Он выбрал мой голос

Прошла неделя с похорон матери Люси.
Жизнь будто бы начала возвращаться в привычное русло — тихо, осторожно, словно боялась снова что-то разрушить.

Зен настоял, чтобы Люси взяла месяц полного отдыха. Подготовку ко второму сольному концерту, который из-за последних событий отодвинулся на второй план, он решил временно заморозить.

— Всё со мной нормально, — тихо сказала Люси.
Она лежала в кровати, укутанная пледом. Зен сидел рядом и аккуратно нарезал яблоко, протягивая ей кусочки.
— Сиди спокойно, — твёрдо произнёс он.
Люси фыркнула, но взяла очередной кусочек. Внезапно она поперхнулась и закашлялась.
Зен резко подался вперёд.
— Осторожно… — он аккуратно постучал её по спине и подал стакан воды. — Нужно быть внимательнее.
— Я просто не понимаю… — Люси всё ещё кашляла. — Почему ты всё время пытаешься меня накормить?
— Потому что я о тебе забочусь, — спокойно ответил Зен, задержав на ней взгляд.
Люси смущённо отвела глаза. Несколько минут в комнате стояла тишина.
— А что теперь будет с Дэвидом? — вдруг тихо спросила она.
Мысли о нём не отпускали её даже сейчас.
Зен слегка напрягся, но мягко взял её руку и накрыл своими ладонями.
— Не переживай. Я понимаю, что это ужасно. Феликс за всё ответит. Я что-нибудь придумаю. Ты только… не думай об этом сейчас.
Он говорил ласково, но в голосе сквозила сталь.
В дверь постучали.
— Зен… — тихо произнёс Оливер, появившись на пороге. — К тебе пришли.
Зен взглянул на него настороженно, затем снова посмотрел на Люси и мягко улыбнулся.
— Отдыхай.
Он вышел вслед за Оливером.
В гостиной их ждал Руперт Марлоу.
Как всегда безупречный, в идеально сидящем костюме, он задумчиво смотрел на карманные часы.
Оливер кашлянул.
Руперт повернулся и, заметив Зена, расплылся в ехидной улыбке.
— Лоррен… — протянул он. — Как же я рад тебя видеть.
Он направился к нему с распростёртыми руками.
— Что тебе нужно, Руперт? — холодно спросил Зен, не двигаясь.
— Ах, Зен… ты всегда был таким отшельником. Даже в гости не зовёшь. А я ведь всегда относился к тебе по-доброму.
Наигранная обида звучала фальшиво.
— Говори по делу.
Руперт усмехнулся и сел на кожаный диван.
— Где твои манеры? Даже чаю не предложил.
Зен коротко кивнул:
— Энн.
Через минуту перед Рупертом стояла чашка мятного чая.
— Ваш чай, мистер Марлоу.
Руперт облизнул губы, провожая взглядом уходящую Энн.
Зен едва заметно поморщился.
Старый извращенец.
— Чего ты от меня хочешь? — сдержанно, но уже с гневом спросил он, садясь напротив.
Руперт отставил чашку.
— Я хотел узнать о Люси. Недавние новости меня поразили. Сначала она у тебя. Потом каким-то образом оказывается у Феликса. Затем уходит от него… и снова возвращается к тебе.
Он пристально смотрел на Зена.
— Мне, как человеку весьма влиятельному… и тому, кто отвечает за Феликса, крайне интересно, что же у вас произошло.
— Если тебе так интересно, спроси у Феликса, — холодно ответил Зен. — Он эту кашу и заварил. Люси — моя артистка. Всё остальное — недоразумение между мной и ней. Тебя это не касается.
Руперт сузил глаза, но улыбнулся.
— Рад, что у тебя всё наладилось. Надеюсь, Мира вернётся к Феликсу. Бедный мальчик…
Он театрально вытер воображаемые слёзы.
Зен смотрел на него без единой эмоции.
— Если ты закончил, мне нужно готовиться к концерту Люси. Мы и так потеряли слишком много времени.
— А ты не боишься последствий? — мягко произнёс Руперт.
— Каких именно?
— Народ любит скандалы. Сначала она с тобой. Потом у Феликса. Теперь снова у тебя.
Зен пожал плечами.
— Мне всё равно, что говорит пресса.
— Ты не понял сути, — голос Руперта стал жёстче. — Ей понравится, когда её имя будут полоскать в грязи?
Он наклонился вперёд.
— Это шоу-бизнес, Зен. Ты ведь помнишь, как все писали о тебе, когда Феликс забрал лавры? Когда тебя называли ничтожеством?

