Глава 28
Купив все для овсяного печенья, которое так любит Пашка, я, таща на себе тяжелые пакеты, открываю дверь в подъезде. Мой парень думает, что я приду только вечером, а сейчас обед. Жить с ним я начала после трёх месяцев отношений. Съехав с общаги, ещё долго скучала по этой взбалмошности, безудержного веселья и неадекватности. Открываю дверь в квартиру и с грохотом ставлю пакеты на пол в узком коридоре с обоями в бежево-бордовую полоску. На звук вышел Паша в боксерах. Я наблюдала его быстро сменяющиеся эмоции. Удивление, замешательство, наигранная радость.
–Ого, ты так рано пришла, - заметил блондин, потерев затылок. Его лицо освещала одинокая желтая лампочка, висящая на потолке, отделанном побелкой.
–Ты не рад? - спрашиваю, мастерски скрывая огорчение и разуваюсь. - Я хотела сделать сюрприз и прийти пораньше, чтобы вместе заняться готовкой.
–У нас просто... - замялся молодой человек, провожая меня до ванны, чтобы я помыла руки. - гости.
На миг я замерла. Глаза забегали по уборной, пока сердце пропускало удары. Это чувство похоже на бабочки в животе, только вместо бабочек так порхают моли, прогрызая желудок словно шубу. Я рассмотрела каждую кафельную плитку цвета морской волны. Пожалуйста. Пусть Марк не окажется правым. - кто пришёл?
–Каролина? - раздался до боли знакомый голос за спиной. Я посмотрела на Иру через зеркало. Моя подруга была в алом нижнем белье, на котором покоилась легкая сорочка. Все встало на свои места. А я так не хотела это признавать.
–На-а-адо же. Приехала навестить «брата»? - ехидно замечаю. - Инцест - это, конечно, дело семейное. Что ж, думаю вы и вдвоём сможете испечь овсяное печенье. Очень низко ты поступил, Паша.
Не устраивая никаких истерик, я спокойно направилась к выходу из недорогой квартиры, умело обогнув уже бывшего парня. Только когда я вышла на улицу, дала волю слезам и эмоциям, которые словно огненный шар сжигали меня внутри. Шёл дождь. Такой же серый и холодный, как мое сердце сейчас. Больно, чёрт возьми. Но я не чувствую той боли, что причинял мне Виктор. Я любила Виктора и эта боль ощущалась совсем по-другому. А вот это - глубокое чувство разочарования. Чертовски обидно. Унизительно. Прикурив сигарету, я заказала такси до торгового центра.
***
Яркий свет стробоскопов бьет прямо в глаза, облачая людей на танцполе в цветные пятна. Движения толпы больше похожи на бездумные толкания, а не танцы. Народ прыгает, двигает бёдрами, машет руками. А я сижу за барной стойкой и хлещу абсент из высокого стакана.
–Повтори, - вежливо прошу бармена, который еле как сводит концы с концами. Молодой парень, мешающий коктейли, кивнул и удалился выполнять другие заказы.
–Чего одна здесь, бэйби? - на соседний стул плюхнулся то ли шатен, то ли брюнет. В темноте не различить. Но парень весьма симпатичный.
–Я не одна, - претворяюсь трезвой мадам. - я в компании абсента. - демонстрирую стакан с ярко-зелёной жидкостью.
–Я Кит, а тебя как звать? - обращается ко мне новый знакомый, с кольцом в левом ухе, которое отражает клубный свет. Вау. Мне очень даже нравится. Я бы ему дала. Наверное. Дала бы, если бы не была девственницей. Определённо.
–Дельфина, - иронизирую, рассматривая прокол. Он похож на обруч для занятия фитнесом. - слушай, чувак, если ты не работаешь в Uber'е, то проваливай.
–Я не работает в такси, - посмеялся Кит, не выговаривая букву «Р». Что за придурковатое имя? Он сам его придумал, или это погоняло? А может это родители поиздевались, обозвав бедного ребёнка? Если это так, то его родители - жестокие люди.
–Чао, - я попыталась изящно слезть со стула, прихватив ещё одну порцию алкоголя, но в итоге неудачно сползла.
–Тебе достаточно, Делфина, - «проколотый» мигом очутился рядом со мной, придерживая за талию. Как-то странно он говорит.
