Глава - 39
С бешеным воплем я вскакиваю, и широко раскрыв глаза, осматриваю место, где теперь оказалась. Это Приют и я сижу на кровати в одной из комнат Берлоги. Рядом стоит столик с принадлежностями медяков и меня мучает вопрос: когда я успела здесь оказаться? Насколько помню, я заснула в лесу, на груди у Ньюта. Опять иллюзия? Теперь я не могу понять, где вымысел, а где реальность. Но если это снова сон, то я хочу проснуться и увидеть, что я в лесу, рядом с Ньютом.
Неожиданно, в комнату влетает он сам и испуганно таращится на меня. Помяни черта - появится. Он точно не настоящий - плод моего воображения или воспоминания.
Со страху, а может, чтобы проснуться, я снова прерывисто вскрикиваю и отстраняюсь в угол кровати, подальше. Мне страшно и очень плохо, а голова, словно раскалывается, как прогнивший орех, заполняясь болью.
Ньют молниеносно, с ужасом на лице подбегает ко мне и пытается успокоить мою истерику.
- Уйди от меня! - кричу я. - Это все неправда!
- Тихо, тш-ш! Что с тобой?!
- Пусти!
- Рэннет... Энни! Приди в себя, ты в безопасности! - трудом больших усилий, Ньют заставляет меня, посмотреть на него. А я не могу! Не могу успокоиться и прийти в себя. Что же все-таки со мной? Последствия того что я видела?
Через пару секунд осознаю, что я, наконец, вернулась и все происходящее сейчас не сон. Ведь в это мгновение, я чувствую его осторожное прикосновение, на своих плечах. Почему его не было со мной? Он оставил меня одну здесь, в этой жуткой, обшарканной комнатушке, от которой возникает чувство клаустрофобии.
Я бросаюсь к нему на шею и крепко обнимаю. Мне кажется, что если я отпущу его, то он развеется как туман... навсегда. Он молча отвечает на мои объятия, притягивая к себе еще ближе. Должно быть ждёт, чтобы я рассказала первой о том, что меня беспокоило.
- Не бросай меня, пожалуйста Ньют, не бросай! - дрожащим, или даже хриплым голосом, прошу я. Вот-вот и у меня начнется новая истерика.
- Никогда. - Его шёпот доносится до моих ушей приятной, успокаивающей мелодией.
Благодаря этим теплым объятиям Ньюта, приходит облегчение, но все же, мое дыхание остаётся тяжёлым. Сердце колотится, а к горлу подступает тошнота. Меня лихорадочно трясет, и я стараюсь овладеть телом, но делаю только хуже. Мой организм, просто-напросто, не подчиняется.
Сейчас я вся покрылась холодом, как будто меня заморозили и теперь вытащили из холодильника. А может это лишь ощущение?
Когда я наконец прихожу в себя, то замечаю с какой страшной силой вцепилась в футболку юноши, намертво сдавив её в своих кулаках.
Отстранившись, я чувствую, как что-то быстро сочится из носа. Дотрагиваюсь и вижу на кончике пальцев кровь, много крови. Ньют с секунду испуганно смотрит, а потом как ошпаренный спрыгивает с кровати и сорвавшись на крик, зовёт Клинта и Джеффа.
Смешно, я сама доктор и по идее я должна помогать всем, а помогают наоборот мне. Кажется, что за всё то время, проведённое во сне, я изжила полсотни своих лет и чувствую себя никому не нужной старой клячей. Не помню, когда я в последний раз полноценно отдыхала. С такими темпами, мой мозг может превратиться в засохший овощ.
В комнату забегает Джеф и быстро предпринимает попытки мне помочь. Расстегнув рубашку на шее, он нащупывает пульс у сгиба моей руки. Не знаю откуда, но я точно понимаю, что делает он все это правильно, а рубашку расстегнул, чтобы освободить дыхание.
- Наклони голову и подбородок держи у груди! - велит он мне, а затем моментально поворачивается к Ньюту и говорит: - Сбегай к Фрайпану и возьми у него немного льда.
Тот незамедлительно разворачивается и вылетает в дверь, оставив после себя лишь сквозняк. Клинт не теряя времени, смачивает бинт, свернув его в четыре раза, и прикладывает к моему перепачканному лицу.
- Дыши осторожно, медленно, но глубоко, через нос! - велит мне Джеф. - А выдыхай через рот. И попытайся успокоиться не о чём ни думая, чтобы сердце билось ровно и спокойно, иначе, будет хуже.
Он так старается! Как же приятно видеть заботу медяков. Они по-настоящему любят свою работу и любят помогать.
Постепенно отхожу от шока и моментально чувствую, как у груди что-то сдавливает. «Уныние! Безразличие! Отчаяние!» - Какие же всё-таки громкие эти слова. А чувства ещё сильнее. В них пребывает поистине мощная энергия, способная разом убить человека. Джеф говорит успокоиться и ни о чем не думать. Но как? По мне так это невозможно. По-моему, лишь смерть лишает человека мыслей и переживаний. Я не могу просто выбросить или стереть начисто то, что видела, как сделали те психованные, отправляя нас сюда.
Спустя пару минут, возвращается Ньют со льдом в стакане. Джеф загребает горстку льдинок рукой и заматывает в тряпочку, закручивая её (чтоб не выпал), а затем прикладывает к моему носу, приказывая держать какое-то время у переносицы.
