глава 20
Таисия
я просыпаюсь от кошмаров в холодном поту, рядом сидит встревоженная Юля с пустым стаканом, я понимаю, что содержимое на мне.
— что с тобой?! – кричит сестра, я тяжело дышу, оглядываясь по сторонам.
хватаюсь за голову, рухнув обратно на подушку.
— Тея!
— просто приснился кошмар, – отвечаю я приглушенным голосом, чтобы не пугать сестру, – мне уже легче, все в порядке.
— ты уверена? – недоверчиво смотрит Юля, положив свою руку на мою.
— да, малыш, иди спать, – поворачиваю руку так, что теперь я глажу ее, улыбаюсь, чтобы доказать свои слова.
— ну ладно, – все еще сомневается сестра, а я улыбаюсь, глядя ей вслед.
выдыхаю, когда она уходит, пытаясь вспомнить что же меня так напугало. точно помню, что видела кого-то, кто в прошлом причинил очень много боли. воспитатели в детском доме, потом коллектив на работе, бывший, «друзья», многие другие.
кошмары мне снились постоянно на протяжении многих лет. это началось еще в детском доме, когда меня обижали дети постарше, заставляя что-то сделать. угрожали Юлианой, поэтому я все делала. но когда терпение подошло к концу и я отказалась, четверо парней, которым на тот момент было уже по шестнадцать, а мне лишь четырнадцать, решили надругаться надо мной. мне очень повезло, что тогда нас нашли ребята еще старше. они мне помогли, взяли под свою защиту. но психика не смогла восстановиться, хоть я и чувствовала себя в безопасности.
это ужасно. невыносимо. постоянное чувство одиночества, боязнь довериться, поиск смысла жизни. очень тяжело. а особенно притворяться, что все хорошо, и надеяться, что будет хорошо.
я очень боюсь, что совершила ошибку. и что буду совершать их дальше.
беру в руки телефон, время 3 ночи, а спать уже совсем не хочется. я одеваюсь и выхожу на лестничную площадку, где стоит мой сосед. он красавчик. даже нравился мне какое-то время. ну подумать только. высокий, кареглазый, кудрявый брюнет. он полная противоположность Нкея.
но в нем самый большой минус из-за которого я не заходила дальше флирта и секса, наркотики, которые он употребляет.
я подхожу к нему, он оборачивается, и как только узнает меня, улыбается, выдыхая дым мне в лицо. козел. только я не удивлена.
— сап, малышка, – отворачивается Аарон обратно.
— привет, – отвечаю тише, опираясь локтями об ограждение.
— сигаретку? – усмехается парень, мне в голову бьют воспоминания с прошлого вечера на крыше с Никитой.
— давай, – вместо воды и завтрака. самое то, – только если ты не куришь очередную траву.
— да брось, куколка, – все еще улыбается парень, подходя ко мне слишком близко, я смотрю ему в глаза. они стеклянные. он опять нетрезвый. это уже нормальное явление. но благо, что ничего плохого в таком состоянии парень не сделает. его обожают наши соседи, а особенно женский пол, он в целом очень хороший. если не знать, чем он занимается, пока никто не видит.
Аарон сует мне в руки сигарету и поджигает. я вдыхаю дым, все еще глядя на него. все чувства перемешались, я совсем ничего не понимаю. даже не знаю какие эмоции надо проявлять. я не собиралась подсаживаться на них. но за компанию почему бы и нет?
— что случилось?
— я не знаю, – теперь я выдыхаю дым ему в лицо.
он выгибает одну бровь, я чувствую себя такой глупой, что даже не смогла ответить на банальный вопрос. в итоге отворачиваюсь к нему спиной, глядя вниз. мы на последнем этаже, все кажется таким крошечным, невесомым и не имеющим никакого значения. вот бы всегда так и было. без лишнего груза в душе, в сердце, на плечах и в мозгах.
— идем, – парень тянет меня за руку к себе в квартиру, меня же это не особо радует. в последний раз, когда я была у него в квартире, мы переспали.
мы выкидываем бычки в пепельницу на кухне парня. на столе недопитый алкоголь и еще пачка сигарет с инфарктом.
— ну что, – я сажусь, а он опирается руками о стол, – рассказывай.
