Твоя любимая, антифанатка
Глава 5
"Твоя любимая, антифанатка"
— Ты совсем больной?! — кричала Кира, дёргая за ручку двери, но та никак не открывалась.
Нокс, сидя за рулём, лишь рассмеялся, даже не удостоив девушку взглядом.
—Даже не пытайся, гремлин. Двери всё равно заблокированы.
—Днище, — выдохнула Кира, скрестив руки на груди.
—Ох, как динамично. Гремлин и днище —звучит же?
Кира зло фыркнула и вновь начала дёргать за ручку.
—Гремлин, это бесполезно.
—Останови машину.
—Не-а, — хмыкнул Нокс, всё ещё глядя на дорогу. Выражение его лица было спокойным, в отличие от Киры. Она сидела нахмурившись, как кошка, словно вот-вот набросится на бедного парня.
—Это называется похищение. Я в любой момент могу позвонить в полицию.
Милецкая полезла в карман своих джинсов, но не обнаружила телефон. Исчез, как ветер.
—Не это ищешь?
Нокс из своих карманов достал телефон Киры, чехол которого был прозрачный, а под ним находились маленькие фотографии с Юлей.
На фото были моменты из разных лет: когда девушкам было десять, пятнадцать, семнадцать, а также снимок с этого года — в их двадцать два.
И единственная фотография была с русоволосым парнем. А точнее, с её братом Максимом, которого уже не было в живых. На фотографии ему было шестнадцать, а Кире — девять. Оба улыбались, причём даже их улыбки были одинаковыми — с видимой десной.
Вспомнив брата, Кира чуть загрустила. Максим и бабушка, которых больше нет, были единственными, кто её любил и оберегал.
Родители Киры и Максима, скажем так, были самыми ужасными людьми в их жизни.
Мама Киры, Татьяна Милецкая, постоянно унижала дочь, сравнивала её с дочерью соседки, которая, видите ли, хорошо учится, помогает маме, не пьёт, не курит и не общается с парнями. Постоянно ставила в пример.
Кира, вспомнив всё это, закрыла глаза и выдохнула.
—Отдай телефон, — прошептала девушка. —Сейчас же.
—Нет.
—Это моя собственность.
И вообще... — вдруг Кира взглянула в окно, поняв, что он везёт её из города.
—Ты куда меня везёшь?
Нокс улыбнулся, как маньяк, но ничего не ответил.
—Чего лыбишься, днище?
Нокс продолжал улыбаться, но молчал.
—Если не ответишь, куда везёшь, я расцарапаю тебе руку.
—Дерзай, гремлин.
Милецкая нахмурилась, но всё же потянула руку к его руке, на которой были татуировки, покрывающие всю кожу. Одна была большая — в виде змеи.
Кира сначала медленно провела ногтями по его коже, дразняще, почти нежно. А потом вдруг царапнула сильнее.
Нокс даже не поморщился. Наоборот — уголки его губ дрогнули в ухмылке.
Его это заводило, причём сильно.
—Ты точно меня царапаешь, а не наоборот?
—Что наоборот? — удивилась Кира, продолжая царапать.
— Меня это заводит.
—Заводит что?
—То, как ты меня царапаешь.
Нокс взглянул на шокированную Киру и погладил её по голове, вновь глядя на дорогу.
—Не трогай меня, ворюга, — фыркнула девушка, смотря, как они выехали из города.
Хоть Кира и не показывала панику, но внутри ей было страшно.
Раньше Максим защищал её от всех, и от тех, кто пытался её украсть, а сейчас что? Никто больше не может её защитить.
Кира вглядывалась в небо, веря в то, что Максим смотрит на неё с небес. Как он попытается защитить свою сестрёнку, даже с такого расстояния.
"Вернись ко мне, Максим, ты мне очень нужен. Пожалуйста" — единственное, о чём думала Милецкая.
Небо было голубо-розового цвета, облака разного размера, и вдруг Кире вспомнилось, что однажды брат ей сказал:
"Когда я умру, ты увидишь в небе облако в виде слоника."
Кира обожала слоников в детстве. И это было первое, что пришло Максиму в голову — слоники.
Он даже подарил ей цепочку со слоном, но она её потеряла и долгое время плакала, что не могла найти.
Кира глазами начала искать облако в виде слона, но так и не нашла. Было некое разочарование в себе, что так и не увидела его, но ничего поделать с этим нельзя.
Сама не заметив, Кира заснула.
Нокс, который украдкой посмотрел на девушку, слабо улыбнулся и рукой, на которой были её царапины, убрал рыжую прядь волос за ухо.
