2
– Ты серьезно искал другого повелителя времени, чтобы починить кофеварку? – Джейд Стоун, текущая спутница Сяо Чжаня, опирается на дымящуюся панель управления, с интересом разглядывая сменяющие друг друга коды ошибок на экране бортового компьютера. Они пересеклись с ней случайно больше года назад в Нью-Йорке в одной из кофеин, в которую мужчина забежал в поисках сбежавшего адипоуза (собственно, именно в тот день мир девушки и перестал быть прежним), и теперь она неизменно сопровождала его во всех приключениях, находя путешествия во времени, как, впрочем, и все люди, чем-то удивительным и потрясающим. – Ты поэтому меня тактично спровадил? Хотел остаться с ним наедине?
Еще одним безусловным плюсом Джейд была прямолинейность и, вероятно, тот факт, что к Сяо Чжаню она относилась исключительно как к старшему брату, каждый раз поражаясь тому, как тот умудрялся влюблять в себя окружающих. Вероятно, поэтому они так хорошо сработались в долгосрочной перспективе. Согласитесь, довольно утомительно путешествовать с тем, кто питает к тебе далеко не дружеские чувства и кому ты не можешь ответить взаимностью. Иногда Сяо Чжаню казалось, что кто-то устроил против него вселенский заговор, и он даже догадывался кто. Если бы Джейд услышала его мысли, она бы возразила. Ей, по правде говоря, всегда было невдомек, что люди находили в нем. Но потом она видела, как тот поправлял свои очки в тонкой круглой оправе, стягивал с плеч классический пиджак, обнажая хрупкие плечи, слегка ослаблял узел галстука, закатывал рукава белоснежной рубашки, брал в руки звуковую отвертку и начинал вещать о своих заумных вещах, от которых у многих мозг отключался на первых же словах, и все вопросы пропадали сами собой. У них попросту не было шансов.
– Я в них не разбираюсь! – Джейд скептически выгибает бровь, не веря ни единому слову, и тот как-то обреченно стонет, ударяясь лбом о приборную панель. – Ладно, хорошо. Да, я хотел остаться с ним наедине. Довольна? А теперь подай мне отвертку, обычную, крестовую, а не ту, что у меня в руке, и не смотри на меня так, будто я чокнутый, мы уже выяснили, что это так.
Сяо Чжань, раздраженно потирает ладони и тихо чертыхается, понимая, что температура в Тардис неумолимо ползет вниз. Он глушит первые зарождающиеся волны паники и переводит взгляд на материнскую плату, с трудом представляя, как могла отказать вся система управления. Когда после перемещения в них что-то ощутимо врезалось, Чжань не придал этому весомого значения, ведь они элементарно могли зацепить астероид (такое уже случалось) или любой другой космический мусор. И поначалу все действительно было в порядке, пока мужчина не решил сменить курс, задав новые координаты. Вот только Тардис проигнорировала новый маршрут, как, впрочем, и любой другой, и при более тщательном анализе Сяо Чжань пришел к неутешительным выводам. Первое – контакты закоротило, и панель управления больше не подчинялась приказам повелителя времени, второе – их неумолимо притягивало к ледяной планете Калуфакс, и, если не уйти из ее поля сейчас, они рискуют превратиться в фигурки изо льда. А самое страшное, что даже звуковая отвертка оказалась бессильна – бортовой компьютер не реагировал ни на что.
– Просто мы так редко видимся, – Сяо Чжань поджимает губы, понимая, что неудачи, кажется, преследуют его сегодня со всех фронтов. – Он всегда на этих своих гонках, либо вовлечен в чужие войны, либо вообще пропадает на круизных космических лайнерах, – или развлекается (читать как проводит приятные часы, вылизывая глотку и занимаясь еще черт знает чем) в чьей-нибудь приятной компании, под стать самому Ибо, яркому и неугомонному, а не в компании занудного Сяо Чжаня – шепчет подсознание.
– А ты вечно тусуешься со мной и другими людьми, спасая Землю от конца света, – словно читает его мысли Джейд, понимающе кивая. Ее, кажется, совсем не волнуют перспективы замерзнуть до смерти, или же она настолько верит в Сяо Чжаня. Кто-то же должен, в конце концов. Девушка небрежно откидывает с лица длинные обесцвеченные пряди, раздраженно передергивает плечами и обнимает себя в попытке согреться.
