42.Все по новой.
Понимая, что слова проходят мимо, не оставаясь в голове, я закрываю книгу и откладываю в ее сторону. Утро четвёртого дня. За все это время были только стандартные процедуры перевязки, осмотр и тихие разговоры бойцов за дверью. Монотонное чтение взятых книг и вздрагивание от любых шумов. Что днем, что ночью. Выход из его платы был только на моменты процедур. Доля моего желания тоже была. Смотреть на подобное, было страшно. Не в плане покрасневшей кожи и свежих швов, синие нитки которых, судя по скорости заживления, обещали снять через неделю и чего возможного, что я смогу там увидеть. Просто, это все происходило с Роджерсом, потому возможная реакция моего тела и психики могли быть не самыми лучшими. По идее, это другой человек, но из-за одного лица и характера, привыкнуть к нему получилось намного быстрее. Не без помощи интимной близости, но это больше помогло в моем желании его приручить, чем в сближение и дружбе, так как для меня данное дело уже не имеет былой значимости. По итогу все свободные минуты, пока он на перевязке, я стояла с очередной сменой охраны. Если и возникают разговоры, то сухие и скупые на более важные вопросы. Ответы были такими же. Как минимум из-за того, что на некоторые из них, я и сама не знала ответов. Однако с Роджерсом получалось говорить часами.
Шепотом и с мягким сжатием его ладони. Ответов, как и ожидалось, не было. Только тихое дыхание и уже привычный писк ЭКГ. Отблеск нового, более мягкого корсета и золотых волос. В середине дня я получаю новое смс от Тома. Очередное уточнение по работе и вопросы о самочувствии Роджерса. Убрав телефон обратно в карман светлой мастерки, я перевожу глаза на окно. Рама установлена на проветривание, что позволяет слышать пение птиц и шум листвы. Приглушенные разговоры прохожих и всплески воды небольшого мраморного фонтана. Решая, что света сейчас больше нужного, я поднимаюсь к окну. Взяв в руки бусовидные нити, я меняю положения жалюзи и оборачиваюсь назад, что бы знать, как теперь выглядит комната. Стало очень хорошо. Появилась приятная полутьма. Кинув взгляд на Стива, я, приоткрыв рот, наблюдаю как глава, прищурив глаза смотрит на свои руки, которые не может поднять. Заметив игры теней, он поворачивает туда голову, ловит шум моего облегченного выдоха и картинку того, как я начинаю устало, но довольно улыбаться.
- Я позову врачей. - с легким хрипом говорю я и, нажав на ближайшую кнопку вызова персонала, выхожу в коридор. Через десять секунд к двери подбегает тройка женщин, попутно задавая вопрос о том, что случилось. Получив ответ, одна из мед сестер убежала за нужными врачами. Которые прибыли через несколько секунд.
Прошло более сорока минут, во время которых я стояла за дверью, что бы не мешать врачам и подобно безумной мамочке, не лезть под руку с тысячами вопросов, которые активно бились в моей голове. По итогу Роджерса вывозят на дальнейшее обследования, а ко мне подходит один из докторов. Кайлон был со Стивом, в то время как представившийся мне Моран, попросил пройти за ним. Снова подобный прошлому светлый кабинет и множество плакатов. По итогу шатен предлагает мне присесть, на что получает мое немое согласие и вопросительный взгляд в свою сторону.
- Начну с главного и самого хорошего. - взглянув в свой планшет, говорит Моран. После чего он еще пару секунд смотрит на список и начинает свой рассказ. - Первая проверка проходимости сигнала получило положительные результаты. То есть не сразу, но мистер Роджерс все же сможет ходить. Судя по сухой диагностике, можно сказать, что со зрением, слухом и речью все тоже в пределах нормы. Так же мы утвердили его перевод, поэтому скоро начнется подготовка документов.
- Хорошо. - все еще фокусируясь на радостной новости о возможности ходить, шепчу я. Ощущая как с плеч спадает огромный камень переживаний и самых плохих ожиданий. Но никогда не бывает все гладко. - Как я понимаю, что не без проблем. Не так ли?
