Глава 3.
Музыка стихала, но они всё ещё стояли на месте — слишком близко, чтобы это было случайностью, и слишком тихо, чтобы кто-то мог услышать их мысли. Уилл чувствовал, как сердце всё ещё бьётся в горле, и он боялся пошевелиться — боялся разрушить хрупкость этого момента.
Майк глубоко вздохнул. Его пальцы чуть дрожали, но он не отпускал Уилла. Глаза метались — от пола к лицу друга, от стены к потолку, но в конце концов вернулись обратно, к его глазам. Уилл чувствовал, что-то сейчас произойдёт, но не знал — будет ли это хорошо... или слишком.
— Уилл... — прошептал Майк, и это имя прозвучало совсем иначе. Не как раньше, не как на улице или за школьной партой. В этом звуке было что-то новое. Мягкое. Настоящее.
— Да? — тихо ответил Уилл, почти не дыша.
— Я... я не уверен, что делаю, — честно сказал Майк, опуская взгляд. — Но если я... если я вдруг...
Он не закончил. Он просто слегка наклонился ближе. Не резко, не напористо — словно давая шанс отстраниться. И Уилл чувствовал, как тепло Майка приближается, как дыхание касается его щеки. На секунду всё исчезло: музыка, смех, свет. Остались только они.
Майк коснулся его губ легко, почти незаметно. Это не был поцелуй — скорее, вопрос. Прикосновение, полное сомнения.
Уилл остался неподвижным. Он не оттолкнул, не испугался, но и не ответил сразу. Он просто стоял с закрытыми глазами, чувствуя, как внутренний мир чуть качнулся, как будто от ветра.
Через мгновение он слегка, очень осторожно, потянулся вперёд. Его губы коснулись губ Майка — на долю секунды. Как дыхание. Как тёплая искра. И в этом почти невидимом касании было всё, что они не сказали словами.
Когда они разом отстранились, оба смотрели в разные стороны, словно боялись встретиться взглядами. Щёки Уилла пылали, и он улыбнулся — очень слабо, чуть смущённо.
— Это... было странно, — прошептал он.
Майк тоже чуть усмехнулся, глядя в пол.
— Да. Но... по-хорошему странно, — сказал он, всё-таки взглянув на него.
И в этих словах, как и в их танце, было что-то очень простое. Что-то своё.