Глава - 87
Время от времени, мой разум возвращался, но ненадолго. Я чувствовала, как меня кто-то нес и от непереносимой боли, вновь теряла сознание. Потом снова возвращалась.
Слышала перешептывания, говор, чьи-то споры. Глаза открывать тяжело. Они у меня слипаются от слез и грязи, а тело вообще не в моей власти. Разум затуманен и я ничего не соображаю. В голове попросту пусто, будто ее заполнили ватой, вытащив оттуда самый главный орган.
Она кружится, то медленно, то быстро. Боль не утихает, а только ещё больше напоминает о себе. До моих ушей донёсся какой-то звук, очень похожий на чиркнувшее, холодное оружие. Звуки доносятся отдаленно, словно эхом из пещеры. Крики, рыдания, стуки, стрельба, слышатся, как из темного, длинного тоннеля. Неужели галлюцинации? Или я опять попала в мои видения? Только не сейчас, Господи нет, ведь я еле дышу!
А может все то, что происходит, взаправду? Хочу прийти в себя, увидеть, что происходит, но мне, попросту, не хватает на это сил. Тело, как будто, выжали в соковыжималке, а боль под ребрами такая чудовищная, словно туда напихали шашек и продолжают подрывать.
От этих невыносимых страданий, мое восприятие путалось, и мозг снова перестал работать. Я вновь потеряла сознание.
Спустя время, я вот уже который раз, очнулась. Попыталась пошевелиться и проверить где я, и жива ли на самом деле, но старая реберная боль вернулась, врезавшись мне в бок, словно тысячи стеклянных осколков. Лучше бы не двигалась вообще!
Я закряхтела, чтобы хоть немного облегчить мучения, избавиться от убийственных ощущений и скверного самочувствия.
Приоткрыв глаза (это единственное, что у меня с трудом получилось) и сквозь тоненькие щелочки, смогла увидеть темный силуэт перед собой, а вокруг меня какие-то приборы. После всего, что произошло, мои органы зрения все еще не могут нормально фокусироваться и пощипывают от перенапряжения, от чего я вижу все размыто и не естественно.
Это место как-то вибрирует, или даже гудит, словно я лечу на быстром, огромном самолете. Меня увозят куда-то? Но куда? Где я? Что со мной хотят сделать? И где все остальные?
Предпринимаю очередную, неудачную попытку встать, но что-то вонзается мне в рёбра и кажется, что мое увечье разрывает дикий зверь. Эффект как от ножа, который вкрутили поглубже в рану и снова, медленно или даже издевательски выкручивают.
В глазах потемнело, мысли кончились. Очередной раз мое сознание попрощалось с действительностью.
Пустота. Мрак. Лёгкость. Бездумье. Свобода. Невесомость.
Как и тогда, во время Метаморфозы, я потеряла счёт времени и лечу в непонятном мне, бесцветном пространстве. Ни одной картинки или призрачной мысли.
Безумие, но здесь я его не ощущаю. Мне легко, хорошо, приятно, как никогда и я хочу остаться здесь.
Чувств нет. Они испарились как капли росы при первых лучах утреннего солнца.
Пустота. Она лишь свидетельствует о том, что мое сознание отсутствует, а свобода в том, что избавилась от всего: от боли, страданий, мыслей, действий, в общем, всего того, что присуще человеку. Те, элементарные вещи, что приносят радость – тепло солнечного света; тепло улыбок; прикосновений; объятий – всего этого нет. Лишь неизвестность.
Лёгкость. Это самое кайфовое чувство, когда не надо спешить, осознавая, что ты опаздываешь, или обдумывать планы на следующий день. Даже самая элементарная потребность человека – покушать. Каждый день придумывать, что приготовить – уже лишает человека лёгкости.
Ну, а жизнь! Что такое жизнь? Это противоположность смерти или нечто большее? А что сейчас со мной? В каком состоянии я?
Как бы я не пыталась выяснить, у меня не получится, хоть тресни! Я теряюсь в догадках. Я потеряла себя! Но я не готова сдаться! Я хочу бороться за пусть даже и маленький, но яркий лучик надежды.
Я должна! Я обязана! Я смогу!
С этими сильными словами, включился мозг.
Я жива!
Голоса! Боже, я слышу! Пусть и далеко, словно в пустом пространстве, но я слышу их!
