4
На следующий день меня ждало радостное известие. Это Безумие уже могла ходить. На трех ногах.
Ей вытащили из пятки спицу, сняли груз и торжественно выдали костыли. Алилуйя, никаких уток больше! Правда, нужно все равно будет помогать ей дойти до туалета, но это всяко лучше уток.
Кстати, с утра я надавал ей пиздюлей, словесно, и отвесил подзатыльник, отчего она опять превратилась в сопящего и отвернувшегося к стеночке хомячка. Но однако долго она так не продержалась. Через полчаса она заканючила:
-Люююк.
-Что? – я оторвался от чтения книги, сегодня ноут я не брал. Дабы ситуация произошедшая вчера больше не повторилась.
- Помоги мне добраться до туалета, а?
Я вздохнул, и, загнув уголок листа у книги, отложил ее на тумбочку, после подав Эмме руку, помогая ей сесть, и тут же вручил костыли.
-Идем. Я заодно подымлю там в форточку. Курить захотелось.
-В больнице нельзя курить.
- Как и есть суши.
Эмма рассмеялась и дернула плечами.
До туалета мы дошли без происшествий, только один раз это трехногое чудище чуть случайно не наебнулось с лестницы, собрав все ступеньки, я вовремя схватил ее за локоть. Надо было бы поехать лифтом, но, как оказалось, это чудовище еще и клаустрофоб, и затолкать ее в лифт равносильно попыткам затолкать маленького ребенка-грязнулю в ванну, полную воды. Или помыть кота. В общем, Эмма упиралась и верещала сиреной, на нас смотрело все отделение. Я решил, что себе дороже это, и просто повел ее вниз по лестнице.
Эмма оперла костыли о стену, а сама на одной ноге доскакала до кабинки, закрыв за собой дверцу. Я же открыл форточку и закурил сигарету, убрав зажигалку в карман. Спокойно курилось мне минуты две, а потом за моей спиной раздался голос Эммы, в котором явно было удивление:
-Эй, Люк, а где костыли?
- Ты их сама о стену облокотила, иди... – пробурчал я, оборачиваясь на Эмму, а потом еле закончил, – от...
Знаете, совершенно нормально – терять заколки, телефоны, наушники, ножи, зажигалки. Это все хуйня. МЫ УМУДРИЛИСЬ ПРОЕБАТЬ КОСТЫЛИ. Однако здравствуйте.
Их не было.
-Ну и хуле нам делать вообще? Куда они могли пропасть? Не ушли же они, бля.
- От тебя что угодно убежит.
Эмма посмотрел на меня из-за стекол очков своим любимым убийственным взглядом, болтая здоровой ногой и сидя на подоконнике в своей палате.
Вы знаете, когда ты идешь по лестнице, а на твоей спине болтается какая-то девка с ногой в гипсе, очках на тебя не могут не смотреть странно и как на долбоеба. А что делать было еще? Как ее тащить до палаты? Костылей же нет.
-И что делать теперь?
-Пиздуй проси мне новые костыли, – фыркнула Лайт.
- Ты дура? Как ты это себе представляешь? «Здравствуйте, доктор, мы тут с Эммой костыли просрали, вы нам новые не дадите?», да? Я потом этими же новыми костылями и огребу, зная вспыльчивый характер твоего лечащего врача, – буркнул я, припоминая вчерашний и позавчерашний вечера.
-Значит, нужно искать эти.
-Предлагаешь сыграть в Шерлока Холмса и Доктора Ватсона?
-О, уж скорее Люкрлока Хеммингмса и Эммтора Лайтсона.
Господи, что она несет. Но выхода у нас нет. Хуй с ними, с костылями-то. Они не уникальные. Но дело в том, что если их не найдут тут вечером, огебу именно я, ведь Эмма у нас невинная овечечка.
Один я не собирался носиться по больнице в поисках костылей, поэтому раздобыл инвалидную коляску, которая очень понравилась Эмме, и в которой она тут же решил попробовать съебаться от меня по коридору, но я быстро ее догнал, силы в руках у нее достаточно, чтоб развить скорость, но я быстро бегаю. Итак, мы начали наше расследование. По началу у нас не было плана. Чуть позже у нас появилась одна его часть.
Мы просто шатаемся по больнице в надежде найти костыли. Эмма сказала, что запомнила их, на правом была приклеена какая-то левая наклейка. Вроде с Капитаном Америкой. В случае, если провиденье нам не поможет, то мы просто пойдем и спиздим новые костыли. Ну как пойдем. Я пойду, а он поедет.
