Коул
После того отвратительного дня нам с Беллой нужен был крепкий сон. Она вертелась, что-то мурчала себе под нос и выглядела встревоженной. Я ее обнимал и гладил ее пшеничные локоны – моя Зефирка сразу же засыпала и облегченно вздыхала. Она была сильной девочкой – этому даже не требовалось доказательств.
Я уснул далеко не сразу – обдумывал события последних дней. Учитывая, сколько на нас навалилось, даже не верилось, что мы справились. Осталось поставить на место того, кто обижал мою девочку.
Плана не было. Он и не требовался. Мне бы хотелось поскорее закончить всю головную боль, но кое-кто должен понести наказание за свою распутность.
Я не заметил, как искусал губы, чтобы скрыть агрессию, роившуюся внутри меня. Рив поступил как самый настоящий козел – мне даже пальцев двух рук не хватит, чтобы посчитать его факапы.
Пока я думал об этом, телефон вибрировал. Пришло сообщение. От Алекс. Мне казалось, что я ей дал ясно понять, что между нами ничего нет и быть не может.
Я свайпнул и увидел вложение – это было видео с той самой драки на дискотеке! Алекс хочет помочь или шантажирует меня? Она написала: «Я готова с вами пойти к директору, если надо. Такое не должно замалчиваться – пусть и история с Беллой принесла мне боль, но она тут точно не виновата. Прости меня, что я к тебе лезла».
Я перечитал сообщение раз десять – пытался осознать реальность и признать, что Алекс действительно на ней стороне – и облегченно выдохнул. Это было правдой. Все позади. Дело осталось за малым – Рив поплатится за все то, что сделал мне и Белле.
Я мог «схавать» все, что он делал мне. Мне было уже плевать – я не удивлялся ножам в спину от друга детства, скорее поражался, как он находил место для новых...
Но как только дело касалось моей девочки, я не мог оставить это просто так. Она и так прошла через многое, я не мог позволить, чтобы таким унизительным образом Рив снижал планку дозволенного. Он поплатится за каждый свой проступок.
Я не мог заснуть, но после созревшего в моей голове плана будто стало легче. Немного вздремнул, я встал чуть раньше Беллы – мне хотелось накормить ее вкусным завтраком. Моя хрупкая девочка лежала в кровати и выглядела во сне такой невинной.
Достал из шкафа какао и поставил молоко кипятиться. На кухне приятно запахло ванилью и молочным шоколадом. Белла любила салаты, но мне хотелось сделать для нее что-то более сытное – приготовил сырники. Они были не самыми аккуратными, но вкусными.
Солнце начало подниматься, обнимая землю солнечным светом. Это было удивительно – в холодные времена года солнце редко радует наши края.
Проснулось и мое личное солнышко – с утра она выглядела особенно милой и хрупкой. На ней была белая ночная рубашка в мелкий цветочек, волосы были собраны в аккуратную косу. На ней совсем не было макияжа, и она выглядела так, словно только сошла с небес.
Она неуверенным шагом подошла ко мне и крепко меня обняла за живот – она обычно всегда так делала – и прошептала мне:
- Доброе утро, любовь моя.
- Доброе утро, зефирка. Садись завтракать.
Наш путь только начинался, но я знал наверняка, что мы сильные духом – уже успели пройти через невзгоды. Сегодняшнее утро словно намекало нам – скоро все будет иначе.
10 лет назад...
- Коул, просыпайся! Ты проспишь всю жизнь! – Мэгги прыгала вокруг моей кровати и всеми силами старалась меня разбудить, - Мама нас уже ждет, умывайся и иди на кухню.
С этими словами Мэг вылетела из моей комнаты, а я отправился умываться.
Мама накрыла на стол: она приготовила мои любимые сырники, блинчики с клубничным джемом и кашу. Она выглядела по-настоящему счастливой: сегодня у учеников в музыкальной школе концерт. Мама любила дело, которым она занимается, но еще больше она любила нас с Мэг и папу.
- Коул, солнце, доброе утро! – мама поцеловала меня в макушку. – Сколько уроков у тебя сегодня?
- Всего пять, потом буду готовиться к экзамену в музыкальной школе.
- Ты умница! Мэг, а ты сегодня чем занята?
Мэгги слегка потупила взор и расстроено вздохнула. В тот момент она не знала, чем будет заниматься.
Мама не подала виду, что расстроилась, и поцеловала Мэгги в макушку.
В тот день было все слишком идеально. Кто же знал, что наших родителей не станет через две недели после того утра?
- Коул, все в порядке? – Белла встревоженно на меня смотрела. – Ты совсем не ешь, а взгляд у тебя стеклянный, как у куклы в антикварной лавке. Чем я могу тебе помочь?
Я вернулся в реальность: передо мной была девушка моей мечты, моя будущая жена, а я отстранился в момент, когда ей было трудно самой...
- Милая, я в порядке, просто... Я вспомнил маму.