Нокс часто возил своих фанаток в разные отели, места с кроватями — лишь для одного дела. А тут везёт свою антифанатку, которая исцарапала ему всё и называет "днищем".
И даже на своей машине, а не на запасной.
Гитарист частенько поглядывал на спящую Киру, чтобы на всякий случай она не проснулась.
Она выглядела уставшей, а тут хоть поспать сможет.
Через полчаса Кира проснулась. Глаза открыть было трудно, но всё же смогла.
—Проснулась, гремлин?
—Мы где?
Милецкая осмотрелась и поняла, что находится уже не в городе, а непонятно где.
Раньше она не видела это место — кругом лес и дорога.
—Пошли.
—Ты меня убить решил? Знай, я бегать умею.
—А я ловить. Идём.
Брюнет открыл дверь машины и вышел.
Кира ничего не понимала, что он от неё хочет.
Пока Кира размышляла, Нокс успел открыть ей дверь, сразу потянув руку, как джентльмен.
Кира не ответила на жест, просто вцепилась в сиденье, будто это могло её спасти.
—Чего так в сиденье вцепилась? — поглянул Нокс на Киру, у которой на лице было написано "Тронешь меня — убью тебя".
—Ты меня увёз непонятно куда и просишь, чтобы я пошла за тобой. Ты серьёзно?
—Да, — втянул парень и склонился к двери, опершись руками на крышу автомобиля.
Его растрёпанные волосы падали на лоб, скрывая взгляд, но даже так она чувствовала его пристальное внимание.
—Выйдешь? — спросил Нокс, смотря прямо в карие глаза Киры.
Внимательно приглядевшись, Милецкая заметила, что от солнца глаза Нокса были не карими, как в фургоне, а каре-зелёными. Вокруг радужки — карий цвет, а всё остальное зелёное, как лес.
—Не выйду, — ответила Кира, ещё больше прижавшись к сиденью.
—Хорошо, — кивнул Нокс и осторожно взял Киру за запястье, потом за талию.
Кира резко дёрнулась и ещё сильнее прижалась к сиденью.
—Я сказала, не трогай меня!
—Хватит дёргаться, — фыркнул Нокс. — Я же не убивать тебя буду.
—Тогда зачем в лес привёз?
—Гремлин, — вздохнул Нокс, ближе наклоняясь к Кире, так что она стала слышать его дыхание.
—Я всё равно сильнее, — продолжил он. —Не стоит пытаться держаться.
Но девушка не слушалась, отвернула голову в другую сторону.
Нокс одной рукой всё ещё держал её за талию, другой стал отцеплять руки Киры от сиденья — и у него получилось. Но, бережно взяв её на руки, он вытащил из машины, прикрывая голову рукой, чтобы та не ударилась.
Кира сопротивлялась до последнего, но, оказавшись на руках у Нокса, замерла. Она чувствовала его сильные руки, тепло его тела, слышала ровное дыхание у своего виска. Это злило её ещё больше.
—Опусти меня, сейчас же! — взвизгнула она, брыкаясь.
—Ага, ещё и убегать начнёшь, — усмехнулся он, но всё же аккуратно поставил её на землю.
Кира тут же отступила на шаг от Нокса, у которого в глазах читался азарт.
—И где мы? — оглянулась она. Кроме леса, который был ей незнаком, и дороги, ничего не было.
—В месте, где тебе нужно быть.
—Потрясающее объяснение, просто невероятно!
—А то, — улыбнулся Нокс и ущипнул Киру за щёку.
Кира с силой шлёпнула его по руке, раздражённо фыркнув:
—Ещё раз тронешь меня — укушу!
Нокс рассмеялся, убирая руки в карманы.
—Царапаешь, потом кусаешь, — усмехнулся Нокс. —Что дальше? Стоны в постели?
Кира открыла рот от удивления. Никто раньше с ней так не говорил, да и вообще, на такие темы не шутили, а тут самодовольный музыкант ей про постель говорит? У него точно с головой в порядке?
—Офигел? Что за мысли у тебя в голове?
—Прекрасные, — лукаво ответил Нокс.
—Ни черта не прекрасные. Видимо, твой мозг либо одним полушарием работает, либо же его совсем нет. Склоняюсь ко второму варианту.
Нокс усмехнулся, явно наслаждаясь её реакцией.
—Гремлин, да ты просто золото, — сказал он, качая головой. — Честно, даже жалко, что ты меня ненавидишь.
Кира скрестила руки на груди, хмурясь.
—Жалко? Мне кажется, ты кайфуешь от этого.
—Ну… есть в этом что-то забавное, — ухмыльнулся он, наклоняясь ближе. — Ты так смешно злишься.