- Да. - кивает доктор, складывает пальцы в замок. Профессиональная привычка, не более. Но даже так заметно, что ему неудобно со мной говорить. Мой вид и подобная должность. Все давило своим весом, заставляя контролировать слова и эмоции. - Есть подозрения на потерю памяти. О том, какая это утрата и сможет ли она вернуться, можно будет сказать только после обширной проверки МРА и ПЭТ головного мозга.
- Сколько это по времени? - спрашиваю я. Так как знаю, что на тоже МРА нужно не менее часа.
- Закончим только к вечеру. - отвечает Моран. После чего решает снова перейти к хорошему, желая облегчить повисшее напряжение. - У мистера Роджерса отличная регенерация, так что, если мы не найдем осложнений, завтра, в это же время наша клиника подтвердит его переезд в отдел реабилитации на вашей базе.
- Хорошо. Я буду ждать в его палате. - поднимаясь из-за стола, предупреждаю я. После чего тихо задвигаю стул на место и замечаю на себе неуверенный взгляд. Хочет сказать что-то еще, но не знает стоит ли. По итогу мужчина решает, что это неплохое предложение.
- У нас есть кухня и комната отдыха. Возможно, вы бы хотели лечь на нормальную кровать или же выпить кофе? - мягко улыбнувшись, говорит врач и поднимается вслед за новой главой Гидры, зная, что данная личность все это время почти не ест и не покидает палаты. И, очевидно, спит в три погибели, не желая покидать своего коллегу, друга или партнёра. Никто точно не знал, но уточнять не спешил. Это уже личное и не должно их касаться. И даже так, Моран ставил ставку на второе, в то время как Кайлон был уверен, что они парочка.
- Спасибо, но нет. Хотя от кофе не откажусь. - проходясь по спутанным волосам на загривке, соглашаюсь я. Кофе и вправду не помешает. Хотелось немного прийти в себя и размять затекшие мышцы. Сон на ровной поверхности манил, но отосплюсь уже на базе. Хотя там меня ждет работа, потому об этом можно забыть еще на одну неделю.
Уже через пару минут у меня был горячий капучино в руках и звонкий смех Морана, который рассказывал мне очередную веселую историю. Совру, сказав, что я была против или же хотела одиночества. Подобной разгрузки мне не хватало. Поэтому все время обеденного перерыва я с удовольствием провела с этим человеком. Моран, как оказалось, был вдовцом и имел взрослую дочку Эмили, которая так же поступила в медицинский. На все его вопросы о семье и детях я отвечала, что обручена с работой, потому у меня никого нет. На это Моран лишь покачал головой, предложив перейти на диваны и продолжить разговор уже там. Где возникли новые истории и порции бутербродов. По окончанию перерыва доктор ушел по своим делам, а я, как было ранее сказано, вернулась обратно в тихую палату, куда ближе к семи вечера привезли вновь уснувшего Роджерса, который был обвешан новыми датчиками и, на радость, уже без кислородной маски.
- Мисс Стрейчл, можно вас на пару минут? - Кайлон так и не ступил за порог, махом руки подзывая меня к себе.
- Да, конечно. - отложив книгу в сторону, говорю я. После чего прохожу между группы медиков и выхожу к врачу. По итогу мы снова у него в кабинете. Кайлон листает планшет с анализами и мысленно готовит речь.
- Итак, что мы имеем. Протез приживается хорошо, но корсет ему нужно носить еще пару недель, не меньше. Его мозг был задет, но не критично. К сожалению, наша теория подтвердилась, так как пациент уверен в том, что на улице, примерно, четырнадцатый год. Но судя по ПТЭ, все еще может вернуться. - с маху выдает он. Заранее зная, что я не любитель долгих речей. Хотя на этот раз спешить уже некуда.
- Ну хоть не сороковые. - сжав зубы шепчу я, плотно прикрыв глаза. Все по новой. Мудатское поведение и попытки подмять под себя. Разные уловки и недоверие. Я снова совершенно чужой человек. Теперь придётся набраться терпения. Отложив данные мысли на потом, я решаю уточнить о самом плохом. - Осложнения?
