8
Весь день она ходила как в тумане. Вечером, когда Дима вышел на кухню за чаем, она сидела за столом, уставившись в пустоту.
"Что с тобой?" – неожиданно спросил Дима, наливая кипяток в кружку. Его голос был лишен прежней злобы, только усталое любопытство.
Мелисса вздрогнула. Она посмотрела на брата. В его глазах уже не было той ледяной ненависти, что была раньше. Была усталость, капля беспокойства и, возможно, тень вины.
"Это Азат," – вырвалось у неё. Она не планировала рассказывать, но слова потекли сами. "Он... он видел, как я в Авиапарке обнималась с Даноном. Думаю, он решил, что это что-то большее. И теперь он игнорирует меня. Полностью." Голос её прервался. "А Аскар врал, что он просто занят альбомом."
Дима медленно помешивал чай. Его лицо оставалось непроницаемым, но в уголке глаза мелькнуло что-то – не злорадство, а скорее... понимание? Или удивление?
"Данон? Этот клоун-блогер?" – Дима фыркнул. "Азат и правда идиот, если поверил, что у тебя с ним что-то есть." Он сделал глоток чая. "Но и ты... Мелисса. Ты всегда такая... открытая. Со всеми. Обнимаешься, улыбаешься. Не все это правильно понимают. Особенно парни, которые... которые в тебя влюблены." Он произнес последнюю фразу с трудом, как будто слова обжигали ему язык.
Мелисса уставилась на него. Это была первая за долгое время попытка Димой *понять*, а не осудить. Пусть и с долей упрека.
"Но это же просто дружеские жесты! Я не флиртую!" – горячо возразила она.
"Для тебя – да," – Дима пожал плечами. "Для других – не всегда. Особенно если они не уверены в себе или уже ревнуют." Он отвернулся, ставя кружку в раковину. "Глупо со стороны Азата. Детский сад. Но... если он тебе важен, сидеть тут и страдать – не вариант."
Он повернулся к выходу из кухни, но на пороге остановился, не глядя на неё.
"Если хочешь что-то исправить... иди и скажи ему в лицо. То, что ты мне сейчас сказала. Честно. Прямо. Без этих ваших дурацких переписок и намёков." И, не дожидаясь ответа, он вышел, оставив Мелиссу одну с бурлящими мыслями.
Слова Димы эхом отдавались в её голове. "Иди и скажи ему в лицо."Страшно. Унизительно. Он мог её просто высмеять или прогнать. Но... что хуже? Эта неопределенность? Это чувство несправедливости?
Решение созрело мгновенно, подпитанное и обидой, и внезапной поддержкой брата, и её собственной решимостью бороться за то, что ей дорого. Она не позволит недопониманию разрушить их.
Мелисса вскочила. Она не знала, где сейчас Азат – дома или в студии. Но она знала адрес его квартиры. Если его нет, она будет ждать. До утра, если понадобится.
Быстро накинув куртку и схватив сумку, она выбежала из дома, даже не предупредив Димку. Сердце бешено колотилось, смесь страха и решимости придавала сил. Она поймала первую же попутку.
"Едем сюда," – твёрдо сказала она водителю, показывая адрес в телефоне. Городские огни мелькали за окном, отражаясь в её полных решимости глазах. Она ехала навстречу неизвестности, навстречу возможному унижению, но и навстречу шансу всё исправить. Шансу сказать ему правду в лицо, глядя в те самые глаза, которые когда-то смотрели на неё с такой нежностью, а теперь полны обидной ревности и недоверия. Она не знала, что ждет её за дверью его квартиры, но сидеть сложа руки больше не могла. Игра в молчание была окончена.
Такси остановилось у знакомого дома. Мелисса расплатилась, вышла и, не дав себе времени передумать, решительно направилась к подъезду. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно в ночной тишине. Она нажала кодовый номер квартиры Азата. Гудки. Долгие, бесконечные гудки. Он дома? Игнорирует?
Она нажала снова. И снова. Отчаяние начало подкрадываться. Она достала телефон, чтобы позвонить Аскару, но в этот момент в переговорке раздался резкий щелчок. Дверь подъезда отперлась. Без слов. Он был дома. И впустил ее.
Поднимаясь на лифте, Мелисса пыталась собрать мысли. Обида, страх, надежда, гнев – все смешалось. Дверь его квартиры была приоткрыта. Она толкнула ее и вошла.