к коже.
- У тебя слишком холодные руки… - пробормотала я.
- Сейчас согреются – прошептал он мне на ухо, ныряя ладонями под лифчик и сжимая грудь в своих руках. По телу побежали мурашки, а с губ сорвался слабый стон. Я потянула его кофту наверх, помогая снять ее, обнажая торс.
- тебе идет татуировка, – проводя ладонью от груди до пупка, говорю я – забыла вчера сказать об этом.
Он снова целует меня, в спальне, как и во всей квартире, темно, но я отчетливо вижу Никиту, каждое его движение, то, как напрягаются его мышцы, как дергается кадык, когда он сглатывает от желания.
- каждый раз мне будет мало, Сашка. Я так скучаю по тебе, кажется, что это сон, слишком приятный сон. – Продолжает шептать он мне в шею, целуя, оставляя влажные следы.
Слишком медленно, слишком чувственно, словно заново узнавали друг друга. Никита целовал каждую родинку на моем теле, каждую веснушку на плече. Я делала также в ответ. Все замерло в эти мгновения. Только я и он. Больше никого.
А потом мы снова долго разговаривали, лежа под теплым одеялом. Целовались между словами, дурачились, город постепенно засыпал, а мы наверстывали каждый день, каждый час, каждую секунду разлуки. И когда город полностью погрузился в тишину ночи, наше дыхание постепенно выровнялось, и сон взял верх.
***
Прошло еще несколько дней, в субботнее утро, мы решили съездить в соседний город, в котором проходила выставка картин, которую я очень хотела посетить. Мы сняли квартиру на сутки, и уже ехали в полном и душном автобусе.
- Почему здесь так много людей? – жалобно простонала я.
- Каникулы, видишь, сколько подростков – со смехом в голосе ответил Никита.
- Божеее, сегодня, что концерт какой-то крутой звезды?
- Даже не знаю, все просто хотят посмотреть на красивого меня. – С довольной ухмылкой произнес Никита.
- Поумерь свое самолюбие, нарцисс – со смехом произнесла я.
Никита стянул с меня шапку и развязал шарф, затем снял свою шапку, взлохматив слегка отросшие до ушей волосы.
- Лучше снять, а то может стать плохо, тебя же всегда укачивает. А здесь еще и духота. – Заботливо произнес Никита.
Я кивнула, поцеловала его в щеку и положила голову ему на плечо, прикрыв глаза. Он положил свою руку мне на шею, слегка поглаживая. Когда я открыла глаза, голова Никиты клевала вниз, он тоже спал. Я достала из кармана телефон, чтобы проверить время. Прошло полчаса с того момента, как я уснула. Осталось еще 2 часа до того, как мы приедем. Я аккуратно облокотила голову Никиты на свое плечо и прижалась щекой к его макушке. Проснулась я от легкого поглаживания по руке, глаза открыла не сразу.
- Мы приехали, солнышко. – Прошептал Никита, целуя меня в лоб.
Я нехотя открыла глаза, слегка потянулась. Надела шапку, завязала шарф и мы вышли. Город нас встретил шумом и огромной толпой людей. Никита забрал мой рюкзак и закинул себе на плечо, взяв меня за руку, мы пошли в ближайшее кафе, чтобы вызвать такси. Спустя еще полтора часа уже были в маленькой однокомнатной квартирке около центра города, внутри она заполнена растениями и мебелью из светлого дерева, небольшой балкончик, выходящий на главную улицу. Никита оставил портфель и подошел к окну, приоткрывая его, чтобы впустить немного прохладного воздуха. Я сняла куртку, разулась и подошла к нему, прижимаясь грудью к его спине и обвивая руками талию. Он развернулся ко мне лицом и подхватил под ягодицы ,усаживая на кухонную столешницу.
- Представь, как будет классно, когда мы будем жить вместе, вот так возвращаться вместе, готовить ужин, я буду вот так, как сейчас усаживать тебя на кухонный гарнитур и… - он поиграл бровями и оставил поцелуй на моей шее – вот так целовать, трогать, обнимать…
Его руки блуждали по телу, слегка цепляя кофту, дразня. Поцеловал скулу, щеку, прикусил нижнюю губу, а затем втянул в поцелуй, глубокий, медленный.
Я слегка отстранилась, касаясь своим носом его и, тяжело дыша, произнесла:
- Скоро выставка, Никит…
Он провел рукой по моей спине от шеи до поясницы.
- Знаю, но так тяжело тебя отпустить, Сашка.
Я смеюсь ему в губы, прежде чем снова поцеловать. Затем выворачиваюсь из объятий, спрыгиваю на пол и бегу в ванную.
- Если бы ты меня не отпустил, то мы могли бы опоздать, а я этого не переживу. – Делаю вид, словно умираю, хватаюсь за сердце.
