Глава 48 // И пусть никто не уйдёт обиженным //
Солнышко греет.
Кремовый торт в упаковке успел чутка подтаять, но это ничего страшного. Тот, кому я его несу, никуда не денется, дождётся. А вот и он.
Над землей росла небольшая кучка, созданная мною впопыхах. Делу своему служила изрядно, поэтому менять что-либо я не захотел. Пристроил только дощечку на палочке и нацарапал на ней надпись:
«Здесь спит Амур. Он был послушным».
Торт в упаковке я поставил рядом, стукнув им о камни. Взял в руку горсть мягкой влажной земли и посыпал сверху.
— Гав... — ответил я ему.
В жизни нет смысла. Всё что я могу сделать помочь людям, поделившись с ними своим опытом. Зачем? Я знаю, друзья были бы довольны.
Раненый рассказывает какого быть раненым, значит тем, кто стал калекой буквально на днях, будет в разы легче, проще переносить неизбежные тяготы суетных и в то же время горестных будней.
У добра должны быть зубы. И кулаки. Я не буду любить, чтобы не делать людям больно. Я лучше буду ненавидеть.
А любить я себе впредь запрещаю. Для этого нужна сдержанность и выдержка, чего у меня нет и никогда не было. Это я уже давно заметил. И если этот мир не изменю я, то кто его изменит? Это и есть любовь.
Человек убил убийцу, стал убийцей. Стало лучше? Нет. Убийц должен убивать убийца. Тогда прок будет. А этим убийцей стану я. Уже стал.
Кармы нет, есть совесть, и если у тебя совести нету, то и злые дела для тебя вовсе и не злые. Что вообще такое зло?
Руку обожгло.
Я взглянул на основание большого пальца левой руки. Там красовалась совсем свежая надпись «живи».