– Но это же важно.
– Он явно считает иначе, – Джейд режет без ножа. Иногда Сяо Чжаню кажется, что она слишком хорошо его знает и буквально озвучивает его мысли, немного пугая своей проницательностью.
– Он не любит людей.
– Или просто ревнует тебя к ним, потому что с нами ты проводишь больше времени, чем с ним, – она недалека от правды. Из всех людей, с которыми Сяо Чжань путешествовал, Джейд продержалась дольше всех – уже минул год, как они вместе бороздят космос. – Когда ты в последний раз отрывался?
– Ну, я был на Титанике, – потерев лоб тыльной стороной ладони, вспоминает Сяо Чжань, на что девушка только заливисто смеется.
– А по меркам повелителей времени? – он вспоминает, как однажды Ван Ибо ворвался к нему в разодранной одежде, держа под мышкой небольшую статую плачущего ангела, и невольно содрогается от ужаса, потому что «Чжань-гэ, смотри, какого малыша я украл с аукциона, поставь его перед дверьми Тардис, будет бесплатный портал в прошлое для людей». Пришлось срочно создавать парадокс в виде миниатюрной черной дыры, в которую их самих едва не засосало. Ван Ибо тогда хохотал как гиена, стойко сдерживая все удары со стороны Сяо Чжаня, а потом долго извинялся, аргументируя свой поступок тем, что «Они же топят за сохранение природы, а ангелы даже электричество не потребляют, смотри, как экологично».
– Никогда? – наконец-то резюмирует мужчина, возвращаюсь к изучению микросхем, в которых он, по правде говоря, ни черта не смыслит.
– О боже, ты динамишь его со времен академии? – тот факт, что Джейд знала даже об этом, говорил о многом. Ну, хотя бы о том, что Сяо Чжань слишком часто ныл ей о своих проблемах в виде одного конкретного повелителя времени, который его не оставлял в покое еще со времен совместного обучения на Галлифрее.
– Я не динамлю его, – он говорит, и сам не верит в сказанное, потому что каждая их встреча с Ибо заканчивалась ссорой по вполне объяснимым причинам.
– Динамишь! О, поверить не могу, – Сяо Чжань чувствует, как шею затапливает жар, и пытается отвернуться от пристального внимательного взгляда Джейд, которая, кажется, видела его насквозь. Но разве от нее спрячешься? – Но почему?
– Потому что он хочет не только дружить, – наконец, вслух озвучивает Сяо Чжань то, что тревожит его уже довольно длительное время. Ну вот, сказал, и вроде должно стать легче, но отчего-то становится только хуже.
– А ты?
– А я хочу только дружить, – слишком поспешно отвечает от, чувствуя, как дрожат от волнения собственные руки. Он сжимает их в кулаки и опускает на колени, а после прикрывает глаза и делает глубокий вдох в попытке успокоиться.
– Я видела его фото у тебя на экране Тардис в качестве заставки, – скептично выгибает бровь Джейд, разворачивая к Сяо Чжаню тот самый несчастный экран с заставкой. На динамичном зацикленном фото Ван Ибо то и дело приходит к финишу первым, тормозит свой гравицикл, неторопливо стягивает с головы шлем и небрежно ерошит примятые волосы, а после смотрит аккурат в объектив своим невозможным тяжелым взглядом без тени улыбки. – Ты врешь, он чертовски горяч. Ну? – Сяо Чжань давит обреченный вздох, нервно облизывает губы и открывает глаза, гипнотизируя материнскую плату перед собой, словно та способна дать ответы на все его вопросы.
– Я не буду на это отвечать.
– Боже, ты такой тормоз, – раздраженно стонет Джейд, бессильно взмахивая руками. – Так что, будешь пытаться оживить панель управления или наконец-то позвонишь ему и попросишь о помощи?
– Он не придет, – упрямо поджимает губы Сяо Чжань, откладывая в сторону обе отвертки, и выпрямляется, невольно морщась от того, насколько сильно затекли колени.
– Откуда такая уверенность?
