Глава 6
Я сидела неподвижно и наслаждалась звуками тишины. То, что я увидела совсем не укладывалось у меня в голове. Он ее любил, заботился, помог сбежать. Но почему же тогда в нашем доме, он вел себя совсем по-другому? Почему сейчас? Мама никогда не рассказывала нам с Лесси об этой стороне ее жизни. Или быть может не хотела?
Вопросы роем пчел жужжали в голове, сбивая с толку, запутывая меня. Необъяснимая пустота, поселившаяся в сердце, сдавила грудь.
— Вот ты где, — бархатистый голос фейца, вырвал меня из раздумий. Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Легкая дрожь, словно ток прошлась по телу, вызывая мурашки. Короткие волосы аккуратно зачесаны назад, черные глаза, в которых таились дикие тени и от которых было невозможно оторваться. На лице появилась мягкая улыбка. Феец пристроился возле меня, на холодном полу, сложив руки в замок на ногах. — Все никак не подворачивается время познакомиться поближе, мое имя Киран, а ты значит Теа? — Я лишь кивнула, говорить сейчас не было никакого желания, — вчера, я принял тебя за одних из человеческих женщин, но как оказалось ошибся.
— В чем проблема быть человеком? — Стараясь как можно спокойнее спросила я, внимательно рассматривая фейца. Он не был похож на Роула, не такой напыщенный и высокомерный. Мысленно приказав бушующему сердцу успокоиться, я перевела взгляд в стену напротив. — То, что кто-то человек и он явно слабее тебя, не дает права издеваться над ним, запирать или...убивать. — Последнее слово я прошептала так тихо, надеясь, что он не услышит. Лицо Кирана осталось бесстрастным.
— Знаю, для тебя сейчас все выглядит дико, но я не думаю, что наш мир сильно отличается от вашего. — Его глаза потеплели, легкая улыбка коснулась его пухлых губ. — Не многим, кому удается отыскать проход к нам, приходят попросить счастья для других, как правило их желания более корыстны и эгоистичнее. Меркантильность и алчность, ведущая людей за собой, заставляют их делать то, что потом им аукается и часто против них же самих. Все те люди, которых ты видишь здесь — по своей воле. В основном они представляют низший класс, есть те, кто уже здесь родился. Тариан единственный из наших, так сказать соплеменников, кто по-настоящему заботится о них. Люди хрупки, и здешний внешний мир сильно влияет на них, хотя и дарует жизнь гораздо дольше, чем им бы была отведена в их мире. Твоя сестра связана с тобой кровью, но она человек, а значит дом будет ее держать взаперти, требуя от нее подчинения, взамен на долгую жизнь. Это цена за магию.
Я не могла дышать. Значит она действительно теперь не может уйти из этого дома? Зачем он тогда перенес ее сюда, заточить в комнате, а лучшем случае сделать одной из служанок дома?
— Но ведь, мама, — маленький уголек надежды затеплился где-то в глубине души, голос дрожал от волнения. — Мама же была человеком и ей как-то удалось выбраться.
— Твоя мать была удивительной женщиной. Мне очень жаль, что так вышло с ней. Она была единственным человеком, которому удалось заключить сделку с домом. И это был последний раз, когда дом сделал исключение, а магия не растерзала ее душу на части. — Он с улыбкой рассказывал все это, словно вспоминал те дни и тогда у меня появился еще один простой, но такой важный для меня вопрос.
— Ты знал мою мать?
Он покачал головой. В глазах промелькнула боль и сочувствие.
— Нет. Лично, мне не довелось ее встретить и познакомиться. Я тогда был на границе, утихомиривал повстанцев, затеявших мятеж, который отец поручил мне погасить. Я пробыл там достаточно долгое время, а когда вернулся, оказалось, что она уже покинула Неблагой двор. Тариан хоть и выглядит сурово и безжалостно, но у него самое доброе сердце. Для фейца иметь такое сердце сродни смерти.
Между нами возникло неловкое молчание. Это было настолько лично и откровенно, что я не знала, как реагировать на его слова. Что нас ждало здесь, новая жизнь, и жизнь ли вообще. Тогда там в квартире все выглядело так будто Тариан готов был разорвать мать голыми руками. Столько ненависти и злости я никогда не видела ни в одном человеке. Где-то в самой глубокой части моей души я жаждала верить Кирану, его рассказы о поиске и то, что рассказал мне дом, если это можно было так назвать противоречили друг с другом.
А потом осознание пришло ко мне.