Девушка отпрянула, глядя на него с подозрением.
—Может, хватит этого цирка? Ты похитил меня, увёз чёрт знает куда, а теперь что? Собираешься мне экскурсию по лесу провести?
—Именно! — с энтузиазмом кивнул Нокс. — Добро пожаловать на место, где зародилась легенда.
—Какая ещё легенда? Легенда про то, что у великого музыканта в мозге что-то есть?
—Нет, легенда, благодаря которой мы стали популярными.
Девушка глянула на него с непониманием. Нокс, догадавшийся, что Кира не поняла, о чём он, пояснил:
—Лет пять-шесть назад мы засняли клип с песней «Принц теней».
—И?
—И этот клип стал очень популярным. На нём больше пятисот миллионов просмотров. Благодаря этой песне и клипу нас стали узнавать.
—Узнавать как теневых психов?
—Ха, гремлин, а с чувством юмора тебе явно повезло. Нет, не как психов, а как музыкантов.
—Из вас музыканты, как из меня солдат.
—Судя по тебе, ты и солдатом могла бы быть отличным.
—А ты не суди.
—Не буду, — Нокс поднял руки вверх, сдаваясь Кире. Та лишь победно улыбнулась.
—Так зачем привёз? — поинтересовалась Милецкая, уже понимая, что Нокс точно её не обидит.
—Просто.
—Просто? Ты просто увёз меня из города непонятно куда?
Кира явно не была довольна ситуацией, а ещё понимала, что если к шести тридцати не вернётся домой, то родители вновь устроят скандал.
Да, Кира могла бы съехать от них, но была одна проблема — деньги.
Как бы Кира ни пыталась найти работу в городе, всё без толку. Поэтому ждала, когда закончит свой последний курс с Юлей.
—Хочешь, домой отвезу, — словно не спрашивая, озвучил Нокс.
—Конечно, хочу, — без сомнений ответила Кира.
—Тогда садись.
Кира без вопросов села на своё место.
Нокс сел за руль и начал заводить машину.
—Удивительно, ты даже не возмущаешься, — хмыкнул он, бросая на неё взгляд.
—А смысл? — Кира пристегнулась, скрестив руки на груди. —Ты всё равно сделал, что хотел. Так хоть домой вернусь.
Когда Нокс выехал из леса, он включил радио. В динамиках зазвучала мелодия — гитарные рифы и хрипловатый голос вокалиста. Кира поморщилась.
«Неоновый свет, мосты и дожди,
Ветер уносит обрывки любви.
Тени танцуют в свете луны,
Но тебя не найти. Где же ты?..
Ночь в Париже — пустой карнавал,
Все наши чувства — лишь пепел и шквал.
Ночь в Париже, в глазах огоньки,
Но между нами — холод и дым.»
—Что за шум? — пробормотала она, недовольно нахмурившись.
Нокс удивлённо приподнял бровь.
—Ты серьёзно?
—Вполне.
—О, гремлин, ты только что разбила моё чёрное рокерское сердечко.
—Интересно, как?
—Так что ты не знаешь нашу музыку. Обидно, знаешь ли, — с тоном насмешки произнёс он.
—Ты издеваешься? — она скрестила руки на груди.
—В каком смысле? — невинно поинтересовался он, но в голосе сквозила явная насмешка.
—В смысле, ты включил этот шум, надеясь, что я тут же начну визжать от восторга?
—Да ладно тебе, гремлин, признай, что это круто.
—Круто? — Кира сделала драматическую паузу, прежде чем продолжить. — Это самая переоценённая группа из всех, что я знаю.
Нокс усмехнулся, даже не обидевшись.
—Так ты знаешь.
—Конечно, знаю. Я же антифанатка.
—Вот это преданность! — с фальшивым восхищением воскликнул он.
—Кто-то же должен не позволять вам зазнаться, — фыркнула Кира.
—И ты взяла эту благородную миссию на себя?
—Конечно, — глядя в окно, повторила она.
Нокс сделал музыку тише.
—Так если ты наша антифанатка, значит, слушаешь наши песни?
—К счастью, нет. Мои уши хотят жить.
—Моё сердце тоже хочет жить, но ты его только что разбила, — драматично вздохнул Нокс.
Кира закатила глаза.
—Да ну? Какой кошмар, надеюсь, переживёшь.
—Не факт. Ужасная трагедия. Меня ненавидит собственная фанатка.
—Антифанатка, — тут же поправила Кира.
—Почти одно и то же.
—С каких пор? У меня другая причина ненавидеть.