Первым пунктом наших поисков стала курилка. Итак, итог: я вполне законно курю в больнице, а Эмма рядом морщит нос и всячески выражает свое недовольство. Покурить спокойно мне не удалось, ИБО ЭТА СУКА ШЛЕПНУЛА МЕНЯ ПО ЗАДНИЦЕ, И НИХУЕВО ТАК ШЛЕПНУЛА! Я чуть сигарету не проглотил блять. Вот и прыгаю теперь я на одной ноге, держась за булки. Бляяя.
А эта рожа еще и довольная сидит, скрестив ручки на груди.
- Анехуй меня игнорить.
Мстительная мелочь.
Я, пожалуй, опущу подробности наших поисков. Потому что они однообразны. Куда мы только свои носы не сунули. И в кладовую, в подсобку, в сестринскую, случайно в ординаторскую, откуда нас выгнали с криками. И вот, я и Эмма сидим у кофе-автомата. Она в коляске, я на банкетке, и пьем кофе из этого самого автомата.
-Нам пизда.
-Тебе пизда. Мне ничего не будет.
-Ну спасибо, успокоил!
Сидели мы, значит, и дальше, сидели себе, пили кофе, как вдруг из-за какой-то двери вылетает КОСТЫЛЬ.
-Бог есть.
Я подошел к костылю и поднял его, осмотрев. А вот и наклеечка с Кэпом.
-Пс, Эмма. Это твой, по ходу.
Лайт подкатила ко мне и глянула на костыль.
-Именно он. А второй где?
Я глянул на дверь, из-за которой вылетел костыль, и тихо открыл ее, заглянув туда. Каково было мое удивление, когда я обнаружил там... двух детей лет пяти-шести, мальчика и девочку. Они тянули каждый на себя второй костыль. Эмма за моей спиной вытянула голову, аки жираф, выглядывая из-за меня и созерцая эту картину.
-Как это мило... ДЕТИ, ОТДАЙТЕ, А?
Мальчик и девочка резко перестали тащить на себя костыль и уставились на нас огромными глазенками. Я закатил глаза. Вот умеет он с детьми общаться, а!
-Привет. У вас наш эм... костыль... вы нам его не вернете?
Мальчик с хитрым лицом спрятал костыль за спину и замотал головой.
-А вы нам фто? – пацан шепелявил из-за отсутствия переднего зуба.
Я посмотрел на Эмму. Она дернула плечами, показывая, что не знает, что можно дать этим мелким вымогателям.
- Договоримся на шоколадку?
-Мало.
Я почесал подбородок, а потом меня осенило.
-А если вы нам костыль, а мы вам коляску? – я указал на Эмму, что сидел в коляске.
-- Хорофо, только беф очкастой, – гордо заявил пацаненок, вздергивая нос.
-СЛЫШ ТЫ, СОПЛЯ ЗЕЛЕНАЯ, ТЫ КОГО...!
Я с милой улыбкой заткнул рот Эмме ладонью, а потом повернулся к пацану. Девочка все это время пряталась за его спиной.
-А очкастую я вам и так не отдам. Давай костыль.
Итак, обмен прошел успешно. Получив костыли в полном комплекте, я отдал коляску мелким. Эмма снова встала на свои три ноги и вздохнул, смотря вслед утаскивающим коляску мелким.
-А она мне нравилась. Куда удобнее костылей.
-Ленивая же ты жопа.
Зайдя в палату, я придержал дверь, чтоб Эмма смогла затащиться туда, а потом прикрыл.
-Ну что, коллега, дело раскрыто? – важно спросил я, поправив невидимый галстук.
-Определенно, Люкрлок
-Это элементарно, Лайтсон.
Мы рассмеялись.
Я думал, такая срань бывает только в фильмах, но блять. Эта очкастая умудрилась запутаться в собственных ногах. Вернее, костылях. Взмахнув руками аки взлетающий гусь (на лебедя она не тянет), она начала падать. Ее головушке, уже и так сотрясенной, повезло, что рядом оказался я, и смог ее поймать. Эмма успела обхватить меня за шею руками, а я держал его за пояс. По-моему, бедная девушка перепугался, потому что тяжело дышал, смотря на меня широко раскрытыми глазами.
Я помог Эмме усесться на кровать, и, буркнув что-то в духе «Будь аккуратнее, я не хочу потом кровь от паркета оттирать», отвернулся от него, будто меня очень заинтересовал вид за окном.
На самом деле я был напуган. Правда напуган. Потому что за дни она мне стала дорога. Нет, не как девушка, определенно нет. Как друг. Нет, сестра. Именно так..