Все, о чем я мечтала, развеялось прахом, вся выстроенная жизнь, будущее, которое я так долго планировала, живя в своем мире, без всего этого теперь не имела значения. Мне хотелось плакать и смеяться. Я чувствовала, как истерика подкатывала к горлу, готовясь выплеснуться наружу.
Сделав два глубоких вдоха, я попыталась унять дрожь и проглотила тошнотворный ком.
— Знаешь, в нашем мире очень много мифов, связанных с вашим народом, в которых говориться, что вы жестокие и коварные и встретив вас следует бежать и не оглядываться. — Я улыбнулась всей нелепости сказанного, вернее попыталась. В глазах Кирана заплясал огонек интереса.
— А ты как считаешь?
— Считаю, что мифы нисколько не врут.
Киран рассмеялся. Его смех был похож на теплое пуховое одеяло, окутывающее меня, согревающее. Мне стало страшно. По-настоящему страшно. Я не могла понять причины реакции тела и мозгов на этого проклятого фейца, который без раздумий может прирезать меня, пока буду спать. Но я не могла оторвать взгляд от него. Перед глазами всплывал тот недавний сон, в котором он так нежно обнимал меня, словно действительно боялся, что что-то случилось. Он аккуратно дотронулся до щеки, где стекала последняя слеза и смахнул ее. Все тело пронзило током. Сейчас в душе было пусто.
Я была опустошена.
Затрясся головой, я прогнала мысли прочь. Сейчас было не самое лучшее время думать о таком. Все, что мне сейчас требовалось — это знание, как жить дальше, в мире, который ты всегда считал сказкой. Устало потерев виски указательными пальцами, я сделала глубокий вдох и встала с пола, Киран последовал за мной и через мгновение уже стоял рядом, внимательно следя за моими движениями. Отряхнув платье от осевшей пыли, я повернулась к новому знакомому (если тут вообще можно было заводить знакомства):
— Кстати, спасибо за вчерашнее спасение. — Прозвучало достаточно искренне. Лицо Кирана разгладилось и появилась теплая улыбка.
— Не желаешь прогуляться? Сейчас в саду время цветения, вид загляденье.
Я кивнула в знак согласия и направилась за Кираном прочь из этого темного и мрачного коридора. Ощущение будто за мной кто-то внимательно следит не покидало до самого выхода из дома.
Яркое полуденное солнце высоко светило над горизонтом, освещая даже самые темные места сада. Воздух был теплым и согревал после холода темного коридора. О том, что я видела там решила не рассказывать. Пока.
Мимо нас проходили люди, с сильно опущенными головами. Меня передергивало от одной лишь мысли, что все они добровольно согласились прийти сюда. Ради чего? Бессмертия? Вечно служить дому, который не отпустит, разве что только смерть не заберет...когда-нибудь.
Теперь и у сестры была та же участь. Если дом живой и он требует плату за свою магию, я боялась даже представить, что может случиться с Лесси, если она решит воспротивиться. Это злило. Очень.
Всю дорогу Киран держался на приличном расстоянии, давая мне возможность рассмотреть все самой, лишь изредка давал комментарии на мое удивление при виде невероятных животных или насекомых, которые периодически мелькали перед ногами. У меня перехватывало дыхание каждый раз, когда смотрела на необычайные цветы и деревья, посаженые вдоль многочисленных переплетений дорожек.
Я свернула направо и передо мной открылась небольшая лужайка с фонтаном причудливой формы, разобрать которую я никак не могла и поставленных вокруг него скамеек. Журчание падающего водопада фонтана успокаивал и разгонял поток безумно назойливых мыслей о ближайшем будущем. Это место было пропитано спокойствием и безмятежностью.
Первой странностью был резкий запах сырой земли и гнили, ударивший в нос, когда мы обошли фонтан и очутились на еще одной лужайке, обрамленной белым камнем. Маленький клочок идеально ровной травы был неестественного темно-зеленого оттенка и сильно примятым, так если бы на нем лежал кто-то очень тяжелый. Непонятное ощущение присутствия навалилось на тело, заставляя его цепенеть и трястись от непонятно откуда-то взятого страха. Все вокруг стало слишком ярким, как если бы кто-то выкрутил солнце на максимум. Сердце билось все быстрее, заставляя ледяную кровь мчатся по венам к голове.
Вторая странность не заставила себя долго ждать. Тишина, окутавшая еще секунду назад шумную лужайку с фонтаном, давила на уши. Хотелось закрыть уши руками или сильно закричать. Я больше склонялась ко второму варианту.