—Ого, — удивился Нокс. — И какая же?
В машине вновь повисла тишина.
Кира смотрела в окно, но в голове бушевал хаос. Она злилась. На Нокса, на этот разговор, на саму себя.
—Так и не скажешь, да? — спокойно спросил он, не глядя на неё.
—Это не твоё дело, — отрезала Кира, крепче сжимая пальцы.
Нокс лишь усмехнулся, но больше не настаивал.
Он не знал. Никто не знал.
—Это не твоё дело.
—Ладно, гремлин, раз уже не моё дело, так не моё.
—Я не гремлин.
—А кто? — внимательно поинтересовался Нокс.
—Кира.
—Красивое имя, Кира. Фил Радвилов, — он протянул руку Кире, ведя другой рукой машину.
—Фил? Радвилов? Ты только что назвал своё настоящее имя?
—Да.
—Не боишься, что распространю эту информацию твоим фанаткам? — с дерзостью спросила Милецкая.
Кира пристально посмотрела на него, ожидая хоть намёка на волнение, но Нокс — или теперь уже Фил — лишь ухмыльнулся, как ни в чём не бывало.
—Ну, попробуй, — он лениво пожал плечами. — Посмотрим, поверят ли они.
—Ещё как поверят, — фыркнула Кира, но сомнения всё же закрались в её голову. Действительно ли фанатки примут её слова за правду? Или решат, что это всего лишь очередной слух?
Нокс краем глаза наблюдал за её реакцией, развлекаясь тем, как она раздумывает.
—Гремлин, давай честно, — заговорил он спустя паузу. — Тебе ведь даже неинтересно выдавать меня.
Кира скрестила руки на груди, сердито глядя в окно.
—А вот этого ты знать не можешь, — пробормотала она.
—Конечно, могу.
—Уверенный какой.
—Уверенность — моё второе имя, — ухмыльнулся Нокс.
Кира только закатила глаза, но ничего не ответила. Она знала, что спорить с ним сейчас бесполезно.
Некоторое время в машине стояла тишина, нарушаемая лишь гулом мотора и тихой музыкой из колонок.
—Скоро приедем? — наконец спросила Кира, стараясь не показывать, насколько устала от этой поездки.
—Нет, — ответил Нокс, бросив на неё короткий взгляд.
Она снова посмотрела в окно. Городские огни мелькали вдалеке, и от этого становилось чуть спокойнее.
Её мысли снова вернулись к брату. Что бы он сказал, увидев её в такой ситуации? Наверное, обозвал бы дурой за то, что она позволила какому-то самодовольному музыканту затащить её в неизвестность. Но он точно бы начал её успокаивать, а потом нашёл бы этого гитариста и убил за сестрёнку.
Спустя полчаса:
При поездке Фил вернул телефон Кире, хотя связь ловила плохо.
Через время начала виднеться площадка, которая видна сразу, когда приезжаешь.
—Останови меня у площадки, — устало пробормотала Кира, глядя в окно.
Фил бросил на неё короткий взгляд, но ничего не сказал.
Через минуту он плавно затормозил у небольшой, знакомой ей площадки — той самой, на которой она часто играла с Максимом.
Кира медленно расстегнула ремень и потянулась к дверной ручке.
—Ну вот, жива-здорова, — с лёгкой усмешкой заметил Фил.
—Спасибо, благородный рыцарь, что привёз меня живой! — язвительно отозвалась Кира, наконец открывая дверь.
—Всегда к твоим услугам, гремлин.
—Не называй меня так, — буркнула она, вылезая из машины.
—Пока, гремлин.
—До свидания, днище, — улыбнулась рыжая, громко захлопнув дверь.
Фил рассмеялся и потрепал свои волосы. Ему было весело насмехаться и дразнить бедную Киру, которая явно бесилась с его присутствия.
—Надеюсь, судьба нас ещё свяжет, любимая антифанатка, — пробормотал он себе под нос и нажал на газ, уезжая к тому заброшенному дому, в котором началась команда «Теней».
***
Кира быстрыми шагами шла почти к концу города.
Город, в котором она жила, раньше был деревней. Он рос, менялся, превращался в нечто большее, но в старых районах всё ещё можно было почувствовать дух прошлого. Её дом, тот самый, что достался ей от бабушки, находился именно в таком месте — на тихой улочке, где ещё стояли старые деревянные дома, окружённые садами.
Она свернула на знакомую дорожку, поросшую травой, и замедлила шаг.
Впереди, за изгибом тропинки, виднелся её дом — отремонтированный, бело-коричневого цвета, с большой террасой. А неподалёку находился дом соседей, точнее, маминой подруги, с чьей дочерью её постоянно сравнивали.