пока Аарон открывает очередные бутылки вина, я ему рассказываю о Никите и своих переживаниях. парень внимательно все слушает, либо же мне так показалось. я действительно хочу внимания и мне плевать от кого ему получить. я не скрываю, что прошлое ужасно повлияло на меня. и если Юлиана смогла его побороть, то я нет.
— нашла чего париться, – усмехается он, поднимая бутылку с виски над головой.
— у тебя никогда такого не было? – беру вино я.
— я никому никогда не говорю о себе больше, чем нужно. если я хочу погрустить, то на помощь приходят наркотики, – парень прекрасно знает о вреде веществ, но все равно улыбается. а я и вправду о нем почти ничего не знаю. раньше очень напрягало. но сейчас...
— это плохо.
— если над всей жизнью думать что плохо, а что нет, то жить смысла вообще не будет, – подмигивает кудрявый, а я задумываюсь над его словами.
— а что тогда делать? – мне действительно нужен совет как дальше быть. мне нужна четкая инструкция как жить. без угрызений совести. без лишних мыслей и страхов. ощущение, что мое существование - это уже неправильно.
— забить, красотка, просто забить, – он куда-то уходит, я оглядываюсь. вроде чисто, а вроде грязно. но его это не смущает. меня тоже. кроме запаха сигарет, алкоголя и мефедрона. у него как будто целый наркошоп здесь.
парень возвращается с пакетиком порошка. меня это пугает, воспоминания бьют в голову. сколько я на чистом?
— давай по одной дороге.
— нет, – встаю из-за стола я.
— да расслабься ты, – смотрит он мне в глаза, – делай все, что ты хочешь. а я знаю, что ты хочешь.
я уже давненько не ощущала легкости, которую никак нельзя наиграть. он прав. я действительно хочу делать все, что... хочу сама.
он делает две дороги, и сворачивает в трубочки пару баксов. Аарон американец, но из американского в нем только повадки и внешность.
и деньги.
мы одновременно нюхаем порошок. я прям чувствую, как он несется к мозгу, носовая полость стирается к чертовой матери. парень тянется за новой бутылкой алкоголя, а я беру его сигареты.
я чувствую настоящее спокойствие. такие приятные ощущения после долгого отсутствия наркотиков.
с каждой минутой меня начинает трясти. кажется, я переборщила с алкоголем и сигаретами. и все это с самого раннего утра. ни свет, ни заря. я как будто с головой окунулась в грязь.
еще мы не учли, что от мефедрона очень сильно хочется трахаться.
я опять раздвинула перед ним ноги. меня совсем ничего не волновало в тот момент, как он и говорил, наоборот, мне нравилось.
но когда в 12 дня к нему стала стучаться моя сестра, то ненависть к себе стала расти еще сильнее, чем обычно. Юлиана знает о наших «отношениях», поэтому я не переживаю ее мнении на секс с соседом.
но переживаю, что я в отношениях с Никитой. это неправильно. так нельзя. я подставила его. и разочаровала саму себя. я настоящая шлюха. и это никак не оправдаю даже я сама.
— ставлю сотку баксов, что это твоя сестра, – надевает парень шорты, оставаясь с голым торсом, на котором прекрасно отражаются царапины и укусы, пока я укутываюсь в одеяло, как будто бы он ничего не видел.
— я даже ставить не буду, так и есть, – бубню, глазами ища свою одежду. я настолько перенервничала, что никаких побочек после эффекта не почувствовала.
он идет открывать дверь, а я быстро одеваюсь, параллельно вслушиваясь в их разговор. смотрю на себя в зеркало, и мне совсем не нравится знать почему у меня такие взъерошенные волосы, расширенные зрачки и покусанные губы.
— привет, Аарон, как дела? – я затаила дыхание, прижимаясь к двери. сестренка не может скрыть волнение в голосе
— сап, красавица, сама как? что-то хотела? – соскакивает он с темы.
— все хорошо. да, я хотела узнать, не видел ли ты случайно Тею? – я жмурю глаза. Аарон никогда не врет. да и серьезно, я не парилась из-за этого раньше. но сейчас Юлиана, и кто угодно, имеет право осудить меня, ведь я больше не одна, а с Никитой. по идее.
— не, не видел, – отвечает парень, а я округляю глаза. почему?
— а, ладно, прости за беспокойство.
— не парься, в норме все.