– Я, – он запинается, вспоминая взгляд, который на него бросил Ван Ибо перед тем, как скрыться в дверях Тардис, ту его усмешку, полную горечи, и оба сердца невольно начинают одновременно болеть. – Наша последняя встреча закончилась не очень хорошо, – наконец, находит нужные слова Сяо Чжань.
– Если ты ему действительно дорог, он придет, просто позвони, – иногда он искренне завидовал Джейд. Ему бы получить хоть капельку ее уверенности, тогда, возможно, собственная жизнь стала бы чуточку лучше, а поступки более логичными и не приносящими другим боль.
– Нет.
– Ты меня достал, – раздраженно бросает девушка, перекидывая волосы через плечо, а после разворачивает на себя тот самый монитор с заставкой и тыкает по дисплею, выводя на громкую связь звонок с Ван Ибо, который, к слову, отвечает после первого же гудка.
– Если ты звонишь мне не ради секса по видеосвязи, то я отключаюсь, – первое, что он говорит Сяо Чжаню, и тот невольно заливается краской смущения, бросая на него взгляд, полный возмущения. Джейд салютует ему двумя пальцами и скрывается в бесконечных коридорах Тардис, отправляясь, вероятно, на поиски одеяла, поскольку температура в комнате давно перевалила за минусовую отметку.
– Бо-ди, – ласковое обращение срывается с губ раньше, чем Сяо Чжань успевает осознать это. Изо рта вырываются клубы пара, и он решает, что займется самоедством чуточку позже, в более уютной и теплой обстановке и без лишних глаз. Впрочем, это срабатывает, взгляд Ван Ибо смягчается, пусть и не перестает быть холодным, как та самая планета, к которой притягивало Тардис с каждой минутой все ближе. – Это важно.
– Если это опять твои люди...
– Нет, – Сяо Чжань тут же перебивает его и впервые на своей памяти не чувствует за это вины. – Я, кажется, застрял, – он закусывает губу, невольно зависая на разглядывании Ибо: тот в деловом костюме, черный пиджак, белоснежная рубашка – что-то из области фантастики после несчетного числа кожаных курток – впервые на памяти Чжаня тот при галстуке и в шляпе, что уже само по себе выглядит как чья-то влажная мечта, даже уточнения не требуются, чья именно.
– Застрял, – недоверчиво повторяет за ним Ван Ибо, смотрит смущающе-пристально и отчего-то тяжело сглатывает – крупный кадык медленно перекатывается под кожей, приковывая к себе все внимание.
– Да, – Сяо Чжань прокашливается, потому что голос неожиданно хрипит. – Тардис не реагирует на команды, я не могу даже перенестись отсюда, а гравитация притягивает нас к Калуфраксу, и я не справлюсь здесь без твоей помощи.
– Координаты, – коротко кидает Ван Ибо, не задавая лишних вопросов, и от этого невольно становится чуточку теплее в душе.
– Сейчас вышлю, – не проходит и минуты, как он оказывается рядом с теплым пледом в руках, который тут же опускается на плечи Сяо Чжаня. И только сейчас, кутаясь в него чуть ли не с головой и благополучно забыв о собственном пиджаке, валяющемся где-то на полу, тот понимает, насколько же по-настоящему замерз. Впрочем, мужчина быстро об этом забывает, когда видит Ибо вживую в том самом костюме и проклятой шляпе, слишком красивый для этого мира, даже обидно, что все-таки живой из плоти и крови. Тепло разливается по всему телу большой сокрушительной волной, приливая легким румянцем к щекам.
– Я думал, ты будешь на гравицикле, – зачем-то говорит невпопад Сяо Чжань, но тот не придает этому значения, коротко пожимая плечами.
– Не было времени, я воспользовался телефоном, – Ван Ибо достает из кармана смартфон в подтверждение своих слов, что-то увлеченно печатая на сенсорном дисплее.
– Это человеческий Айфон? – тот поднимает взгляд на Сяо Чжаня и согласно кивает.
– И да, и нет. Я его переделал, – самодовольно усмехается Ван Ибо и подходит к панели управления Тардис, на пробу зажимая комбинации клавиш в качестве теста. Разумеется, ничего не происходит, компьютер не реагирует на него так же, как и на своего хозяина.
