2 апреля 1987
Дорогой Дневник!
У Лео собралась компания женского пола, и никто не мог открыть мне дверь.
О, Господи... Деньги... Вот дерьмо!.. Может, он даст мне наркотика, а расплачусь я потом. Или... Погоди,
кажется, Лео выходит из дома.
Скоро всё расскажу, Л.
Лео будет великодушен насчёт денег за наркотик. Я надеюсь, надеюсь, надеюсь.
Вернулась от Лео и счастлива!
Он достал что надо, и всё чудесно. Как раз достаточно, чтобы понюхать... Голова снова начала соображать... Я чувствую, как кровь побежала по жилам.
Лео я сказала, что у меня это не тяга, как у этих чудиков- наркоманов, а просто я ужасно долго не сплю... Погоди!
БОБ исчез. Я не ощущаю его присутствия. Может, это потому, что я в кайфе. Может, я сумасшедпия и сама его придумала... Нет уж, мать твою. Я была бы действительно сумасшедшей, если бы всерьёз считала, что его выдумала... Нет, он существует. Я знаю, что это так.
Знаю. Никогда бы не смогла и не стала придумывать такого злодея, как человек, о котором я веду речь.
Я начинаю становиться тем существом, который по словам БОБА, и должна была стать. Падшей женщиной, которую третируют, которой не доверяют. Потерянная, она живёт только сексом и наркотиками, благо они всегда под рукой. И неизменно приносят мне тот кайф, на который я рассчитываю... И никаких сюрпризов. Ты что, не видишь, что убиваешь меня, БОБ? Ты к этому стремишься?
Как хотелось бы мне вернуть те дни, а ведь прошёл всего год или только чуточку больше, когда я возвращалась домой и почти не помнила, что со мною было... Единственное, что я знала: в иные ночи, вернувшись, я много плакала и пряталась за дверью ванной, сгорая от стыда. Я помню,
однако, что ты говорил мне тогда дерьмо поганое! Я не забыла, как ещё совсем маленькой боялась крови от твоих порезов. Ты ещё говорил: из—за того, что у меня идёт кровь, я обязательно навлеку на себя беду. Говорил, что у хороших девочек кровь между ног не течёт. Говорил, что я не дитя божье! Да было ли вообще хоть что—то нормальное, что ты признавал во мне и позволял это
почувствовать? Я росла — и ты всегда был где—то рядом, всегда напоминал мне, какая у меня дурная кровь н дурное естество. Ты был тем голосом, который я слышала... сукин ты сын.
Лео хочет видеть меня насчёт денег... надеюсь, наша сделка пройдет гладко, безболезненно и без шума. Я просила Лео: если объявится Бобби, пусть передаст, что мне срочно надо с ним связаться.
На сегодняшний вечер нам требуется найти нового торговца... У нас уже ничего нет, если не считать личного тайничка Лео. Но это же личное, значит, только для него. Если бы у меня голова не была забита дерьмом, то сегодня
можно было бы и обойтись, но не получается. Мне нужна новая доза. И больше ничего, чёрт возьми друг
белая полоска! Всё напоминает мне о тебе. Еду ли я по шоссе, вижу ли снежный буран или просто щепотку рассыпанного детского талька — проклятье, даже дома нет спасенья от этого наваждения.
Надеюсь, мы всё-таки его раздобудем. Другого выбора нет. И так я уже несколько дней не сплю, всё из-за этой сделки с БОБОМ, дерьмо поганое... Не могу спать.
Это слишком опасно.
„ТАК ВОТ, ЛОРА ПАЛМЕР, УЖЕ ДВА, НЕТ, ТРИ ДНЯ, КАК ТЫ НЮХАЕШЬ... СУКА, НАРКОМАНКА
ВОНЮЧАЯ... Я ВСЁ ЕЩЁ ЗДЕСЬ”.
Иди ты к такой-то матери, БОБ! да, я такая, как ты всегда обо мне и говорил. Грязная, похотливая сучка, которая трахается с кем попало, чтобы оплатить наркотики.
Ты победил. Ты причинял мне страдания, которых у не должно было быть, а когда они появились, утверждал, что я сама виновата... Ты самый мерзкий, злобный обманщик, который влез в мою жизнь, когда тебя никто не звал и прав таких никто не давал. Какого хрена ты от меня хочешь? Ты всё время ловчишь, никогда не
свяжешься с тем, кто сильнее тебя и может дать сдачи. Сначала возьми и побори того, кто сильнее, тогда я признаю, что ты победил. Я даже пойду за тобой. Без всяких возражений.
Лора Палмер полагает, что ты мошенник.
Л.