он закрывает дверь, я выхожу из спальни. мы сталкиваемся в коридоре, я бегаю глазами по его лицу, он совершенно спокоен, а в глазах нет никакого ответа на мои вопросы.
— зачем ты солгал? – приходится спросить прямо, иначе просто не укладывается в голове.
— потому что ты наставила рога своему парню, – отвечает он, что заставляет меня покраснеть от стыда, – Юлиане необязательно знать, что ты снова была в моей кровати.
— замолчи, – прошу я, не выдерживая этого позора, – ты не можешь меня осуждать. ты никогда никого не осуждал! – сколько ж сплетен я ему рассказывала о нашем подъезде, но он не вмешивался в них.
— а я и не осуждаю, это не мое дело, – он кивает головой в сторону кухни, я иду за ним, – просто говорю так, как подумают другие, если узнают. считай, что я тебя спас.
— ты же не скажешь об этом никому? – глупый вопрос.
— прям сейчас побегу к Валентине Ивановне на третий и скажу о том, как мы употребили и трахались, – его улыбка быстро спадает с губ, а тон становится серьезнее, чем секунду назад, – нас обоих отсюда выкинут. у меня, если честно, нет времени и желания искать еще одну квартиру и еще одну чокнутую соседку, – он подмигивает, а мне его компания уже не нравится. не надо было ему рассказывать об этом. теперь он точно будет упрекать меня в любой удобный момент. как это сделал бы любой нормальный человек. хотя... Аарон не особо-то и нормальный.
— что ты хочешь? – смотрю я ему в глаза, а он протягивает мне растворимый кофе, который я покупала еще в первые наши встречи. даже сейчас он меня подкалывает.
— я уже ничего не хочу, мы итак помогли друг другу, – он тянет меня за щеку, как ребенка, я бью его по руке, а он наигранно хмурится, – за кого ты меня принимаешь?
— какой тебе смысл мне помогать?
— просто у тебя красивый голос, – отвечает он, а я закатываю глаза.
— ладно, – я потираю переносицу, – спасибо.
— нальешь чай? – меняет он тему, а я киваю. так будет легче.
мы пьем чай молча, а потом я иду в свою квартиру, где в прихожей стоит Юлиана. она куда-то собирается. а мне так стыдно смотреть ей в глаза.
в отражении зеркала я вижу себя, и мне хочется искупаться в кислоте, убить все отпечатки, растворить в крови остатки порошка. как я могла позволить себе снова употребить? как могла позволить трогать себя? как я могла?
сестра оборачивается, увидев меня, улыбка пропадает с ее лица. сердце забилось еще сильнее. я так боялась разочаровать кого-то. именно это и сделала.
— где ты была? – смотрит Юля мне в глаза.
— я выходила прогуляться по городу, – опять лгу сестре. ну не могу я признаться. как мне вообще сказать ей об этом? что ее старшая сестра, с которой она всегда брала пример - шалава, – а ты куда?
— Ваня позвал позавтракать в кафе, – улыбается она, а я правда очень рада за нее.
— хорошо.
— Тей, помнишь, сегодня будет мероприятие.
— да, конечно, – пожимаю плечами, почувствовать запах кошачьей мочи. идиотский порошок. интересно, Аарон его покупает потому что он дешевый или потому что ему нравится синтетика? хотя я уверена, что это не единственный вид наркотиков в его доме.
Юлиана уходит, я бегу в душ. кипяток не помогает отмыться. как я могла вообще с ним заговорить? даже не в нем дело. а во мне. я же знала, я же помнила. я так виновата. мне так стыдно. только что сделает мое покаяние? очистит мне совесть или карму? я не заслужила быть любимой.
я выхожу из ванной, когда становится очень плохо, сил нет даже просто одеться. открываю везде окна, пытаясь прийти в норму.
Никита будет на этом вечере. я не пойду. не смогу. боже. хватит. эти мысли. я уже не могу контролировать их. себя. так плохо. так все давит. передоз.
поток этих навязчивых мыслей не дает покоя. вырабатывается адреналин, я могу одеться и выпить литр кофе, что легче не делает. хочется спрятаться от всего мира, чтобы никто не нашел.
и приходит Юля. сколько ж времени я так просидела? я делаю вид, что сплю, чтобы лишний раз не притворяться, не разговаривать. я устала.
просто устала. от самой себя. от прошлого. от жизни.