Я видела, как напрягся Киран, медленно вытаскивая маленький кинжал из невидимого до этого мне кармана штанов. Его лицо стало сосредоточенным, глаза потемнели, словно в них образовались черные тени. В воздухе появился еле уловимый запах морозной свежести. В одной руке Киран держал оружие, другой взяв мою руку за запястье, заводя меня за себя, как бы вставая между мной и возможной угрозой, как щит.
Пронзительный крик обрушился на нас лавиной, заставляя вздрогнуть и обернуться. Никого вокруг не было, будто все испарились, пропали. Киран зашагал на звук, я последовала за ним, подбирая подол длинного платья. Одна дорожка сменяла другую, поворачивая, устремляясь вперед. Мы бежали, пока я не споткнулась обо что-то твердое и не потеряв равновесие упала наземь. Опустив взгляд на препятствие, вставшее на пути, мое сердце пропустило удар. Я глубоко задышала, а дрожь била вновь и вновь, как барабан.
И я закричала.
Тело мертвой женщины было белоснежным, бездонные голубые глаза смотрели вперед, потеряв свет жизни. Ее тело исхудало, так если бы из нее выкачали всю жидкость, оставив лишь кожу и кости. Поза была неестественная, будто кто-то ее волок, а потом просто согнул пополам, заломив руки и ноги за спину. Воняло гнилью и разложением. Платье было разодрано и грязно. Она была человеком.
Киран рывком поднял меня на ноги и оттолкнул подальше от мертвой женщины. Он все еще держал меня за руку, когда мы услышали шорох и топот, приближающийся к нам со стороны дома. Все вокруг стало приобретать нормальный вид, если его можно было назвать нормальным.
Киран напрягся, выпрямляя спину и крепче сжимая клинок. Ветер хлестал по траве, разнося тошнотворный запах от которого крутило живот. Я следила за движениями фейца, мои руки стали липкими от пота, а сердце продолжало колотится с бешеной скоростью.
Шаги стали ближе и когда из-за горизонта между двумя высокими деревьями показался силуэт мужчины, я с облегчением выдохнула, а Киран выпустил мою руку и направился в сторону бежавшего к ним Роула. За его спиной следовали вооруженные стальными копьями стражники. В руке Роул держал длинный меч с черным клинком.
— Какого дьявола, здесь твориться? — Зло прорычал Роул, остановившись возле нас и озираясь по сторонам. Когда его взгляд упал на мертвую женщину, его лицо мгновенно приобрело бледный оттенок. Цепочка на его рогах позвякивала при каждом движении головой. — Что здесь твориться?
— Хотел бы я знать. — Совершенно спокойно ответил Киран, присаживаясь возле тела. Я подошла ближе и мой желудок свернулся при виде обескровленного тела. Возле бледной руки, я заметила желтый песок и кровь в моих венах начинает холодеть. Киран выругался. — Пустынное королевство. Здесь повсюду песок.
— Что это значит? — Мой голос был тихий. Хотя я и старалась спрятать дрожь где-то глубоко в себе, но руки выдавали меня с головой. Я помнила эти жуткие глаза и острые зубы, нацеленные на меня.
— Это значит, что он объявляет войну, — в голосе Кирана звучал металл и холод. — Обеспечьте охрану по всему периметру границы и усильте защитные заклинания. Я отправляюсь к отцу, надо предупредить его.
— Тариан отправился уже к нему. — Казалось Роул был поражен увиденным.
Я следила за ним, как он отдавал приказы охране прочесать весь периметр двора, проверить защиту. Сейчас он был похож на грозного командира, отдающего приказы, сурового и властного, словно он всегда был таким.
Когда все рассредоточились и получили свои указания, Роул подошел к нам. Его глаза гневно блестели от огня, бушевавшего в нем. Все внутри напряглось от силы, что исходила от фейца.
— Пойдемте, пока здесь не безопасно, вам лучше быть в доме. — Роул протянул руку и легким кивком попрощавшись с Кираном повел меня в сторону дома.
Я стояла возле двери Лесси и не решалась постучать. Знала ли она что стала заложником дома? Что теперь будет вечно служить ему, пока не сочтут ее бесполезной и не вышвырнут. Или не убьют. От последней мысли я вздрогнула.
То, что здесь происходит явно было не к добру. Нападение другого государства, приближающаяся война. Для чего меня забрал тот, кто пару дней назад, внушал страх и отвращение своими действиями по отношению к моей матери и ко мне самой, хотя сам же отправил ее туда. Для чего было разыгрывать весь этот спектакль? Столько вопросов и ни одного ответа. В мыслях появился образ Кирана. Я стала слишком часто представлять его.
И это тоже пугало.
До смерти.