Лёд и пламя
День концерта выдался шумным и суматошным. С утра все метались между аппаратурой, инструментами и сценой, проверяя звук, договариваясь с техниками.
Ноа старалась держаться подальше от Равиля. Она была предельно сосредоточена на своих делах: настраивала гитару, проверяла кабели, разговаривала с Тимом и Томом о списке песен, и каждый раз, когда Равиль оказывался рядом, она будто невидимой стеной отгораживалась от него.
Он это чувствовал. Чувствовал, как она словно проскальзывает мимо, не давая ему шанса заговорить.
Даже её взгляд стал другим - прохладным, как лёд. Без той мягкости и лёгкой растерянности, что были раньше.
Том, заметив, как Равиль в который раз с недовольным лицом провожает её взглядом, усмехнулся:
- А ты что думал? - бросил он, отрываясь от настройки инструмента. - Что она кинется тебе в объятия и зацелует после того, как ты сорвался на неё?
- Я извинился, - коротко сказал Равиль.
- Этого мало, - Том пожал плечами. - Слова - это просто звуки. А ты ей сделал больно. И, судя по её лицу, очень.
Равиль отвёл взгляд. Он не любил, когда его задевали правдой. Но неприятное чувство внутри - то ли вина, то ли тревога - только крепло.
---
За пару часов до выхода на сцену он всё-таки решился. Поймал Ноа за кулисами, когда она стояла спиной к нему, проверяя ремень гитары.
- Нам нужно поговорить, - тихо сказал он.
- Нам не о чем говорить, - ответила она, даже не оборачиваясь.
- Ноа...
- Держись от меня подальше, - её голос был холодным, почти безжизненным.
- Ты так и собираешься игнорировать меня до конца тура? - он шагнул ближе.
- Если повезёт - да.
Он резко взял её за локоть и развернул к себе. Она дернулась, но он не отпустил.
- Хватит, - тихо, но жёстко произнёс он. - Я не могу видеть тебя такой. Для меня это как пытка. Как ад, понимаешь?
Она вскинула взгляд, в её глазах - ровная сталь.
- А я не могу видеть рядом человека, который считает, что имеет право унижать, а потом просто подойти и... исправить это парой слов.
- Я пытался извиниться.
- Ты пытался облегчить себе жизнь, - её губы дрогнули в едкой усмешке. - Но я больше не боюсь тебя.- она сказала это так будто вообще ничего не чувствует и это пугало его. Вместо сердца - лёд.
Она попыталась вырваться, но он неожиданно прижал её к стене.
- Не говори так, - его голос стал хриплым. - Ты не можешь ничего не чувствовать. Я это вижу.
Она оттолкнула его плечом, но он прижал её к себе ещё сильнее. Расстояние между ними было таким маленьким, что она ощущала тепло его дыхания.
Он смотрел прямо на её губы, и в этом взгляде было что-то опасно нежное, чего она никогда раньше в нём не видела. Даже пугающее.
- Что ты делаешь... - тихо сказала она, чувствуя, как сердце сбивается с ритма.
- Не знаю, - прошептал он, всё ещё удерживая её, и в его голосе впервые за долгое время не было холодной уверенности.
Она отстранилась резким движением и, не раздумывая, дала ему пощёчину.
Звук хлопка отозвался в тишине закулисья.
Равиль замер на секунду, затем медленно провёл ладонью по щеке. И вдруг усмехнулся своей привычной ухмылкой:
- Я вижу, ты с характером. Это привлекательно. Это хорошо... не пропадёшь.
- Надеюсь, ты прав, - холодно ответила она и отошла, оставив его стоять у стены.
---
Концерт начался с мощного гитарного рифа. Толпа взревела, свет ударил в глаза, и вся эта закулисная сцена осталась за кулисами - хотя, конечно, не исчезла из мыслей.
Том вышел первым, приветствуя публику, и тут же начал задавать ритм на барабанах. Его палочки двигались так быстро, что казалось, руки просто размывались.
Тим вступил на басу, и от вибрации струн пол дрожал.
Ноа, собравшись, встала у микрофона, её пальцы уверенно скользили по грифу гитары. Она играла с сосредоточенностью и злостью, будто каждая нота была ударом по чему-то невидимому внутри.
Равиль держался чуть в стороне, но, когда пришёл его соло, сцена словно взорвалась. Он закрыл глаза, отдавшись музыке, и зал буквально кричал от восторга.
Между ними на сцене всё выглядело безупречно. Они обменивались взглядами только тогда, когда это было необходимо для синхронизации, и ни на долю секунды больше.
- Давайте, пошумим! - крикнул Тим в паузе между песнями, и зал взорвался аплодисментами.
Том, наклонившись к Ноа, сказал:
- Чувствуется драйв сегодня.
- Я просто играю, - коротко ответила она, не отрываясь от струн.
Они сыграли последний трек так, будто это был их единственный шанс доказать, что они живы. И когда последний аккорд стих, толпа ревела, требуя ещё.
Ноа сдержанно поклонилась вместе с остальными и ушла за кулисы первой.
Равиль шёл чуть позади, и, глядя на её спину, он понимал - ледяная стена всё ещё стоит. И, возможно, сломать её будет сложнее, чем он думал.