Неизвестно почему, но Кира подняла голову на небо и увидела облако. В виде слоника! Она замерла на мгновение, прищурившись. Небо гнало лёгкие перистые края, но очертания всё ещё оставались узнаваемыми.
Кира быстро достала телефон и включила камеру, направляя его на облако.
Последний раз слоника она видела лет в пятнадцать, на похоронах Максима 21 июня. Его похоронили в тот же день, когда нашли мёртвым. В тот момент Кира заплакала сильнее, чем когда в шесть лет упала с лестницы и чуть не сломала ногу.
Потерять Максима было словно потерять жизнь. А ещё после его смерти, через три года, умерла бабушка от инсульта. В сам день рождения Киры — 16 ноября, когда ей исполнилось восемнадцать лет. После этого она стала ненавидеть свой день рождения.
Когда Кира фотографировала облако, она почувствовала, как на глазах накопились слёзы и потекли по её щекам.
"Цени все дни, пока они не стали самыми больными "
За спиной девушка услышала смех, из-за чего обернулась. Из дома соседки вышла Даша Цветова — та самая пай-девочка. Нет, она не бесила Киру, но было обидно за постоянные сравнения с ней.
Светло-русые волосы Даши были собраны в высокий хвост, на ней было жёлтое платье и белая обувь. А рядом с ней из дома выходил парень высокого роста, с явно накачанными плечами и коротко стриженной причёской.
Кира смотрела на него и никак не могла вспомнить, кто это. Нигде и никогда его не видела, а тут — прямо из дома Дашки выходит.
Даша, осмотревшись, заметила Киру, быстро что-то прошептала парню и подбежала к ней. Лицо Цветовой сильно изменилось. Когда выходила — сияла как звезда, а увидев Киру, тут же запаниковала.
Кира смахнула слёзы тыльной стороной ладони и настороженно посмотрела на Дашу, которая уже почти подбежала к ней.
— Кира! — голос соседки звучал натянуто, будто она не знала, радоваться встрече или бояться. — Привет.
—Привет. А это кто? — Кира посмотрела на парня, находившегося за спиной Даши.
—Мой парень, — быстро ответила Даша и тут же закрыла рот руками.
—Твой парень? — Кира не ожидала такого ответа. — Когда он успел появиться?
—Давно, но мама ни о чём не знает.
—Ого…
—Да, только, пожалуйста, Кир… — Даша взяла её за руку. — Только никому не говори, прошу!
—Хорошо, не буду. Как его хоть зовут?
—Егор. Ты точно никому не скажешь?
—Никому.
—Спасибо!
Даша крепко обняла Киру, а потом быстро отстранилась.
—Ладно, мне пора, — сказала Кира. Они с Дашей быстро попрощались.
Вдруг Кира посмотрела на время в телефоне и быстро побежала в сторону дома, понимая, что опоздала. Она обещала вернуться в шесть тридцать, а вернулась почти в восемь.
Кира открыла дверь и на пороге встретила "любимую" маму, чей взгляд уже забрал всю энергию.
—И где ты шлялась? — осведомилась Татьяна.
—С подругами гуляла, — ответила Кира, уже собираясь идти в комнату, но мать схватила её за запястье.
—Куда?!
—В комнату.
—Я спрашивала, где ты шлялась, а не разрешала в комнату идти!
—Я же сказала, с подругами была.
—Ты сказала, что вернёшься в шесть тридцать, а сейчас семь сорок два. Ты где, тварь, весь этот час пропадала, а?! —Татьяна замахнулась и ударила Киру по щеке. Боль резко прострелила кожу.
—Наш автобус задержали, — разъяснила Кира, приложив руку к щеке.
—Хватит врать! — ещё один удар, теперь по другой щеке. — Прям копия Максима, тот тоже гулял непонятно где!
—Не приплетай сюда Максима! — Кира повысила голос.
—Не ори на мать! — из кухни вышел отец, который слышал весь разговор и не потерпел такого отношения к жене.
Десять минут семья Милецких спорила и орала друг на друга, но вскоре Кира психанула и убежала в комнату, захлопнув дверь.
Она тут же рухнула на кровать и достала телефон из кармана. Разблокировав экран, увидела сообщение от Юли и тут же ответила:
"Привет, Юль. Со мной всё хорошо, я уже дома."
Написав это, Кира зашла в галерею и начала смотреть на фото с облаком.
Она надеялась, что не заплачет, но нет — слёзы снова появились на глазах. Несколько часов она тихо плакала, чтобы родители не услышали, и вскоре уснула.