Мужской и женский. Они говорят по очереди, как будто обсуждая что-то. Шепот. Стук, и вновь тишина. Сквозь веки, начал проникать не яркий, белый свет.
Необыкновенное чувство! С ощущениями, возвращается и боль. К счастью не настолько сильная, как была до этого. В общем, терпимая.
Я сглотнула, но чуть не подавилась. Только сейчас замечаю, что во рту у меня торчит какая-то трубка. Я чувствую ее. Она подаёт свежий воздух, снабжая лёгкие кислородом. И зачем она вообще? Неужели я получила настолько серьезное ранение, что меня перевели на искусственное дыхание? Похоже, что да! Но раз я пришла в себя, значит, аппарат поддерживающий жизнь, мне больше не потребуется!
Пытаюсь пошевелить руками, чтобы убрать эту пластмассовую фигню изо рта, но глаза не открываю. Мое обмякшее тело настолько слабо, что подвигать всего лишь одним пальцем руки, мне удается ценой колоссальных усилий.
- Очнулась! - прошептал мужской голос.
Я замерла. Они что же, все ещё здесь?
- Не совсем. - Отвечает женский. - Ей ещё нужно прийти в себя. А пока, я поставлю ей новую капельницу.
Женщина убирает трубку из моего рта и, повозившись с металлическими приборами, втыкает мне иголку в вену. Что она мне вводит? Так хочется спросить! Хочу знать, где я и что случилось, пока я была без сознания. Но слабость не позволяет. Не могу даже рта открыть, не то, что глаза!
- Нужно сообщить доктору Баркли. - Продолжает женский голос.
- Да, но он как всегда отругает меня в том, что я отлыниваю от работы. Каждый раз он ищет повод.
- А я говорила много раз...
- Что же, нельзя кофе выпить?
- С медсестрами? - мне показалось, женщина усмехнулась. - Ты смеешься?
- Ох, да ну тебя! Закроем тему! - пропищал мужской голос. Как то даже обиженно.
Я все ещё продолжаю лежать с закрытыми глазами, пытаясь сосредоточиться на происходящем. Однако, из их разговора я поняла только одно - я в больнице. Не хочу, чтобы они думали, что я пришла в себя настолько, что могу говорить. Впрочем, это правда. Как сказала эта женщина - мне еще нужно прийти в себя окончательно.
Не хочу подслушивать, но мне любопытно, что это за медсектор и где остальные?!
Наконец, отдаляющиеся шаги, хлопок двери и я позволяю себе открыть глаза. Правда это получается у меня не сразу. Глаза слипаются, как будто их смазали клеем. Мне все ещё невыразимо хочется спать, но я борюсь с порывом.
Сквозь тонкие щёлочки век смотрю перед собой. Белые стены. Смотрю вправо – белые стены. Меня окружают только они! Что за...? Я не понимаю! Куда меня затащили? Мне думалось, что в больницах хоть окна есть, ну и другие пациенты. Хуже всего, то, что я не помню, что со мной происходило. Мы выиграли? Прошли Лабиринт? Где ребята? Томас, Ньют, Минхо, Чак! Что с ними? Как они? Знают ли, что я здесь? Здесь ли они? Я хочу их увидеть!
Глаза скользят по руке, в которой установлен катетер и по ее системному шнуру, в меня вливается непонятная, голубоватая жидкость. Что это за жидкость?
Далее, обращаю внимание на рядом стоящий, круглый, маленький столик. На нем стоит белая, треугольная формочка с черными надписями.
Тянусь и беру ее, чтобы рассмотреть поближе. «Маргарет Энн Балкли». Это что ещё за ерунда? Здесь до меня лежала другая девушка?
Энн! – Так меня звал только Томас!
Это мое настоящее имя и фамилия? Если да, то, лишь одному месту на земле, известны мои имя и фамилия!
Меня начинает мутить при мысли о том, что я знаю, где нахожусь. Не зря это место казалось мне таким знакомым! Неужели...
Скрипнула дверь, попутно унося мои думы прочь. Я повернула голову в сторону виновника, нарушившего тишину.
Передо мной стоит не кто иной, как Дьюи!
Я была права – с догадками нужно быть осторожней! Я все ещё в тисках ПОРОКа!