Зен замер. В памяти вспыхнули комментарии, заголовки, сравнения.
Руперт продолжил почти шёпотом:
— Если слухи разойдутся… Люси могут сделать главной распутницей индустрии.
Он улыбнулся и поставил чашку на стол.

— Всего хорошего… Зен.
Он нарочито выделил имя.
Руперт медленно направился к выходу.
Зен словно очнулся только когда дверь закрылась.

— Зен, ты в порядке? — Оливер вошёл в гостиную.

— Д… да. Проводи его.

— Хорошо.
Оливер поспешил за Рупертом.
У ворот Руперт сел в машину, посмотрел на Оливера пустым, холодным взглядом и тихо произнёс:
— Зен потеряет всё.
Дверца захлопнулась. Машина скрылась за поворотом.
Оливер остался стоять в растерянности.

Вечером того же дня Зен сидел в гостиной один.
Комната была погружена в полумрак, только настольная лампа мягко освещала его профиль. Он смотрел в одну точку, прокручивая в голове разговор с Рупертом.
Чего он добивается?
Чего хочет?
Это просто предупреждение… или уже начало игры?
Внутри было неспокойно, но внешне он оставался всё таким же сдержанным.
В гостиную вошла Энн с чашкой кофе и тарелкой рассыпчатого печенья.
— Вот, Зен. Только что испекла.
— Спасибо, Энн. Пахнет потрясающе.
Он попытался улыбнуться. Энн внимательно посмотрела на него — она слишком давно знала его, чтобы не заметить напряжение, — но ничего не сказала.
После кофе Зен вышел на террасу.
Сумерки мягко окутали сад. В воздухе стоял запах влажной земли и роз.
И тогда он увидел её.
Люси сидела на низкой скамье в глубине сада и рисовала на маленьком холсте кусты красных роз. Линии были немного неуверенными, но в каждом мазке чувствовалось спокойствие. Рисование явно помогало ей — будто возвращало к себе.
Наверное, привычка, оставшаяся со времён работы у Феликса.
Зен остановился и просто наблюдал.
В какой-то момент Люси почувствовала его взгляд и обернулась. Увидев его, она поспешно поднялась.
— Извини, Зен… Я просто рисую. Наверное, мне не стоит сюда подходить. А то Энн меня прибьёт — это же её любимый сад.
Зен тихо усмехнулся.
— Ты серьёзно думаешь, что Энн способна тебя побить из-за роз?
Люси смутилась.
— Ну… вдруг.
— Не настолько она их любит.
Он спустился с террасы и подошёл к ней ближе.
Слишком близко.
— Покажи, — спокойно сказал он. — Я хочу посмотреть.
Люси заметно покраснела и чуть отступила назад. Она крепко сжимала холст, избегая его взгляда.
Зен стоял напротив, высокий, уверенный. Он смотрел прямо на неё.
Люси чувствовала его тёплое дыхание.
— Чего молчишь? — мягко улыбнулся он. — Ты боишься меня?
— Н-нет… я просто…
— Я всего лишь хочу увидеть, что ты нарисовала.
Он аккуратно взял холст из её рук и повернул к себе.
Несколько секунд он внимательно рассматривал рисунок. Люси в это время отвела взгляд и сделала шаг назад — словно готовилась к критике.
— Это очень красиво, — тихо сказал Зен.
Она подняла глаза.
— Правда?
— Правда. Здесь есть чувство. Любовь. Спокойствие.
Он перевёл взгляд с картины на неё.
Медленно. Почти незаметно.
Его глаза задержались на её губах.
Зен старался оставаться непоколебимым. Но рядом с Люси это становилось всё труднее.
Воздух между ними словно стал плотнее.
В ту же секунду тишину разорвал голос Энн:
— Зен! Быстро сюда!
Она почти бежала вместе с Оливером.
— На кухне авария!
Зен резко выпрямился, словно вернулся в реальность.
— Да вы издеваетесь… — тихо выдохнул он. — Я же мастера вызывал.
— Сейчас всё затопит! — воскликнула Энн. — Если ты не поторопишься!
— Я уже звоню снова! — добавил Оливер.
Зен быстрым шагом направился к дому, но у входа обернулся.
Люси всё ещё стояла в саду, слегка растерянная, с краской на пальцах.
Он едва заметно улыбнулся — только для неё — и скрылся в доме.
Люси глубоко выдохнула.
Посмотрела на холст.
И впервые за долгое время по-настоящему улыбнулась.