– Переделал подо что? – Сяо Чжань кутается в плед, подходит к нему, все еще продолжая рассматривать необычный наряд, и в голове появляются и исчезают сотни версий того, почему Ибо мог так одеться. Ни одна из них не приносит ему радости.
– О, много подо что: звуковая отвертка, межпространственное средство связи, коммуникатор для телепортаций. Кстати, есть зарядка? Аккумулятор эти путешествия жрут знатно, – Сяо Чжань согласно кивает в сторону боковой панели со шнурами, где, безусловно находится искомый с нужным разъемом. Ван Ибо ставит телефон на зарядку и поворачивается корпусом к мужчине, окидывая того с головы до ног нечитаемым пристальным взглядом. – Так что произошло?
– Я так и не понял, если честно. Мы возвращались с Джаху, на которую летали, чтобы проверить, по-прежнему ли она на месте после давнего инцидента с далеками, и нас как будто кто-то подстрелил во время перемещения во времени, или же мы во что-то врезались. Удар был довольно ощутимый, но я не придал этому особого значения, я не самый лучший водитель и частенько врезаюсь в астероиды и прочий космический мусор, – Ван Ибо согласно фыркает, без лишних слов соглашаясь с ним. Уж он как никто другой знал о навыках вождения Сяо Чжаня, да и не раз пытался научить его нормально управлять Тардис, но все тщетно. Хорошо, что мужчина хотя бы не путался в координатах, как Доктор, а то ищи его потом по галактикам.
– Кто-то намеренно заманил тебя сюда, повредив Тардис, – Ибо озвучивает подозрения Сяо Чжаня, и это самое худшее. – У тебя много врагов?
– Достаточно, я же помогаю Доктору.
– Чжань-гэ, – у Сяо Чжаня мурашки ползут от этого обращения, произнесенного низким голосом с хриплыми вкрадчивыми интонациями, – однажды тебе эта помощь встанет боком, и я уже не смогу тебе помочь, – и ему даже не хочется думать о том, что такое действительно произойдет, потому что Ван Ибо единственный, кто всегда приходил ему на выручку. Даже тогда, когда Сяо Чжань этого не заслуживал. То есть практически всегда, если учесть их сложные взаимоотношения недодрузей.
– Но сейчас ты можешь помочь? – он не скрывает надежды в голосе и с облегчением выдыхает, слыша тут же в ответ уверенное:
– Разумеется. Я вытащу вас на буксире, а потом посмотрим, что можно будет сделать с твоей деткой, – то, что Ибо всей технике давал ласковые прозвища, ни для кого не секрет. Вот только те были настолько смущающими, что порою Чжань искренне удивлялся, как того не смущают подобные обращения. Хотя чему тут удивляться? Ван Ибо обменял свой стыд давным-давно на гравицикл, с которым не расставался ни на минуту.
– Ты же без гравицикла, – Сяо Чжань заглядывает ему за плечо, словно желая убедиться, что тот ничего не припрятал за спиной, но видит лишь пол собственной Тардис, что вполне логично.
– Зато с Тардис, – Ибо скалит зубы и многозначительно поигрывает бровями, видя искреннее недоумение на чужом лице. Молчание затягивается, они обмениваются многозначительными взглядами, и он, наконец, слегка ослабляет галстук и достает из ворота рубашки цепочку, едва ли не светясь от самодовольства. – Я ее уменьшил до размеров подвески, зацени.
– Ты... – полузадушено произносит Сяо Чжань, касаясь пальцами крошечной и идеально детализированной двери. – У меня даже слов нет, – поистине, только Ван Ибо мог додуматься до такого и сумел воплотить подобное в жизнь. Наверное, он никогда не перестанет восхищаться им.
– Я заставил тебя потерять дар речи? Я польщен, – растягивая губы в кривой усмешке, тянет гласные Ибо. – Правда, я рассчитывал это сделать немного при других обстоятельствах, но тоже сойдет. Жди здесь, мне нужно ее вернуть в привычное состояние, – а после он просто увеличивает эту дверь до реальных размеров и спокойно приставляет ее к одной из стен внутри корабля, поворачивает ручку и ныряет в собственную Тардис.