–Ты кто вообще? - спрашиваю и хмурю брови, тыча в грудь парню.
–Я из Британии. Уже представлался, - терпимо ответил на мой вопрос Кит, одаряя обворожительной улыбкой.
–Так вот почему ты чешешь так, как будто жуёшь, - глупо улыбнулась. Но улыбка пропала с моего лица как только я запнулась. - да твою ж рать.
–Не совсем понимаю о чем ты, - задумался иностранец. - при чем здесь «чесать»?
–«Чесать», милый мой, это значит «говорить», - поясняю, пока меня ведут из клуба так, как маленького ребёнка из магазина, где он устраивал истерику.
–Куда тебя девать? - спрашивает Кит, когда мы уже стоим на мокром темно-сером асфальте под глухим желтым светом уличных фонарей.
–К Маркуше, - с гордостью заявляю, даря парню свою самую красивую улыбку, как мне кажется. Хотя я больше уверена, что получился безумный оскал. - тебе номер его надо?
–Желателно, - кивнул, рассматривая меня так, словно он мой старший братец, застукавший меня на вечеринке.
***
–Вообще ни о чем не думаешь. Глупая маленькая девчонка, - ворчал себе под нос Карницкий, ведя автомобиль. Как же сильно я его люблю. Но должно ли так быть? Это алкоголь или действительность? Мы уже долгое время друзья, и не особо хочется снимать этот ярлык. Это страшно и непривычно.
–Прости, Марк, - мямлю, засыпая на заднем сидении. Я сняла белые глянцевые каблуки, которые, как и платье, купила перед походом в клуб, и, застонав от чувства свободы, закинула ноги на кожаное чёрное кресло, ложась. - мы расстались сегодня. Или вчера. Плевать. Он изменял. Да не просто изменял, а с моей подругой, представляешь? Единственной подругой, - выделила я заплетающимся языком. - Ты был прав. Ты всегда прав. Марк, знаешь, что ты единственный, кого я люблю? Я даже Пашу не любила. Мне просто это... нравилось то, что он мой парень... Хотя нет. И Виктора я тоже люблю вообще-то. И Мистера Шнуффеля. И маму. Представляешь, люблю настолько, что даже если бы ты сделал мне предложение, я бы сказала «да». Обалдеть, правда?
После своего монолога, я чуть приподнялась и в зеркале заднего вида заметила, что шатен поджал губы, хмурясь. Сейчас он взлохматил свои кудрявые волосы. Ему не нравится то, что я сейчас говорю. Да и мне самой это не нравится. Но не могу остановиться нести чушь. Слишком уж сильно под действием алкоголя меня пропирает на откровенности.
–Это пьяный бред, Карла, - вынес свой вердикт парень.
–Тебе виднее, - вздохнула, проваливаясь в глубокий сон.
***
Синий прохладный океан. Полностью прозрачная водная гладь. Морская живность, растения, коралловый риф, губки. Я плыву быстро, время от времени выпрыгивая на поверхность. Рядом со мной мной неизменный спутник - кит с проколотым плавником.
–Давай кто быстрее, Делфина, - на морском языке прощебетал он и попытался уплыть прочь. Но вот незадача. С его никчёмной скоростью тринадцать километров в час не уплывешь. Зато с моей тридцаткой с кепкой все не так плохо.
Вот, я уже обгоняю иностранного Кита, как чувствую, что на меня льётся ледяная вода.
–Какого хрена, я же в океане... - гневно бормочу, открывая глаза. Передо мной, словно статуя свободы предстал сам Марк, мать его, Карницкий. И именно он поливает меня из лейки холодной водой. - ты сбредил что ли, осел? Я тебе фикус напоминаю или что?
Шатен лишь расхохотался. - В таком состоянии ты мне не фикус напоминаешь, а овощ. Кстати, ты ещё не передумала выходить за меня, разбойница?
–Что? Что ты несёшь? Чтобы ты каждое утро меня леденящей водой окатывал? - встаю с мокрой постели, продолжая ворчать, схватившись за голову, в которой будто проделывают дырку тупым сверлом. - Обалдеть, спасибо. Сегодня у нас с тобой грандиозные планы. - грозно заявляю я.