10 августа 1988
Дорогой Дневник!
Я проплакала всю дорогу из клиники до дома, думая обо всём, что произошло со мной или, вернее, чему я сама позволила произойти за последние несколько месяцев. Как бы мне хотелось, чтобы сейчас со мной была Мэдди. Я почти что собралась с духом позвонить ей и попросить её прийти, но решила не делать этого.
Единственное, что доставляет мне удовлетворение, так это то, что на сегодняшний день, к часу ночи, прошло ровно девятнадцать дней, как я абсолютно трезва. Никакой коки. Это оказалось значительно тяжелее, чем я могла даже вообразить. Иногда, просто по инерции, я проверяла ножку кровати: не осталось ли там завернутой в плёнку заначки.
Между прочим, забыла сказать тебе, что пару дней назад мне звонила Норма. Завтра мы с ней встречаемся, чтобы обсудить мою идею насчёт помощи пожилым людям нашего города. Надеюсь, всё получится — ведь от этого будет польза и Твин Пиксу, и мне, если я хочу навсегда покончить с кокой.
Приехав домой, я вдруг почувствовала, до чего мне больно. Мне даже показалось, что я не в силах буду подняться к себе наверх.
— Ну как всё прошло? — тотчас перехватила меня мама.
— Беседа прошла превосходно, мама.
Ухватившись за перила, я сказала ей, что сегодня, пожалуй, лягу пораньше. Поднимаясь по лестнице, я чувствовала на себе её настороженный взгляд. Когда я наконец поднялась на площадку, мама сказала мне, что звонила кузина Мэдди. Я остановилась, пораженная. Мэдди, значит, „услышала“ мой звонок, на который я так и не отважилась. Я почувствовала взгляд мамы на своей спине — в нём явно сквозила ревность. Мне обязательно нужно отдохнуть.
Лора.