Никита громко смеется и выпроваживает меня в ванну, а сам ставит чайник, чтобы мы могли быстро перекусить. Выйдя из ванны, я не могла выбрать, что надеть, хотя взяла с собой всего лишь несколько вещей, ходила по квартире и доставала Никиту, чтобы он помог мне, на что он закатывал глаза и говорил, что я прекрасна во всем. В конце концов, Никите удалось уговорить меня надеть платье. Я сделала макияж, прическу. Никита тоже переоделся, я немного повозилась с его волосами, и мы были полностью готовы.
***
Когда мы вышли на улицу, солнце уже клонилось к горизонту. Саша остановилась на предпоследней ступеньке, оказавшись чуть выше меня, и оглядывалась по сторонам. Ее глаза светились, горели, и я тонул в них, всегда тонул. Она была такой красивой, всегда, но в эту секунду, под светом фонарного столба, снежными хлопьями, опускающимися на землю, ее моментально краснеющий нос и щеки на морозе – все это создает волшебную атмосферу вокруг нее. Я беру ее за руку, и мы идем в галерею, где будет проходить выставка. В галерее людно, немного шумно и очень светло, но нас с Сашей привлек зал с приглушенным светом, там были картины, в материалах которых использовалась люминесценция, и сейчас мы стоим напротив одной из работ и рассматриваем ее. Я поворачиваю голову и встречаюсь с ее взглядом, она смотрит на меня, и в ее глазах я вижу свое отражение, вижу ту безграничную любовь, которая живет у нее внутри. Я наклоняюсь к ней и целую, притягивая ближе к себе. Она кладет руки на мою грудь, отвечая на поцелуй. Так проходит несколько минут, прежде чем я отстраняюсь. Сжимаю ее ладони на своей груди, подношу их к губам и невесомо целую.
- Сашка, я тебя так люблю...– шепчу я.
- Я тоже очень люблю тебя, Никита. – Отвечает сашка, улыбаясь моей самой любимой улыбкой.
Еще несколько часов мы проводим в галерее, рассматривая, обсуждая и даже немного споря. А затем возвращаемся в квартиру, по пути заглядывая в пекарню, чтобы купить несколько пирожных.
Немного обшарпанная квартирка встречает нас темнотой, и первым делом я включаю свет, помогаю Саше снять куртку. Мы пьем чай, к счастью, пирожные оказались очень даже вкусными, а главное – свежими.
Пока Саша моет посуду, я иду в душ, думая о том, что мне нравится видеть ее такой, домашней, наверное, даже я бы сказал взрослой, она – само олицетворение слова уют. Мне бы хотелось скорее заработать побольше денег, чтобы мы с ней купили квартиру и жили вот так вместе.
Струи теплой воды стекали по телу, волосы прилипли к лицу и шее, отросли, надо подстричь. Размышлял я, расслабляя забитые после тренировок мышцы, под душем. Еще с предвкушением ожидал скорейшего образования нашей с ребятами группы. Саше я пока об этом не говорю, хочу удивить ее, но чуть позже, когда мы превратим наш план в жизнь. Совсем скоро, а там работа, много работы, и, возможно, популярность и хороший заработок. Улыбка сама собой расползалась на лице от этих мыслей.
Обмотав полотенце вокруг бедер, я вышел из душа. Сашка разговаривала с кем-то по телефону, из разговора я сразу понял, с родителями. Подошел к ней, она опиралась локтями о подоконник, обнял со спины, перекидывая ее волосы на одну сторону и целуя в шею. Она немного повела плечом, как бы стряхивая меня с себя, но я лишь улыбнулся и коснулся ее плеча губами, вдыхая аромат ее шампуня и едва уловимого парфюма. Она гладит меня по голове и через несколько минут завершает звонок, тихо произнося:
- Дурак…
- Почему это? – Не поднимая головы, спрашиваю я.
- Потому что мне было щекотно.
- Из-за чего? Из-за этого? – Снова целую ее шею. – Или этого? – Выдыхаю рядом с ее ухом.
Она вздрагивает, отодвигая меня от себя.
- Сам знаешь. – Надувая губы, произносит она.
Я активно киваю, облокачиваясь на подоконник одной рукой. Знаю все ее чувствительные места.
- Ты не хочешь одеться?
- Неа. Я думал, тебе так больше нравится, не угадал разве? – задевая полотенце ладонью, говорю я.
- Придурок… - закатывает она глаза и уходит в душ.
Я смеясь ей вслед, достаю из своей сумки белье и шорты.
Спать этой ночью Сашке я не даю. Слишком скучал по ней, слишком изголодался по ее прикосновениям, поцелуям, по сбившемуся дыханию, тихим вздохам, такому родному и любимому телу, голосу, самым завораживающим глазам, в которых пропал безвозвратно.
Комментарии