Сяо Чжань остается на месте в трепетном ожидании, все еще немного шокированный такими фокусами. Ему, если честно, немного боязно, что у них ничего не получится, и он обречет на замерзание здесь, на другом конце вселенной, еще и Ван Ибо, но эти мысли быстро отходят на второй план, когда корабль немного кренится в бок, а после по кабине распространяется громкий гул турбин. Пол под ногами приходит в движение, и мужчине приходится вцепиться в панель управления, чтобы не упасть, где-то в коридоре кричит Джейд, но ее слов разобрать не удается да и не особо хочется, возможно, то просто непереводимый поток ругательств.
А после все заканчивается также резко, как и началось. Ван Ибо возвращается в Тардис через ту самую дверь, насвистывая незамысловатую мелодию и пряча руки в карманах брюк. Он окидывает помещение равнодушным взглядом и возвращает все внимание к Сяо Чжаню, улыбаясь ему одними уголками губ.
– Хочешь я оставлю тебе свою дверь? Будешь ходить ко мне в гости, – предлагает Ибо, кивая в сторону входа в собственную Тардис.
– Я ведь путешествую не один, что если к тебе начнут ходить мои спутники?
– Пожалуй, обойдемся без двери, – тут же отвечает тот, и Сяо Чжань не сдерживает широкой понимающей улыбки. Тема людей всегда была их любимым камнем преткновения, а порою и спасением от особо провокационных вопросов. Молчание между ними затягивается, Ван Ибо переминается с носков на пятки, глядя на мужчину исподлобья, словно в ожидании чего-то, и Чжань наконец-то решается.
– Так что, свидание? – осторожно интересуется он, оглушенный грохотом собственных сердец. Взгляда Ван Ибо мужчина предусмотрительно избегает. Назовите его трусом, но очень сложно решиться на подобное, когда тебя буквально пригвождают к полу этим самым взглядом. Сяо Чжань как можно незаметнее вытирает влажные от волнения ладони о плед и облизывает губы, прежде чем поднять глаза на своего явно ошарашенного спасителя.
– Свидание?
– Да, ты, помнится, требовал от меня свидание, – волнение достигает своего предела, когда взгляд Ван Ибо темнеет, а брови сходятся у переносицы.
– А ты ясно дал мне понять, что не хочешь иметь со мной дел.
– Айя, – Сяо Чжань беспомощно оглядывается по сторонам в поисках поддержки. Все это выглядит ужасно нелепым и неловким, и он уже сто раз жалеет, что начал этот разговор. – Ты меня неправильно понял.
– Разве? – словно понимая, как действует на него, Ван Ибо ни черта не помогает. Смотрит слишком пристально, недоверчиво, кривит уголок губ в подобии усмешки, и это, кажется, становится последней каплей.
– Бо-ди, предложение ограничено, я дважды предлагать не буду, – тот сразу становится ужасно серьезным, прекращая ломать комедию, и бросает короткий взгляд Чжаню за спину.
– Где твоя спутница?
– Не знаю, шатается где-то в Тардис, – раздраженно передергивает плечами Сяо Чжань, осознавая, что вновь попался в одну из этих хитрых эмоциональных ловушек от Ван Ибо. Боже, в такие моменты он его искренне ненавидел. Правда, всего пару минут, пока тот не открывал рот.
– Тогда дай мне руку, я краду тебя на сегодняшний вечер, – без лишних слов заявляет Ибо, протягивая ему свою большую широкую ладонь.
– Это тот, с которого я тебя вырвал? – в голове вновь проносятся сотни вариантов того, как он проводил досуг, пока Сяо Чжань не позвал его на помощь, и настроение сразу падает до отметки «Вернуть обратно на ледяную планету, что замерзнуть насмерть, лишь бы не хлебать уксус».
– Ага, – к частью, Ван Ибо не мучается подобными мыслями, кто-то же из них двоих должен быть адекватным.
– А это точно будет удобно? – на всякий случай уточняет Чжань и невольно улыбается, слыша чужой усталый вздох. Ни для кого не секрет, как трепетно он относился к чужому комфорту и игнорировал свой собственный. И это из раза в раз ужасно возмущало Ван Ибо, который старался быть эгоистом за них двоих.
– Не думай об этом, просто возьми меня за руку.
И Сяо Чжань действительно берет его за руку.