- Только память, а так, считайте, в рубашке родился. - положив ладонь на грудь, признается врач. - Если б не ваше мгновенное появление в клинике и если б у мистера Роджерса был настоящий позвоночник, то его ожидал исключительно летальный исход. В лучшем случае, он бы остался в инвалидном кресле.
- Даже так, все хорошее не без вашей помощи. - поднимаясь со стула говорю я, не отводя глаз от заметно уставшего Кайлона, что начал подниматься в след за мной. Все самое главное сказано, можно не засиживаться.
- Работа с воспитанными клиентами всегда приносит удовольствие. А когда они настолько понимающие и благодарные, это в тройне приятно. - хлопнув в ладоши, говорит врач. Вспоминая особо буйных клиентов, которые закатывали истерии, а потом благодарили какого-то там бога. В то время, как он стоял по локоть в крови и сдерживал себя от того, чтобы не начать ругаться в слух.
- Не могу не согласиться. - наслушавшись о подобных случаях от Морана, соглашаюсь я и тяну к нему ладонь для рукопожатия.
- Хотел вас предупредить. - вспомнив о еще одном деле, говорит Кайлон придержав меня за руку.
- Слушаю. - остановив свой ход из кабинета, киваю я. После чего снова поворачиваюсь к доктору.
- Для лучшего заживления мы, на время, сменим препарат на более лёгких. По тому возможна ломка и агрессивное поведение. - заранее предупреждает врач, вызывая во мне неприятные мысли. Роджерса сидящего на наркоте в моей жизни еще не было.
- Звучит так, словно вы о наркотиках. - издалека говорю я, желая понять так ли это или нет.
- Так и есть. - понимая, что придётся это открыть, подтверждает врач. Контракт о неразглашение был подписан еще давно, но ситуация этого требовала. Как минимум из-за того, что перед Кайлом стоял опекун.
- Меня не посвящали в это, поэтому хочется подробностей. - кидая взгляд на ближайший плакат, признаюсь я. Еще одна тайна, что была открыта мне по сути дела, а не от самого Стива. Очередной, но не самый приятный плюс в мою пользу. Казалось, до прихода Старейшины я буду знать больше, чем нужно.
- Мистеру Роджерсу был выписан морфин в виде обезболивающего вещества. - рассказывает Кайлон, вспоминая коллекцию шрамов на теле супер солдата. Как для медика, это кошмарная картина. Не так их зажитый вид, как то, какие до этого были ранения.
- Шрамы? - окончательно, подтверждая свои теории, уточняю я. Даже и не догадываясь, что боль настолько сильная.
- Да. - кивает Кайлон, решая нечто добавить, чтобы у персоны напротив не появилось каких-то неправильных мыслей. - В основном, это психосаматика, но в тоже время некоторые мышцы были частично удалены, от того и болит.
- Спасибо. - поблагодарив за открытую информацию, я начинаю наблюдать как доктор обходит стол. По итогу к выходу идем уже вместе.
- Так же мы снова погрузили его в сон. Потому поговорить сможете уже завтра. - открыв перед мной дверь, предупреждает Кайлон. В очередной раз имея возможность рассмотреть черное оперение по ближе и мысленно сравнивать девушку с вороном и кошкой в одном флаконе. А так же гадая, куда делись те винтовые рога и вторая пара крыльев.
- Жду не дождусь. - улыбнувшись говорю я и киваю на прощания. После чего доктор уходит по своим делам, а моя персона обратно в палату, где было уже темно.
Не желая дочитывать книгу, я опять сажусь на свое место и, отсекая себя от прикосновений, поворачиваю голову на закрытое персоналом окно. Спустя несколько минут бессмысленного разглядывания вечернего неба, пришло решение закрыть жалюзи. Далее был мазанный взгляд на спящего Стива и попытки уснуть, чтобы хоть немного поспать перед возвращением домой.