Белла посмотрела на меня слегка встревоженно и печально. Она погладила меня подушечкой большого пальца по щеке и нежно мне улыбнулась:
- Любимый, мама тебя любит и скучает по тебе. У нас все будет хорошо, твоя мама была бы счастлива, если бы узнала, как у тебя дела сейчас. Мой любимый, моя гордость! Ты замечательно выступил на концерте, и теперь все знают, что ты у меня самый талантливый.
Мы переглянулись и обменялись теплыми улыбками. Все-таки, нужно было позавтракать и собираться в школу. Триместр подходил к своему концу, и нужно было заняться оценками.
Я уныло взглянул на сырники – мне казалось, что они выглядят совсем не аппетитно и не эстетично – а ведь у Беллы такая уютная и красивая квартира.
Несмотря на это, Зефирка с аппетитом налетела на сырники и съела их с шоколадным сиропом. Она слегка испачкалась в шоколаде, и я протер ее щеку салфеткой.
Когда мы закончили с трапезой, я мыл посуду, а Белла собиралась – ей нужно было нанести на лицо макияж и причесаться. Она не так долго выбирала наряд и собралась за сорок минут – она выглядела стильно, свежо и мило.
- Как тебе наряд? – моя девочка покрутилась, поправляя водолазку и нежно-розовый сарафан.
- Дорогая, ты всегда выглядишь для меня лучше всех!
Я тоже оделся, и мы сели в машину. Белла любила слушать Мелани Мартинез и подпевала. Мне кажется, что она и сама хорошо могла бы петь, если бы не стеснялась.
Пока ехали в машине, думал об оценках. Экзаменов в нашей школе не было – только тесты на протяжении триместра и концерты. Для писателей и рукоделов тоже организовывали мероприятия по типу галерей, но Белла решила закрыть ведомость иначе – она станцевала на концерте, и это получилось красиво.
Мне нравится, что в нашей школе можно пробовать себя в различных творческих направлениях. Я любил музыку – в ней есть и мое счастье, и моя боль.
В школе мы разошлись с Беллой по кабинетам. Я сел за парту – почему-то, Ривена и Алекс в классе не было – и стал рисовать. Почему-то не мог сконцентрироваться на уроке, и то и дело страдал ерундой.
В кабинет неожиданно постучали – во время уроков учителя относятся с пониманием и не заходят в кабинет – но тут действительно случилось что-то неожиданное.
- Здравствуйте, ученики, - в класс вошел директор, и все встали, но он повернулся к преподавателю. – Могу Коула Брайана забрать к себе в кабинет на разговор?
Все дружно притихли. То, что меня позвали к директору – недобрый знак. Наверное, я сделал что-то не то – просто так «на ковер» не вызывают.
Прошлись по витиеватым коридорам школы и оказались у кабинета. Вошли, и тут меня встретили «потеряшки» и Белла – все молча опустили взгляд в пол.
Я сел рядом с Белл и взял ее за руку. Она должна знать, что я на ее стороне.
- Коул, мне бы хотелось обсудить ситуацию на вашей дискотеке, - директор снял очки и нервно потер переносицу. Его голос звучал расстроено, но при этом он не повышал голос – ко всем ученикам он относился с уважением. – От того, что ты скажешь, зависит разрешение всей ситуации.
Я был честен с директором и рассказал всю историю от начала и до конца: о том, как мы с Беллой танцевали и я ушел в уборную, как Ривен наглым способом трогал мою девушку и объяснил, почему я ударил Дирка. Директор слушал, не перебивая.
- То есть, я правильно понимаю, что Ривен Дирк позволяет себе приставать к девушкам?
- Да, директор, - расстроенно ответил я.
- Что ж... Я думаю, что нам нужно избрать наказание для нашего «лавеласа». Скорее, меру пресечения. Коул, Белла, что думаете?
Белла молчала. Ей не хотелось подводить своего бывшего друга, хоть он и поступил с ней, как кретин.
Алекс встала и начала говорить:
- Я думаю, что нужно оставить Рива на второй год.
Все обернулись на нее. Это было странно и неожиданно.
- А что это даст? – с сомнением спросил директор.
- Я думаю, что Рив не заслужил перехода на третий курс, но и отчислять его неправильно! Все-таки, Ривен – самый талантливый ученик в их потоке.
Белла фыркнула, и меня это умилило. Но я все-таки был не согласен с Алекс – мне казалось, что Ривену стоило бы изолироваться от общества.
Директор задумался. После размышлений, он сказал:
- Да, такое поведение является нарушением в нашей школе. Харассмент по отношению к женщинам недопустим и Ривену стоит не просто извиниться, но и понести наказание. Ривен Дирк, я не оставлю тебя на второй год, но я хочу отстранить тебя от занятий на 6 месяцев. В это время ты будешь помогать уборщице в уборке школы!
Все стояли в шоке. Это был неожиданный поворот даже для Ривена Дирка – он не ожидал, что с ним, золотым мальчиком потока, так поступят. Ривен молча вышел из кабинета, даже не оглянувшись.
Зло наказано. Мне бы хотелось, чтобы Рив усвоил из этого урок.
Директор проводил нас по классам, и я сидел со странным послевкусием после этого разговора. Если бы я узнал когда-то, что мой лучший друг так поступит, то я бы никогда не поверил.