37
Несколько недель пролетели в вихре репетиций. Соник, помимо своих скоростных приключений на питбайке, был незаменимым барабанщиком в их музыкальной группе. Группа, возглавляемая Мефелисом, готовилась к своему большому концерту на местном музыкальном фестивале. Мефелис, обычно собранный и невозмутимый, в эти дни был необычайно напряжен. Он ценил талант Соника и понимал, насколько тот важен для уникального звучания их коллектива. Шедоу, часто присутствовал на репетициях, наблюдая за Соником, который с потрясающей энергией отбивал ритмы.
Концерт был запланирован на вечер субботы. В течение недели группа работала над своим выступлением, доводя каждую ноту до совершенства. Энергия Соника на барабанах была заразительной, а его быстрые и точные удары задавали неповторимый ритм.
В день концерта напряжение витало в воздухе. Зрительный зал был почти полон, и за кулисами царила смесь волнения и адреналина. Соник, как всегда, был полон энергии, но перед выступлением у него была своя традиция – короткая, но интенсивная поездка на питбайке, чтобы "прочистить голову" и настроиться на нужную волну.
— Ребят, я сейчас быстренько прокачусь, — сказал Соник, направляясь к выходу, где его ярко-синий питбайк уже ждал. — Через двадцать минут буду как штык!
Мефелис кивнул, его темные глаза были прикованы к списку песен. — Только не задерживайся. Мы без тебя не начнем.
Шедоу, сидевший в углу и наблюдавший за суетой, неодобрительно прищурился. Ему не нравилась идея, что Соник уезжает так близко к концерту, но он знал, что переубедить ежа невозможно. Когда Соник уже собирался выйти, к ним приблизилась группа ежей, одетых в броские кожаные куртки с логотипом конкурирующей группы – "Нейронный Шторм". Их лидер, еж с надменной ухмылкой, окинул взглядом Соника и Мефелиса.
— О, привет, Мефелис, — прорычал он. — Настроение боевое? Надеюсь, у вас все по плану. Ведь сегодня без вашего незаменимого барабанщика, кажется?
Он ухмыльнулся, и его соратники захихикали. Шедоу мгновенно почувствовал неладное. В его сознании щелкнул тревожный звоночек.
— Что ты имеешь в виду? — резко спросил Шедоу, его голос стал жестким.
Лидер "Нейронного Шторма" лишь пожал плечами. — Ну, просто спросил. Всякое бывает, верно? До встречи на сцене.
И они удалились, их ухмылки не исчезали.
Мефелис, проигнорировав их, лишь махнул рукой. — Не обращай внимания на этих придурков, Соник. Просто завидуют.
Соник пожал плечами, не придавая значения словам конкурентов, и выскочил наружу.
Шедоу же остался стоять, его алые глаза сузились. Он не верил в случайности. Слова лидера "Нейронного Шторма" были слишком точными, слишком намекающими.
Прошло двадцать минут. Затем тридцать. Затем сорок.
Соник не вернулся.
Напряжение в помещении росло. Мефелис начал нервно ходить взад и вперед, проверяя телефон каждые несколько секунд.
— Где он? — бормотал он. — Он никогда не опаздывает.
Шедоу, который уже давно отбросил свою показную невозмутимость, чувствовал, как его нутро сжимается от беспокойства. Это было не похоже на Соника. Никогда.
— Я пойду искать, — сказал Шедоу, его голос был напряжен.
Мефелис, его лицо побледнело, присоединился к нему. Они вдвоем быстро вышли из-за кулис, направившись по той же дороге, по которой уехал Соник. Они обходили места, где Соник обычно катался на питбайке, прочесывали лесные тропинки, вызывая его по телефону. Без ответа. Время шло. До начала концерта оставалось всего пятнадцать минут.
И вот, глубоко в лесу, на одной из извилистых тропинок, они нашли его.
Ярко-синий питбайк лежал на боку, завалившись в кусты, его мотор был выключен. Рядом, на земле, были явные следы борьбы: земля была разворошена, трава примята.
И кое-что еще. Недалеко от питбайка лежала одна небольшая черная прядь, отломившаяся от его игл, лежала на грязном листе.
Но Соника не было. Нигде.
Шедоу опустился на колени, его глаза обшаривали место происшествия. Сердце сжималось от предчувствия. Он поднес к лицу черную прядь. Без сомнения – это была прядь Соника.
Мефелис, его обычно мрачное лицо было бледным от шока, стоял рядом, сжав кулаки.
— Что… что произошло? — прошептал он. — Кто это сделал?
Шедоу медленно поднялся, его взгляд стал холодным, как сталь. Вся его ярость, которую он так долго держал под контролем, начала пробуждаться.
— Я подозреваю, кто, — прорычал он. — Эти ублюдки из "Нейронного Шторма". Они знали. Они знали, что Соник не вернется.
Он сжал кулаки, его глаза полыхнули красным огнем. На его лице отражалась смесь ярости и решимости. Соник был его. И никто не посмеет тронуть его. Особенно, когда он так радовался своему подарку.
— Мы немедленно возвращаемся, — сказал Шедоу. — Концерт отменяется. И они… они заплатят.