Лёд постепенно тает, из-за исходящего от меня жара, смачивая эту тряпочку насквозь, ну и кровь ему в этом помогает. Холодное приятное ощущение, которое распространяется по всему телу. Я люблю прохладу!
Подойдя ко мне ближе, Клинт выбросил использованное мед-средство и засунул мне в нос два тампона, смоченных им в какой-то жидкости. Если обоняние меня не подводит, то эта жидкость приятно пахнет ромашками.
Кровь, похоже, постепенно остановилась - это чувствуется. Медяки удовлетворённые своей работой, отправились к другим пациентам, оставив меня и Ньюта наедине.
- Спасибо тебе! - Нарушаю минутное молчание я.
- За что? - удивляется юноша.
- За то, что так печёшься обо мне.
Ньют улыбнулся.
- Любой бы так сделал.
- Нет! - отрезаю я. - Не любой.
Блондин берёт старый облезлый стул, что стоит в углу и садится на него рядом со мной.
- Джеф и Клинт тоже молодцы. - Замечает он. - Ловко справляются со всеми!
- Тебе не обязательно оставаться со мной. - Говорю я.
- А я хочу! - Упорства Ньюту точно не занимать.
- Сколько я была в отключке? Почему я вообще оказалась здесь? - спрашиваю я, чтобы избавиться от смущения, вызванного его словами. Даже не знаю, почему мне неловко и щеки горят? Может мне нравится Ньют?
Он смотрит на меня сощурив глаза. Наверное не знает, что ответить, а может думает, стоит ли вообще мне рассказывать, судя по тому, что со мной приключилось. Но я очень рада, что Ньют не спрашивает меня о том, что я видела. Надеюсь, не спросит. Не хочу, чтоб он об этом узнал. А уж тем более напоминал, задавая вопросы.
- Ты проспала день и несмотря на все мои попытки, я не мог тебя разбудить...
- Как, и... и почему? Я ведь просто спала? Как такое возможно? Что было дальше? - сыплю гвалтом вопросов, не давая ему договорить. Для меня эта новость показалась жуткой и меня снова начало трясти. Неужели я заснула, да и таким образом, что даже на попытки Ньюта разбудить, ни капли не реагировала.
- Для начала успокойся, - приказывает он и машет руками, чтобы я утихомирилась, и когда видит, что я снова дышу ровно, продолжает: - или точно сейчас опять кровью сморкаться будешь! И дай договорить, лады?!
Я ожидающе смотрю, но в моих глазах всё же проскальзывают нетерпение; он видит это и кривит недовольную гримасу, с его привычным для жизни, хмурым видом. Я киваю, мысленно соглашаясь с ним в том, что он прав.
- Ты меня жутко напугала! Я не хочу, чтобы то, что с тобой было, вновь повторилось. - После долгого недовольства и паузы, он, наконец начинает: - Посреди ночи, я проснулся оттого, что ты зовёшь меня. Но моё имя звучало как-то странно!
- Как?
- Нюто! - он медлит, наблюдая за моей реакцией, и вздернув бровь продолжает: - Почему ты назвала меня капитан Нюто?
С моих губ срывается хохоток и я не могу остановиться.
- Не знаю Нюто! - сквозь смех, делаю акцент на этом имени. - Это же сон!
На самом деле, я всё прекрасно знаю и помню что видела. Просто мне не хочется посвящать его в это и рассказывать про то, что мы были маленькими глупышами. Говорить о том, что мы были друзьями детства тому, кто этого не помнит — глупо.
- Да! - недовольно ворчит блондин. - Странный сон, из которого ты так и не просыпалась.
С последних слов парня, мой смех прекратился, а в глазах наверняка, появилось беспокойство.
- Я не хотел тебя пугать. - Говорит он мне после того как я резко поменялась в выражении лица. С трудом переборов свой страх, я спрашиваю:
- И что дальше? - все-таки, любопытство побороло страх.
- Я думал, что ты просто спишь, и болтаешь во сне, как многие здесь. Но у тебя резко поднялась температура, и вся ты покрылась жаром, как будто тебя выплавили. Я пытался привести тебя в чувство, но ты продолжала пребывать в таком состоянии и безостановочно болтала. Ну и дальше догадаться несложно. Клинт и Джеф тебе помогли.
- Но почему ты не мог меня разбудить?
- Не знаю Рэннет. На протяжении всего дня, ты бредила, называя какие-то непонятные цифры и слова. Что-то описывала, но не внятно. Говорила во сне, но глаза так и не открывала... - он делает паузу и смотрит на меня озадаченно, а затем добавляет: - Что ты видела?
Вопрос, который я так не хотела услышать. Даже не знаю, стоит ли выкладывать ему всю эту информацию? Его реакция может быть непредсказуемой. Да к тому же, как можно сказать: «Эй, Ньют, представляешь, а я видела Лабиринт изнутри, как он создавался! Разговаривала с безумной тёткой! Прогуливалась по заброшенному городу. Видела себя, тебя и Томаса в детстве!» Нелепое и даже ужасное было бы признание. Разве он поймёт меня и разве вспомнит? Он сочтёт меня сумасшедшей и запрет в Кутузке, как обычно они делают это с теми, кто провинился.
Нужно перевести тему, как будто я не расслышала его вопроса:
- Были ли ещё какие-нибудь события?
- Да! Причём, неприятные.
- Что не так?
- Новичок... девчонка.