9
Джейден
Я сидел в кресле, смотрел в окно и не знал, что сказать. Всё, что происходило с нами за последние несколько дней, казалось мне невыносимо тяжёлым. Я знал, что она ждёт. Она ждала, пока я не откроюсь. Но я не был уверен, что готов к этому.
Первые несколько минут после того, как я сказал ей, что расскажу всё, прошли в тишине. Тот момент, когда ты наконец собираешься поделиться частью своей жизни, которая остаётся в тени, кажется почти невозможным. Я не знал, с чего начать. Я не знал, как это будет воспринято. В её глазах я читал столько всего — заботу, тревогу, но также и некое ожидание. Она была готова. Но я не был уверен, готов ли я.
Она сидела напротив меня, не делая попыток прервать молчание. Я слышал, как бьётся моё сердце, и ощущал, как каждый его удар наполняет комнату тягостным ожиданием. В этот момент мне стало ясно, что мне не выбраться из этого.
— Ты уверена, что хочешь услышать? — мой голос был хриплым, почти неестественным. Я попытался выглядеть спокойным, но внутри меня всё сжалось от страха.
Она молча кивнула. Я видел, как её глаза поглощают каждый мой взгляд. Она ждала. И это было самым страшным. Знание, что она не отвлечётся, не уйдёт, не остановится. Она была готова узнать всё. И мне пришлось начать говорить.
Я немного откинулся в кресле и закрыл глаза, пытаясь вспомнить всё, что привело меня сюда. Всё, что мне нужно было рассказать, чтобы хоть как-то быть честным с ней.
— Знаешь, — начал я, — моя жизнь не всегда была такой, как ты её видишь. Я не всегда был тем, кем ты думаешь.
Я снова замолчал. Это был первый раз, когда я пытался рассказать кому-то свою историю. И всё, что я чувствовал, было смесью стыда и страха.
— Я не всегда был на пути, по которому иду сейчас. Когда-то я был другим человеком. Возможно, таким же, как ты. С мечтами, с надеждами, с планами на будущее. Но всё это изменилось.
Я видел, как она напряжённо сидит, но не перебивает меня. Это помогало мне немного успокоиться, хотя слова всё равно продолжали вырываться из меня с трудом.
— Вначале было просто. Мы с друзьями занимались музыкой, пытались пробиться. Я не думал, что стану тем, кем я стал. Я просто хотел быть собой. Но с каждым шагом вперед я всё больше терял себя. Я терял контроль.
Я чувствовал, как внутри меня снова начинают подниматься те самые тёмные чувства, о которых я пытался забыть. Всё, что я сделал тогда, я делал для того, чтобы избежать боли. Но всё это привело меня к ещё большему разочарованию.
— Я не знал, что это будет так. С каждым шагом я углублялся в этот мир, и, возможно, на тот момент я не понимал, что мне нужно было больше, чем просто музыка. Я думал, что это будет спасением, что это всё, что мне нужно. Но так не было.
Я посмотрел на неё, пытаясь понять, что она чувствует, но она всё так же молча слушала. Это было для меня и мучительным, и одновременно облегчающим. Я знал, что нужно продолжать, иначе я не смогу отдать себя полностью. Я должен был сказать ей всё, даже если это означало столкнуться с болью.
— Были времена, когда я терял связь с реальностью. Когда я думал, что всё, что я делаю, — это просто шум. Глупость. Я не понимал, как сильно это влияет на тех, кто рядом. На мою семью, на моих друзей. И на тех, кто в меня верил.
Мои слова звучали как признание собственной слабости. Но я не мог их остановить.
— Когда я оказался в этом мире, я потерял себя. В нём не было места для того, чтобы быть уязвимым. Он научил меня быть жестким, быть сильным, но только для того, чтобы скрывать свои настоящие чувства. Я привык думать, что не могу показывать эмоции. Что они меня слабыми делают. И я начал строить вокруг себя стену, за которой никто не мог увидеть настоящего меня. Даже ты.
Я сделал паузу, чувствуя, как каждый мой выдох становится всё тяжелее. Всё, что я пытался скрыть, теперь расползалось по уголкам моей души.
— И вот сейчас, когда я здесь, с тобой, я понимаю, как долго я жил в этом страхе. Страхе быть разоблачённым. Страхе показаться слабым, неудачным. Я не знал, что делать с этим. Я не знал, как быть тем, кем ты хочешь меня видеть. И поэтому я прятался.
Я снова замолчал, и в этот момент тишина в комнате стала тяжёлой. Я слышал, как её дыхание стало чуть быстрее, и это было первым знаком того, что она слушала каждое моё слово. Она не просто слышала. Она пыталась понять.
— Я не ждал, что ты захочешь узнать это. Я не знал, как объяснить тебе всё, что скрывал. И я боюсь, что ты подумаешь, что я не заслуживаю твоего доверия. Что я не тот человек, с которым ты хочешь быть.
Молчание растягивалось, и я мог чувствовать её присутствие как никогда раньше. Она не говорила, но я знал, что она обрабатывает каждое слово, каждую деталь. Мне было страшно, что она может отвернуться. Мне было страшно оттого, что я больше не мог скрываться. Она увидела меня таким, какой я есть.
Через несколько долгих секунд тишины она наконец заговорила.
— Ты не должен бояться быть собой, Джейден, — её голос был тихим, но твёрдым. — Ты не должен скрывать этого. Я понимаю, что у тебя были свои ошибки. Но ты не обязан быть идеальным. Ты настоящий. И это всё, что важно.
Я не знал, что сказать. В её словах не было осуждения. Не было жалости. Она не пыталась оправдать меня, она просто приняла. Это было не то, что я ожидал услышать. Но это было то, что мне было нужно. Мне не нужно было оправданий. Мне не нужно было прощения. Мне нужно было понимание.
Я почувствовал, как этот страх, который сжимал моё сердце, медленно отпускает меня. Я понял, что всё, что я должен был сделать, — это просто быть честным.
Просто быть с ней.
В ту ночь мы снова сидели молча, но теперь молчание было другим. Это было не пустое, не тяжёлое молчание. Это было молчание, в котором было что-то настоящее. Мы были рядом, и это было всё, что нам нужно было.
Она не спрашивала меня о прошлом больше. Она не требовала доказательств или ответов. Она просто была рядом. И, возможно, этого было достаточно.